Увядающий ирис бытия - Настя О

Оказавшись на улице, останавливаюсь и по инерции вглядываюсь в каменную кладку дома, в котором находится квартира. Кто знает, может, увижу непонятные символы кода даже здесь? Моя затея терпит поражение, но это даже хорошо. Настроение становится лучше. Может быть, наш мир еще не до конца потерян?

Хулиганская идея приходит сама собой: поиграем, мистер некромант? Может, ты и хороший телепорт, только ведь и я не пальцем сделана. Я отгибаю граничное полотно и ныряю в пространство эфира. Вот теперь ты меня точно не найдешь. Всякий магический след за Гранью стирается.

Выхожу все в том же коридоре, куда в прошлый раз перенес меня Тео. К лаборатории с ирисом иду уже знакомым путем. Оказавшись снаружи, с удивлением обнаруживаю нормальную палату вместо привычной безликой коробки медицинского центра. На диване во временном жилище ириса восседают пациент и курирующий его целитель, то есть, Сури.

Девушка, поджав под себя ноги, с увлечением читает вслух историю древнего мира, чему-то периодически улыбаясь. Доминик, не отрываясь, смотрит на нее, и на лице мужчины я вижу выражение неподдельного восхищения.

Интересно, как давно его заточили на изнанке, если сейчас он с таким энтузиазмом воспринимает информацию тысячелетней давности?

Первой, на удивление, мое присутствие замечает Сури. Она робко и неуверенно улыбается. Или за прошедшие сутки мир сошел с ума, или Сури вчера ни капельки не ревновала меня к новому пациенту. Мне начинает казаться, что имеет место первый вариант.

Девушка, тем временем, осторожно поднимается с дивана, растирая затекшую ногу. Они с ирисом тут всю ночь занимались самообразованием? Сури кивает Доминику на стекло, за которым, пытаясь скрыть удивленное лицо, стою я. А потом выходит из палаты.

Приблизившись, она внезапно обнимает меня:

— Прости. Вчера я была неправа, Рен.

Это так же неожиданно, как и новость, что мы с ирисом были когда-то знакомы. Внезапное изменение в поведении Сури наводит на мысль, что действительно случилось что-то из ряда вон выходящее.

— Тебе не за что извиняться, — примирительно заявляю я.

Сури сама восстанавливает разрушенные мосты. Но я рада этому, поскольку душевную пустоту, образовавшуюся после ухода Тео, может заполнить только родное тепло. Сури давно живет в моем ближнем круге.

— Есть за что, — уверенно кивает Сури и отстраняется. — Я совсем позабыла о подругах с этой беготней и заботой о Доминике. Обещаю, что так больше делать не буду.

— Тебя же официально прикрепили к нему, — недоуменно пожимаю плечами. — А Тео — к нам.

— Давай поговорим об этом вечером, — мягко улыбается Сури. — Мне нужно забежать к Боно, а Доминик останется под наблюдением. Может, если у тебя есть время, прогуляешься с ним? — она задорно подмигивает, и я поворачиваю голову в сторону оставшегося в палате мужчины.

Он разглядывает нас обеих. Спокойно и размеренно, так, словно сканирует, получая информацию. Это внимание не имеет ничего общего с тем, что я видела в том с ирисом. Неужели не помнит? Если так, то это хорошая новость. Честно говоря, не хотелось бы обсуждать с ирисом наше общее прошлое.

Заметив, что наше внимание сосредоточено на нем, Доминик приветливо улыбается и склоняет голову, показывая, что рад меня видеть. Интересно, вчерашнее поведение не повторится?

— Не бойся, — говорит Сури, — он изменился: проспал всего три часа, хотя доза снотворного, что ты ему ввела, была лошадиной. Очнулся совершенно другим человеком. Но он еще под наблюдением. Выпускать его к людям опасно. Поэтому нужен проверенный человек, которому бы и мы, и ирис доверяли. А кроме тебя, мы больше никого не знаем.

Она смущенно улыбается, и я понимаю, что согласна на все, когда подруга выглядит настолько счастливой.

— Хорошо, давай выгуляем твоего бесценного пациента, — я наблюдаю за тем, как Сури возвращается в палату и что-то негромко объясняет ирису. Пару раз ловлю на себе его заинтересованный взгляд, он кивает, а потом поднимается с дивана и под руку с Сури направляется ко мне.

— Здравствуйте, Доминик, — вежливо говорю я. — Очень приятно видеть вас в добром здравии.

Ирис смущается и на миг отводит глаза:

— Здравствуйте, Рен. Это взаимно.

Сури подталкивает его ко мне со словами:

— У вас есть два часа, чтобы вырваться на свободу. И не заставляйте меня жалеть об этом! — после чего указывает в направлении двери наружу.

Мы спускаемся и оказываемся на улице. Шумный город после достаточно тихой палаты приводит мужчину в замешательство. Я уверенно беру его за руку:

— Пойдемте. Отведу вас туда, где не так многолюдно.

Уверенно направляю его в городской парк. Туда, где в импровизированном прудике колышется благодаря осеннему ветру остывшая вода. По дороге я рассказываю все, что знаю о его возвращении. Оказывается, ирис и сам недоумевает, почему находился на изнанке в магическом захвате. Но тут же объясняет это тем, что вообще мало что помнит из своей прошлой жизни. В особенности время, когда именно пересек Грань. Мне кажется это немного странным: он ведь сильный маг, да еще со стихией целительского направления, неужели не может восстановить память?

Ирис действительно не помнит, и когда я рассказываю о видении из песочницы, делает идеально круглые глаза, не веря тому, что я говорю. Но ведь и мое дело — не уговаривать его, доказывая правдивость своих слов, а просто констатировать факты. Чем я и занимаюсь, пока мы не оказываемся в конечной точке путешествия.

— А как работают маги жизни? — задаю интересующий меня вопрос, присаживаясь на одну из скамеек вокруг пруда.

Доминик понимающе улыбается:

— Дайте во — о–он ту веточку, пожалуйста, Рен.

Я послушно поднимаю с земли прутик с пожелтевшими листиками и передаю ирису, предвкушая нехитрый фокус. То, что происходит дальше, действительно напоминает чудо. Осторожно принимая из моих рук ветку, Доминик прикрывает глаза и уходит в себя. Его руки охватывает переливающееся сияние. Когда оно через несколько минут гаснет, в руках ириса находится молодой побег с корешками и зеленеющими листьями.

— Вот теперь она снова живая и даже может прорасти в земле, — улыбается Доминик.

— Как жаль, что я не могу видеть цветной вариант этого чуда, — с сожалением выдыхаю я, глядя, как ластится к ладоням мага спасенный росток.

— Почему? — удивляется ирис.

Я развожу руками, как бы извиняясь:

— Плата за то, что хожу в мир за Гранью — не различаю цветов, монохромное зрение.

— А хотите, попробуем этот недостаток исправить? — хитро подмигивает мужчина, и я по-новому смотрю на него.

А ведь он вполне в состоянии сделать это. Немного поразмыслив, неуверенно киваю. Хотя на самом деле сомневаюсь в