Греховные игры - Кристин Буони

— Держу пари, что ты номер один. Это бы все объяснило. Общество хочет самых умных учеников.

Зак вздохнул и уставился в землю. — Я ни в чем не номер один.

— Но ты так хорош в истории. Ты всегда получаешь там самые высокие оценки.

— Я всего лишь номер два в классе, — он помолчал и почесал подбородок. — На самом деле, я думаю, что полностью провалил тест на прошлой неделе, так что я мог скатиться до трех. Я слишком боялся проверять, если честно.

— Даже если ты вторая или третья — это всё равно круто. Так что, думаю, Брук права, — сказала Эйприл. — Общество Галилея, скорее всего, приглашает трёх лучших учеников по каждому предмету. Таким образом, у них есть из кого выбирать — умные, талантливые… потенциальные члены.

— А вы пойдёте? — Брук посмотрела на каждого из нас по очереди, широко распахнув глаза.

— Я пойду, — пожал плечами Зак. — Почему бы не посмотреть, что это за штука вообще.

Эйприл сжала губы в тонкую линию.

— Я не знаю… У меня собеседование в 7:30, а ещё, по-моему, у нас семейный ужин в тот вечер. У двоюродного брата день рождения.

— Просто придумай, как ускользнуть! — воскликнула Брук. — Моё назначено на 9:45, так что мне точно придётся выбираться из общежития, рискуя нарваться на неприятности. Но я всё равно пойду. Ты тоже должна! Серьёзно, разве тебе совсем не любопытно?

Эйприл закусила губу, раздумывая.

— Ладно… Возможно, я что-нибудь придумаю. — Потом она повернулась ко мне. — А ты, Кэри? Ты пойдёшь?

Я замерла.

Честно говоря, я всё ещё сомневалась. Какая-то часть меня никак не могла избавиться от мысли, что всё это — глупая шутка. Возможно, от Хадсона. Или от Маверика. Спланированный розыгрыш, чтобы выставить нас дураками.

Особенно беспокоила мысль, что за этим стоит Хадсон. Я уже говорила друзьям: он всегда готов к подлости, особенно если речь обо мне. И я прекрасно знала, что он не стал бы раздумывать — втянул бы в это и Закa, и Брук, и Эйприл, просто чтобы ударить побольнее.

Но Зак однажды сказал мне, что Хадсон хоть и придурок, но тупой. Настолько продумать всё — фальшивое тайное общество, письма, латинские надписи, символы… Это было не про него. И потом — Кортни Фанг и Эван Холт. У них нет ко мне никакого отношения. Я даже не общалась с ними.

Чем больше я об этом думала, тем яснее становилось: это, скорее всего, не шутка. Слишком всё серьёзно и детализировано, слишком не в стиле наших местных хулиганов.

И ещё одно… Если Общество Галилея действительно существует — если оно настоящее — тогда это может изменить мою жизнь. Я много читала о тайных обществах, и одна вещь повторялась во всех историях: они открывали двери. Возможности. Связи. Поддержка.

У меня уже была стипендия от Фонда Вавилона. Моя дорога вперёд казалась уверенной. Но членство в чём-то подобном… оно могло бы превратить хорошее будущее — в по-настоящему великое.

Именно эта мысль всё и решила.

Я глубоко вдохнула, взглянула на друзей и кивнула:

— Я иду.

Кэри

С тревогой я взглянула на экран телефона. 8:09.

Чёрт. Я, похоже, опаздывала. Не лучшее впечатление для того, кто пытается попасть в загадочное тайное общество, где, судя по всему, пунктуальность — на вес золота.

Я наклонилась вперёд к водителю Uber, которого вызвала, чтобы он отвёз меня на Сазерленд Драйв, дом 4.

— Простите… мы почти приехали?

— Почти. Ещё пара минут, — ответил он, бросив взгляд на GPS, мигающий на панели. — Один поворот — и на месте.

Я с облегчением откинулась на спинку сиденья. Кажется, я всё-таки успеваю.

Мои глаза скользнули по окну. Желудок сжался от волнения, пока фары машины резали ночь. Вдруг дорога резко пошла вбок, и мы свернули за крутой поворот вдоль холма. Справа показались массивные кованые ворота, украшенные жутковатыми горгульями, восседающими на высоких каменных столбах по краям.

Машина сбавила скорость, и ворота со скрипом начали распахиваться, открывая подъездную аллею, по обе стороны которой бушевали дикие, неухоженные кусты. Вдалеке на фоне лунного неба вырастал гигантский готический особняк, острые шпили которого казались зловещими тенями в ночи.

— Вы уверены, что это правильный адрес? — спросил водитель, бросив на меня взгляд. — Тут, кажется, никто не живёт. Ни одного огонька.

— Эм… да. Это… ну, тематическая вечеринка. Типа детективной. Должно быть немного… мрачновато, — пробормотала я, надеясь, что это прозвучало достаточно убедительно.

— А, понял. Ну тогда — удачи. Не забудьте оценить поездку, — улыбнулся он.

— Конечно. Спасибо! — Я достала телефон, поставила ему пять звёзд и выскользнула из машины.

Шины хрустнули по гравию, когда машина развернулась. Я осталась стоять одна, глядя на тёмный, величественный особняк. Сделала глубокий вдох и подошла к тяжёлым деревянным дверям. На одной из них висел массивный кованый дверной молоток, словно отражающий уродливые фигуры горгулий у ворот.

Я уже потянулась к нему… когда заметила, что левая створка приоткрыта.

Сердце кольнуло. Но я всё же толкнула дверь — и вошла.

Внутри было пусто. Только мерцающий свет свечей отражался от стен, создавая жуткие тени, которые, казалось, двигались сами по себе.

Я огляделась, ощущая, как холодок пробегает по спине.

8:14. Почти впритык.

— Эм… алло? — позвала я, шагнув вперёд.

Слева — закрытая дверь. Прямо — широкая двойная лестница, уводящая вверх в темноту. Справа — проём, за которым царила кромешная тьма.

— Добрый вечер, мисс Сарацин.

Я резко обернулась, чуть не вскрикнув. Голос раздался прямо за спиной. Он не звучал по-человечески — глухой, искажённый, словно его передавали через модификатор.

Передо мной стоял человек — или, точнее, фигура в чёрной мантии с капюшоном. Лицо было скрыто чёрной маской, украшенной неоновыми пурпурными линиями, формирующими кресты на глазах и будто зашитый рот.

— Простите, если напугал вас, мисс Сарацин, — сказал он всё тем же механическим тоном. — Вы пришли вовремя. Можно ваш телефон?

Я молча протянула ему телефон. Он кивнул и, не добавив ни слова, повернулся:

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Я сглотнула и пошла следом, ощущая, как от напряжения немеют пальцы.

Мы прошли по узкому коридору за лестницей. Я не заметила его раньше — здесь было почти совсем темно.

Наконец, мы вышли в гостиную. Слева располагался бар, а прямо — камин, в котором бушевал огонь, наполняя пространство живым светом. В центре стоял низкий столик, окружённый парой изысканных кресел, обитых тёмно-фиолетовым бархатом с золотыми акцентами. Всё выглядело как сцена из старинного романа —