Соглашайся... - Виолетта Иванова

— Данила, я хочу, чтобы ты перебрался в Большеград, купил там дом, открыл наше представительство. Пора нам расширять свои связи.

— А ты сам?

— Дарья отказывается уезжать отсюда, — мужчина невольно поморщился, как от зубной боли. — Оставлять ее не хочу, да и здесь у меня все связи. А ты молод, есть имя, деньги. Пора показать всем, что значит имя Белоярцевых. Пусть столица увидит нашу силу.

Данила думал не долго, через месяц он выехал в Большеград, где их приказчик уже купил для него дом почти в центре столицы. Общество приняло нового молодого, богатого и красивого графа с большим интересом. Его приглашали на приемы, балы, в гости на обеды и ужины. Родители молодых девушек тут же объявили на него охоту и почти сразу же разочаровались, узнав, что он женат. Некоторые дамы не оставляли надежды, получить богатого, красивого и с титулом в свои руки, соглашаясь быть с ним рядом до тех пор, пока он не станет холостяком. Данила с улыбкой смотрел на таких «охотниц» и отказывался от их общества.

Самой настойчивой оказалась дочь графа Куличникова — Елизавета. Ей было уже двадцать два, но до сих пор не могла найти себе достойного мужа. Всех предложенных отцом кандидатов она отметала, находя в каждом изъян. Гордая и действительно красивая девица не могла позволить себе стать женой старого и некрасивого графа или того, кто не сможет ее достойно содержать. На баронов и ниже титулами она даже не смотрела. На первом же приеме в своем доме, куда Данила был приглашен отцом девушки, она дала всем понять, что этот мужчина — ее. Она не отходила от него ни на шаг, нарушая все нормы морали имперского общества.

Данила смотрел на Елизавету и ухмылялся про себя. Слишком она была уверена в своем успехе. Девушка всегда была рядом с ним и если бы не общественное мнение, которое давно и бурно обсуждало ее новый интерес, то давно бы поселилась в его доме. А так ей приходилось по вечерам уезжать к себе после того, как весь день проводила в общества Данилы, который просто не мог найти поводов избавиться от нее.

В один из дней Елизавета приехала к Белоярцеву.

— Любимый, нас приглашают на прием к графине Ольге Масленицкой, мы должны быть там обязательно.

— Не хочу, — ответил Данила, которому уже надоели все эти приемы и балы, куда его каждый раз вытаскивала девушка.

— Мыдолжны пойти, — надавила голосом Елизавета. — Говорят, там будет звезда этого сезона мадам Софи.

— Кто это такая, — лениво спросил мужчина лишь бы поддержать разговор.

— Разве ты не знаешь? — удивленно воскликнула Елизавета. — Она прибыла в столицу полгода назад, открыла свою кофейню «Шоколадница». Помнишь, мы были там на прошлой неделе и тебе еще понравился кофе? Говорят, она привезла лучших поваров и шоколатьеров, а кофе у нее готовил самый известный в Остервальде Махмед Остер*оглы, — мужчина кивнул. — Говорят, что она очень богата. Все хотят познакомиться с ней.

— И это все?

Данила никак не мог понять такого интереса Елизаветы к этой мадам Софи. Ну да, ему понравилось в этой кофейне, такого кофе, как ему подали там, он никогда не пил, а в зале стоял такой приятный запах миндаля, ванили, корицы и шоколада, что даже у него закружилась голова от этого сладкого дурмана. Да и обстановка в кофейне вызвала у него неподдельный интерес — сочетание Востока и Запада, прохлады севера и жары пустынь, экспрессии и холодного достоинства. Ему даже захотелось познакомиться с хозяином этой кофейни, чтобы обговорить их возможное сотрудничество. И тогда он был весьма удивлен, когда Лиза сообщила, что владелицей этой кофейни является женщина, таинственная мадам Софи, о которой никому ничего не известно.

— Любимый, ты не понимаешь! — девушка даже топнула ножкой от нетерпения. — Она сплошная тайна и самая настоящая законодательница моды. Вся столица старается быть похожей на нее. Вот смотри, — она приложила кончики пальцев к своей груди, указывая на довольно интересное сочетание тончайшего кружева и плотного шелка на своем платье, которое полностью закрывало грудь девушки, но тем самым только вызывало желание узнать, что под ними, — это платье я заказала, когда увидела такое же у мадам Софи, когда впервые увидела ее в театре. Ты тогда отказался идти со мной, и я на тебя обиделась, помнишь? Я же вижу, как ты смотришь на меня в нем, и это меня возбуждает. Мы должны обязательно пойти на этот прием, я обязательно должна с ней познакомиться. Прошу, любимый, ядолжна познакомиться с ней! Она должна стать моей подругой.

— У меня есть кое-какие дела…, - Данила хотел отговориться от этого приема, но Елизавета перебила его.

— Любимый, не перечь мне. Мы пойдем. Мыдолжны пойти. Если ты согласишься, я, так и быть соглашусь быть твоей любовницей до тех пор, пока ты не найдешь свою жену и не получишь развод.

— Ты же знаешь, что я не могу развестись, ждать придется очень долго.

— Нет ничего не возможного. С твоими деньгами, со связями моего отца мы добьемся твоего развода.

Девушка надула губки и нахмурила брови. Данила решил согласиться. Дружба с ее отцом была слишком выгодной для семьи Белоярцевых, чтобы отказывать Елизавете в таких «мелочах».