Наследник - Яна Голд

Адриан выругался, потирая глаза руками.

– Я думал, ей просто нужно время.

– У нее было достаточно времени, – отрезал Марк. – Как видишь, за месяц все стало только хуже. Сначала она отказывалась принимать реальность, теперь слышит голос мужа, пропавшего без вести. Что дальше, Адриан? Дождемся, когда она окончательно сойдет с ума?

– Не говори так…

– Адриан, твоей маме нужна помощь, – не выдержала я. – Она не справляется.

Адриан посмотрел на меня, потом на Марка. В его глазах читалось столько боли и отчаяния, что я тут же пожалела о своих словах. Слишком резко они прозвучали. Но и оставаться в стороне я не могла.

– Вы правы, – сдался Адриан. – Что будет делать врач?

– Проведет осмотр. Оценит ее состояние. Возможно, назначит лечение, – предположил Марк.

– А если скажет, что нужна госпитализация? – с болью в голосе спросил Адриан.

– Значит, мы так и сделаем, – твердо сказал Марк. – Мы должны действовать в интересах здоровой психики Камиллы, а не потакать своей слабости к привычному устою.

– Легко тебе говорить, – вздохнул Адриан. – А она потом сумеет вернуться к нормальной жизни? Сможет продолжать заниматься бизнесом? Да и где гарантия, что мать не начнут шантажировать те, кто лечился в этом же заведении?

– Поверь, это маленькая частная клиника, – возразил Марк, – и те, кто туда попадают не меньше тебя заинтересованы в том, чтобы не было проблем. В том числе репутационных. В крайнем случае, Камилла уйдет на пенсию, а ты встанешь у руля. Думаю, твоя невеста сразу же перестанет дурить и прискачет к тебе на помощь.

Адриан кивнул, встал из-за стола и подошел к окну, всматриваясь в даль.

Мне было его жаль. Со стороны всегда проще распоряжаться чужими жизнями, но я его понимала. Иногда хотелось засунуть голову в песок, подражая страусу, и игнорировать проблему, пока она не решится сама собой. Одно плохо. Обычно все только усугубляется.

***

Я стояла у окна в малой гостиной, когда к дому подъехал черный автомобиль. Неподалеку с ногами на диване лежал Адриан. Он все еще не мог смириться с тем, что его матери нужен врач. Хладнокровное спокойствие сохранял только Марк. С сосредоточенным видом он набирал кому-то сообщение, сидя в кресле.

– Приехали, – предупредила я братьев.

Я отошла от окна и опустилась в соседнее кресло рядом с Марком. Адриан тоже сменил позу. В ожидании врача он сел, упираясь локтями в колени, и обреченно стал смотреть в пол, поддерживая голову.

Дверь распахнулась. На пороге появился высокий мужчина с маячившей позади него мадам Дюваль. Я невольно покачала головой, отгоняя странную мысль. Доктор выглядел так, будто Феликс был его родным братом. Мне даже на секунду показалось, что вернулся старший Рошфор.

Адриан тут же подорвался с дивана. Марк встал следом за ним.

– Доктор Генри Ллойд, – представился мужчина, пожимая руку каждому из братьев.

Поприветствовав гостя, Адриан уступил ему диван, встал позади меня и навис над моим креслом. Марк вернулся на свое место рядом со мной.

– Итак, рассказывайте. Чем обязан? – спросил доктор Ллойд, рассматривая братьев.

Наблюдая за доктором, я невольно подмечала сходства. Та же выправка, что у Феликса, тот же интеллигентный вид, похожая серьезность во взгляде, спрятанная за оправой очков. Разве что он не был лысым, как старший Рошфор. Его темные волосы с проседью были разделены боковым пробором и аккуратно зачесаны назад. Говорил он на британском английском и по возрасту скорее всего являлся ровесником Камиллы.

Марк и Адриан начали по очереди пересказывать все, что происходило с Камиллой. Затворничество, отказ принимать реальность, ночной звонок от пропавшего мужа. Доктор слушал, изредка делая пометки в небольшом кожаном блокноте. Затем стал задавать уточняющие вопросы:

– Как давно начались слуховые галлюцинации?

– Насколько нам известно, это первый случай, – ответил Адриан. – До этого мама просто ждала… Отказывалась верить, что отца больше нет.

– Потеря аппетита? Нарушения сна?

– Скорее всего, и то и другое, – кивнул Марк. – Она мало ест. Похудела. Как спит, не знаю, но вряд ли спокойно. Если она отказывается выходить из дома, апеллируя тем, что в любую минуту может вернуться отец, то, со сном, вероятно, такая же ситуация.

– Была ли агрессия к себе или близким? Попытки суицида? – ровным тоном спросил доктор, будто задавал вполне себе будничные вопросы.

– Точно нет, – заверил Адриан.

– Я вас понял, – наконец произнес доктор Ллойд, закрывая блокнот. –Картина довольно типична для острой реакции на утрату. Мне необходимо провести осмотр пациентки.

Адриан замешкался.

– Я вас провожу, – опередил его Марк, прерывая мучительные сомнения брата.

Когда дверь за ними закрылась, Адриан обошел мое кресло и опустился на соседнее место, где недавно сидел его брат. Он не спешил заводить диалог и чем дольше мы молчали, тем напряженнее становилась обстановка.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – наконец спросил он, нарушая тишину.

– О чем?

– Она – все, что у меня осталось.

Его голос дрогнул. Я боялась повернуться и заметить на его лице слезы.

– Отца больше нет. Ты ушла к моему брату…

«Удивительно, что в этом списке не оказалось Адель» – подумала я, но задавать вопросы о его невесте не стала.

– Ты же понимаешь, если бездействовать, у тебя не останется даже этого.

– Понимаю, – глухо ответил он.

На этот раз молчание не было долгим и тягостным. Через пару минут в гостиную вернулся Марк. Адриан тут же встал со своего места, но Марк жестом остановил его и устроился на спинке кресла рядом со мной.

– Я постарался подготовить Камиллу как мог, – сказал он. – Сейчас она общается с доктором.

Адриан кивнул. Он не стал оставаться рядом и начал измерять комнату шагами в ожидании доктора Ллойда.

Марк наклонился ко мне и тихо произнес на ухо:

– Знаешь, что сказала Камилла, когда увидела доктора?

Я перевела на него взгляд в немом вопросе, ожидая продолжения.

Марк усмехнулся, но в его глазах не было и капли веселья.

– Она воскликнула: «Феликс?!» – процитировал он.

Я не удержалась и хмыкнула. Ничего смешного в этом, естественно, не было, но меня посетила ровно та же мысль, когда я увидела доктора Ллойда. Он действительно чем-то похож на Феликса. Конечно, это