Охота - Кристин Буони

— Она была без сознания?

— Да. Сперва я, честно говоря, подумала, что она мертва. Она выглядела такой… обмякшей. — Я тяжело сглотнула и продолжила: — В общем, я закричала, и Джейк подскочил. Он начал плакать и орать какую-то безумную, бессвязную чушь. А потом пошел и заперся в ванной.

— Чего, блядь? — пробормотала Бри.

— Я подошла к горничной. Проверила, дышит ли она, накрыла её одеялом. Потом попыталась привести её в чувство, — рассказывала я. — И всё это время Джейк сидел в ванной и рыдал как младенец. Просто выл навзрыд.

Глаза Слоун стали круглыми как блюдца:

— Горничная пришла в себя?

— Да, через несколько минут. Поначалу она была очень заторможенной и ничего не понимала. А потом испугалась. Дико, просто смертельно испугалась. — Я на мгновение прикрыла глаза и снова глубоко вздохнула. — Я спросила её, что произошло, и…

Я замолчала, потому что на глаза навернулись жгучие слезы ярости, сожаления и скорби. Слоун протянула руку и накрыла мою ладонь своей.

— Всё хорошо. Не торопись, рассказывай как можешь.

Я сделала еще один глубокий вдох и продолжила:

— Она рассказала, что убиралась в коридоре возле комнаты Джейка. Он позвал её зайти и посмотреть с ним матч, потому что ему не хотелось сидеть одному. Она хотела отказаться, ведь у неё было много работы, но в то же время чувствовала, что просто не может ответить ему «нет».

— Потому что он её босс, — понимающе кивнула Бри.

— Технически — его отец. Но суть та же. Она боялась, что потеряет работу, если разозлит кого-то из членов семьи.

— Да, я понимаю.

— Она согласилась. Он предложил ей газировку. Она выпила её, и это было последнее, что она помнила перед тем, как очнулась голой на кровати.

— Значит, он подсыпал ей наркотики.

— Да. Я помогла ей одеться и отвезла в больницу, потому что она выглядела очень плохо и едва могла идти. Но когда врачи спросили, что случилось, она соврала.

— О чем? — нахмурилась Бри.

— Она сказала им, что какой-то незнакомец подсыпал ей что-то в баре. Пока она говорила, я молчала, потому что была в полном шоке, — продолжала я. — Но когда доктора вышли, я спросила её, зачем она соврала. Она ответила, что у неё просто не было выбора.

— Из-за Джейка и его семьи?

Я кивнула.

— Я же говорю, они неприлично богаты. Джулия — к слову, её зовут Джулия — была искренне, до смерти напугана тем, как они могут отомстить, если она заявит на него. А еще она боялась потерять работу, потому что ей очень нужны были деньги для её собственной семьи. Она буквально умоляла меня ничего не говорить врачам, ведь она понимала, что те сразу вызовут полицию.

— Врагу не пожелаешь оказаться в такой ситуации, — поморщилась Слоун. — С одной стороны, у меня бы пена изо рта шла от желания сдать его правоохранителям. С другой — не хочется силой втягивать женщину в такое судебное разбирательство, если она сама говорит, что не потянет это.

— В этом-то и заключалась вся проблема, — тихо произнесла я. — Я не хотела её ни к чему принуждать. Тем более что она и так была в ужасе. Но я сказала ей, что готова помочь. Дать показания о том, что видела. Если понадобится — даже выступить в суде. Но она всё равно отказалась. Сказала, что заявит на Джейка в полицию только в том случае, если будут реальные, железные улики.

Бри нахмурилась:

— Например?

— Например, если он признается во всем на камеру или типа того. — Я вздохнула и покачала головой. — Она считала, что её слова против его слова — этого мало. Не тогда, когда у его семьи есть доступ к самым прожженным и безжалостным адвокатам, которых только можно купить за деньги. Они бы просто уничтожили нас в суде. Выставили бы всё так, будто мы сговорились, чтобы вытрясти из их семейки побольше денег.

— Ненавижу то, насколько это близко к правде, — пробормотала Слоун. — Это так, блядь, несправедливо.

— Да. Я понимала её мотивы. Поэтому пообещала молчать. — Я запнулась и принялась нервно перебирать пальцами на коленях. — Я до сих пор чувствую себя такой виноватой из-за этого. Мне кажется… кажется, я должна была сильнее на неё надавить, убедить её заявить на него.

— Не смей себя винить, — отрезала Бри, качая головой. — Как и сказала Слоун, это была невероятно тяжелая ситуация.

Я снова вздохнула и продолжила:

— В больнице у неё взяли кровь, чтобы подтвердить факт отравления. Её хотели осмотреть на предмет сексуального насилия, но она отказалась. Сказала им, что ничего не было. Я просто стояла рядом и молчала, как бы мне ни хотелось вмешаться. После этого врачи решили оставить её под наблюдением еще на несколько часов. И пока они этим занимались, я вернулась в дом, чтобы забрать свой чемодан. Я думала, что Джейк уже созвонился с адвокатами и вызвал родителей, где бы те ни находились. Но он был один.

— Всё еще в ванной?

— Нет, к тому моменту он уже вышел. И когда он увидел, что я вхожу, у него хватило наглости подойти и попытаться меня обнять. — Моя верхняя губа брезгливо дернулась. — Он всё еще плакал и паниковал. Умолял меня простить его и никому не рассказывать о том, что я видела. Я сказала ему, что с горничной всё в порядке и ему повезло, что она не выдвигает обвинений. А потом добавила, что ухожу и больше никогда не хочу его видеть. Но он загородил дверь. Сказал, что я обязана выслушать его объяснения, прежде чем он меня выпустит.

— Как будто существует хоть какое-то объяснение, способное это оправдать, — процедила Бри, и её ноздри гневно раздулись.

— Вот именно, — пробормотала я. — Но я всё еще была в состоянии шока. Я просто поверить не могла, что всё это происходит наяву. И мне было страшно. Так что я согласилась выслушать то, что он собирался сказать.

— И какое у него было оправдание?

— Он… он сказал, что у него есть сексуальный фетиш. — Я потерла переносицу и покачала головой. — У меня язык не поворачивается это произнести. Вы решите, что я сошла с ума.

— Эверли. Мы тебе верим, — Бри снова подалась вперед. — Просто расскажи нам.

— Ладно. — Я сделала еще один глубокий вдох, чувствуя, как от отвращения переворачивается всё внутри. — Он сказал, что всегда фантазировал о сексе с… мертвым телом.

— Что за херня? —