Академия отважных - Настя О

Суровый господин скрылся в портале, пробормотав что-то насчёт того, что вернётся через час, а король и министр иностранных дел расположились за столом ректора. Сам магистр Кларион подошёл к старшему Андервуду. Они кланялись синхронно. Деймону король сделал знак, чтобы оставался рядом со мной и не устраивал церемоний. Ричард Первый был поистине очень интересным правителем. Я подумала, что он может быть либо вот таким эмоциональным человеком, либо застывшим внутри видения магом. Неповторимый нашему королю достался темперамент.

— Итак, друзья мои! — воодушевленно воскликнул Ричард Первый, когда с приветствиями было покончено. — По какой причине вы собрались здесь изначально?

В наступившей тишине отчетливо слышался скрежет зубов Андервуда-старшего.

— Мы хотели отчислить Рис Коэн. Девушкам не место в академии отважных.

— Позвольте не согласиться с вами, дорогой друг, — тут же возразил ректор. — Отчислить Рису хотели вы. А я обращал ваше внимание на то, что по магическому указу это невозможно. Тем более — по указу, одобренному богами.

— Но она обманным путем попала в академию! — настаивал Андервуд.

Деймон, сидящий рядом со мной, тяжело дышал. У меня сложилось впечатление, что он не согласен со словами отца.

— Кстати, почему ты так решил, Габриэль? — обратился к нему король.

— Ну как же? — развел руками Андервуд. — Она, — он указал на меня пальцем, — не является юношей! Рис Коэн и Аллериса Коэн — это два совершенно разных человека. Ей не место в академии, где учатся одни мужчины!

— Знаешь, друг мой, я бы, наверное, тоже решил эту проблему простым путем и отчислил Рису, — задумчиво проговорил король, переводя взгляд на меня. — Но дело в том, что мой указ одобрили боги. Магическая печать — это не только признак того, что воля короля священна. Это еще и намек на то, что настала пора перемен.

— Ваше Величество, я не понимаю, к чему вы клоните, — простонал Андервуд-старший.

— Милая девушка Риса, — мягко улыбнулся король, принимая вид добродушного родителя. — Имела ли ты за пазухой корыстные мысли, когда спасала меня?

— Нет, Ваше Величество, — я замотала головой. — Я знала порядок следования повозок на улице. В то время, когда вы там оказались, должен был ехать камневоз. А его никак нельзя сдвинуть с места, слишком груженая лошадь. А вас было не узнать в плаще. Для меня нет особой разницы, кому приходить на помощь. Моя профессия такова, что я помогаю всем.

— А чем ты занималась, милая девушка Риса?

— Я работала посыльным, Ваше Величество. Разносила разные заказы по Дамблину.

— Какое полезное занятие! — хлопнул в ладоши король. — И стихия твоя пригодилась, как нельзя кстати, да?

— Все верно, Ваше Величество, — кивнула я. — Только в академии со мной стало происходить что-то странное.

— Что же это, милая девушка Риса? — прислушался король.

— Они с Деймоном реагируют друг на друга, — нехотя признал Андервуд-старший. — Девушка говорила, что может лишь видоизменять свое тело, и мы это наблюдали. Однако когда на нее начал воздействовать мой сын, их магия вступила во взаимодействие.

— Вода и огонь? — не веря, переспросил король. — Андервуд и девушка с именем Аллериса?

— Да, — кажется, только ректор начинал понимать, к чему клонит король.

Андервуд-старший стоял мрачнее тучи. По лицу Деймона ничего нельзя было понять. Но у меня создалось впечатление, что сейчас происходит какой-то исторический момент.

— И все это — в правление Ричарда Первого? — восхитился король.

— Полагаю, что да, Ваше Величество, — улыбнулся ректор, глядя, как стремительно улучшается настроение короля.

— До чего прекрасная новость, мои любимые подданные! — вдохновенно изрек король. — Это же мы теперь заживём!

— Ваше Величество, не сочтите за наглость, — я совершенно перестала понимать, что происходит. — Не могли бы вы пояснить, о чем именно говорите? Мне можно собирать вещи и возвращаться к работе?

— А девочка-то — с характером! — похвалил меня король. — Не пасует перед титулами. Молодец, Риса!

— Ваше Величество, мне кажется, стоит объяснить ваше настроение всем вокруг, — внезапно поддержал меня старший Андервуд.

Дыхание Деймона, который все еще оберегал меня, сидя рядом, на мгновение сбилось. Кажется, он понял то, что отказывался принять его отец.

— Габриэль, вот от тебя-то я не ожидал подобной узколобости, — с укором посмотрел на профессора Ричард Первый. — Все просто: девочка — дракон. Из водных!

Повисло напряженное молчание, которое я бы назвала тоскливым. Горечь его усиливалась реакцией старшего Андервуда, который смотрел на меня так, словно был готов разорвать на части. Я мельком взглянула на Деймона, но не смогла понять, как он воспринял новость короля.

— Святые же боги! — не выдержала мадам Огюстин.

— Я полностью согласен с вами, милая Сесилия, — кивнул король. — И очень надеюсь, что боги нас услышат.

— Я отказываюсь в это верить. Она не может быть потомком леди Аллерии.

Голос Габриэля Андервуда был подобен грому. Он стал мрачнее тучи и тяжело дышал. Мне показалось, что слова короля задели его за живое, поэтому я не спешила вступать в диалог, тем более что у короля явно было что сказать.

— Ты же знаешь, ребенок Аллерии пропал без вести. Сколько бы мы ни искали его, не могли найти. Сколько вам лет, милая девушка Риса? — спросил меня Ричард Первый.

— Девятнадцать, Ваше Величество.

— А теперь скажите честно, как долго вам девятнадцать лет?

Я непонимающе захлопала глазами.

— Видите ли, дети чистокровных драконов очень долго взрослеют. Особенно если в младенчестве произошла какая-то трагедия. Время до переходного возраста у них может длиться очень долго. Вы хорошо помните свое детство?

— К сожалению, нет, Ваше Величество. Я осознала себя, будучи в доме покаяния. После него я нашла работу в Дамблине и стала заниматься посылками. Воспоминаний о раннем детстве у меня нет.

— Да не может она быть ребенком Аллерии! — зарычал и без того расстроенный Андервуд.

— Это легко проверить, мой друг. Скажите-ка, уважаемый магистр Кларион, есть ли у вас чаша родственной крови? — задумчиво проговорил король.

— Да, конечно, Ваше Величество, — кивнул ректор. — Мадам Огюстин, не могли бы вы принести артефакт из хранилища приемной?

— Будет сделано, магистр.