Розов Александрович - Чужая в чужом море

- «Наутилус» в 200 милях к западу отсюда, - объяснил Керк, - Китайцы уроют любого засранца, который будет хулиганить. Кроме нас, разумеется. Мы хорошие засранцы. 

- Вообще, вы не честно поступаете, - сказала Юн Чун, - Используете гуманитарный воздушный коридор для военной разведки. Мне стыдно за вас, честное слово.

- Мы уже не используем, мы на море смотрим, - весело ответил Керк, - Видишь, какое красивое? Как твои глаза, Юн. И такое же загадочное. Ты этого не знаешь, потому что никогда не видела своих глаз со стороны. В зеркале не то, оно искажает взгляд. А вот я вижу твои глаза по-настоящему. Они играют живым огнем, когда луч солнечного света касается их сбоку, как будто хочет погладить… Вот какие у тебя глаза, Юн!

Китаянка вздохнула, и чуть заметно улыбнулась одними уголками губ.

- Наверное, когда-нибудь я вспомню эти твои слова, и мне станет очень грустно.

- Не парься, - посоветовала Пума, хлопнув ее по спине, - Ты ведь не знаешь, что будет. Никто не знает, кроме Ориши Йемайи, или Паоро, как ее называет мой мужчина.

- Это богиня, в которую ты веришь? – спросила Юн Чун.

- Что значит веришь – не веришь? Это судьба. Она просто есть, вот и все.

- Мне этого не понять. Я считаю, что человек сам хозяин своей судьбы.

- Это тоже правильно, - легко согласилась африканка, - судьба там, где человек еще не знает. А там, где человек уже знает, он хозяин. Там он делает то, что ему хочется.

- Или то, что должен, - добавила китаянка.

- Если он должен, то он раб, - ответила Пума, - а свободный человек, он не должен.

- Свобода хороша в меру, - возразила китаянка, - Если человек совсем свободен, если у него нет никаких обязательств перед обществом и другими людьми, то в чем смысл его жизни? Он проживет впустую, и потом о нем никто даже не вспомнит.

- Обязательства, обязательства, - проворчала Пума, - Брось, гло, это придумали хитрые исламисты и попы-миссионеры. Они закручивают тебя в это, как в паучью паутину, ты думаешь: Ага, моя жизнь имеет смысл, потому что на мне красивая паутина. Но потом оказывается, что тебя просто поимели, да! Это очень херово.   

- Хей, Черная кошка, - позвал Рон, - Ты уверена, что об этом надо говорить?

- Ya. Юн наш друг. Я не хочу, чтобы ей было плохо. 

Рон легонько потрепал свою vahine по жесткой шапке коротко подстриженных волос.

- Как знаешь, Кошка. Делай, как знаешь.

- Вот что, Юн, - продолжала Пума, - Я слышала, как ты начала спорить с Ромаром. Я слышала твои слова: человек появляется не тогда, когда его родила мама, а когда его опутали паутиной чужие люди. Но это херня. Если мозги опутать всякими дурацкими запретами и обязательствами, то получится не человек, а калека.

- Ты говоришь, как Ромар, - заметила китаянка.

- Нет! Я говорю, как я. Я не знаю сложные научные слова, Зато я знаю: когда приходят миссионеры и учат жить, люди болеют. В позапрошлом году мы с констеблем Руптой ездили патрулировать маленький поселок Мпихо, там была миссия. Там учили: нельзя ходить без штанов. Даже совсем маленькие дети ходили в грязных штанах. Еще учили: девочки и мальчики играют отдельно, не трогают друг друга и не смотрят, как моются. Они не мылись. У них были заражения от грязи. Миссионеры так учили. Мы сказали женщинам: вы что, глупые? Зачем вы слушали этих уродов? Видите же: дети от этого болеют и пугаются? Теперь мы этих уродов расстреляли и привезли вам правильного медика. Он скажет: детям надо не штаны, а мыться. И играть вместе. Как раньше. Да!   

- Никогда не рассказывай это при Эстер, - проворчал Рон, - Ты ее очень расстроишь.

- Не буду. Я знаю: она всех жалеет. Но мы их грохнули по закону. Написали бумагу.

- Пример классической педагогики, - констатировал Керк.

Фрис взяла сигарету из общей пачки, лежащей посреди салона, и поинтересовалась:

- В Транс-Экваториальной Африке расстрел считается педагогическим приемом?

- Нет, я про миссионерскую практику, - пояснил военфельдшер, - Ты не задумывалась, почему в большинстве архаичных племен вообще не бывает сексуальных неврозов?

- Им просто не до того, - предположила шведка, - Жизнь тяжелая.

- А почему этого практически нет в Меганезии в возрастной группе 25 лет и младше?

- А этого нет? – уточнила Юн Чун.

- Практически нет, - повторил он, - Исключения только у иммигрантов и жителей тех земель, которые присоединены значительно позже Алюминиевой революии.

- Объясни, - предложила Фрис.

- Легко. Сексуальное поведение у детей естественным путем формируется так же, как любое другое поведение. Они подражают взрослым, смотрят, что получилось, и затем корректируют свои действия. Но классическая педагогика торпедирует это дело.

- А с какого возраста детям не рано формировать сексуальность? – спросила китаянка.

- С  момента рождения, как и любое другое. Сенситивность, моторика, коммуникация, анализ, все это начинает формироваться, едва младенец открыл глаза. Как только дети способны держать в руках инструменты, они начинают подражать рабочим операциям взрослых. Они еще не понимают, когда, куда и зачем нужно забивать гвозди, но уже делают это – иногда очень некстати, но это необходимые издержки обучения. Точно также, дети играют во что угодно, включая и сексуально-гендерные элементы. Им это необходимо, чтобы развить соответствующие навыки.

Китаянка несколько озадаченно почесала подбородок.

- Извини, Керк, но это ерунда. Как можно получить навыки сексуального поведения до полового созревания. Это… Как бы сказать…

- Технически невозможно, - договорила Фрис, - Эти штуки еще не работают.

- Девчонки, а вы в детстве не играли в куклы? – спросил он, - Я имею в виду, действия, которые повторяют операции матери при обращении с младенцем? Качать, кормить…

- Да. Потому что это как раз технически возможно, - ответила шведка.

- Ты в 5 лет могла бы родить ребенка и кормить его грудью? Ну, ты монстр…

- Стоп-стоп, я имитировала только кормление. Я в 5 лет имела слабое представление о том, как ребенок рождается, и мне нечего было имитировать.

- А если бы ты имела такое представление? – спросил он.

- Тогда, конечно. Ты правильно сказал: дети подражают всему, что видят у взрослых.

- Мой племянник часто имитирует, как дедушка напивается шнапсом, - вставил Олаф.

- Отличный пример, - сказал Керк, - При этом твой племянник не знаком с алкоголем?

- Только визуально, - сказал швед, - Ему, вообще-то, 4 года. Рановато будет.

Военфельдшер торжественно побарабанил ладонями по пластику пульта.

- Теперь, внимание, вопрос: если дети видят, как взрослые занимаются сексом (а они, разумеется, подглядывают, они же дети), то они будут это имитировать, или нет?