Аварийщик. Дом №0 - Алекс Андрович

с другой стороны. «Волга» не появилась. Возможно, машина вообще была другой. Возможно. Он несколько минут стоял у магазина, делая вид, что рассматривает витрину с дешёвыми дрелями и поймал себя на совершенно новой привычке — автоматически отмечать камеры, окна, въезды и людей, которые слишком долго стоят на одном месте. Ещё вчера подобное поведение он назвал бы паранойей. Сегодня паранойя хотя бы могла оказаться полезным производственным навыком.

Телефон зазвонил.

Диспетчерская.

— Беляев, ты где? — спросила взрослая Лена.

— Я смену сдал.

— Знаю. Тут заявка странная пришла, начальник тебя ищет.

— Какая?

— Да фигня какая-то. Адрес твоей квартиры опять в системе висит.

Сергей замер.

— Что значит опять?

— Новая заявка. Только никто не звонил. Она сама появилась в программе.

— Текст?

Диспетчер помолчала.

— «Нарушение границы контура устранено оператором».

Сергей сжал телефон сильнее.

— И всё?

— Нет. Есть ещё служебная привязка. Я такой раньше не видела.

— Куда?

— К нашей базе.

— Какой адрес?

— Серёг, я же говорю — база. Аварийная служба.

Перед глазами сама собой включилась Диагностика.

Красная линия появилась прямо на лобовом стекле, прошла сквозь приборную панель, вытянулась через улицу и ушла вдаль.

Сергей видел её даже через дома.

Линия заканчивалась там, где находилась аварийная служба.

До базы Сергей доехал за двенадцать минут, хотя обычно дорога занимала двадцать. Красная линия перед глазами не зависела от улиц и поворотов: она шла по прямой, сквозь дома, деревья и рекламные щиты, словно город для неё был прозрачным. Несколько раз Сергей пытался отключить Диагностику, но линия возвращалась сама. Это раздражало сильнее, чем помогало. Когда новый дар начинает навязывать маршрут, быстро перестаёшь понимать, где заканчивается инструмент и начинается поводок.

Аварийная служба занимала старое двухэтажное здание на окраине промышленного района. Когда-то здесь размещалась какая-то ведомственная автобаза, потом помещения передали коммунальщикам, пристроили гаражи, диспетчерскую и небольшой склад. Серый кирпич, бетонный двор, ржавые ворота — место настолько непримечательное, что Сергей за четырнадцать лет работы ни разу не задумался, почему оно построено именно здесь. Теперь красная линия входила прямо под фундамент.

На проходной дремал охранник Семёныч. Он поднял голову, увидев Сергея.

— Ты чего обратно? Смену же сдал.

— Соскучился.

— Врёшь.

— Правильно. Но версия была красивая.

Семёныч махнул рукой. Внутри пахло кофе, металлом и старой рабочей одеждой. Утренняя бригада уже разъехалась, дневная ещё не вернулась, поэтому база была почти пустой. В диспетчерской сидела Лена Котова — взрослая Лена, та самая, что принимала ночную заявку. Совпадение имени с девочкой из 1989 года Сергей отметил ещё утром и теперь почему-то снова об этом подумал.

Лена встретила его поднятой бровью.

— Ты бессмертный?

— Начальство пока проверяет.

— После такой ночи нормальные люди спят.

— Я пробовал. Розетка против.

— Чего?

— Ничего. Покажи заявку.

На мониторе действительно висела странная запись. В обычной программе аварийных вызовов строки были стандартные: адрес, время, тип неисправности, бригада. Новая заявка появилась без номера телефона и фамилии заявителя.

АДРЕС: ул. Промышленная, 18

Это был их собственный адрес.

НЕИСПРАВНОСТЬ: НАРУШЕНИЕ ГРАНИЦЫ КОНТУРА

СТАТУС: УСТРАНЕНО

ИСПОЛНИТЕЛЬ: БЕЛЯЕВ С.В.

Ниже — служебная строка, которую Лена открыть не могла.

— Я ничего не вводила, — сказала она. — В журнале запросов пусто. Просто вылезло.

— А админ?

— Звонила. Он говорит, такого поля «граница контура» вообще нет в базе.

— Удобно.

— Серёг, что происходит?

Он посмотрел на неё. Рассказать хотелось хотя бы потому, что носить всё в голове одному становилось тяжело. Но рядом с ней стоял рабочий компьютер, по которому неизвестно кто мог отправлять заявки, а утром к дому приехал человек из загадочной инспекции. Сергей решил не торопиться.

— Ночью программа тоже чудила?

— Нет. Только связь пару раз падала.

— Кто ещё сейчас здесь?

— Петрович в гараже, Коля с Андреем на складе, Шурик должен вернуться с объекта. Семёныч на проходной. Всё.

— Начальник?

— Уехал в управление.

— Красота.

— Не нравится мне твоё лицо.

— Мне оно тридцать восемь лет не нравится, привык.

Сергей попросил распечатать заявку. Принтер выплюнул лист, но служебная строка на бумаге отсутствовала. На экране была, на распечатке — нет. Сергей включил Диагностику на компьютере и увидел обычные технические параметры, а затем новую пометку:

ТЕРМИНАЛ СВЯЗИ: ВНЕШНЯЯ СИНХРОНИЗАЦИЯ

КАНАЛ: ЛОКАЛЬНЫЙ УЗЕЛ

— Ну здравствуй, — пробормотал он.

— С кем?

— С нашей компьютеризацией.

Красная линия от монитора уходила вниз. Сергей вышел в коридор, линия шла через пол. На первом этаже — ещё ниже. В гараже она поворачивала к дальней стене, где стояли списанные шкафы и старая аварийная «Газель» с разобранным двигателем.

Петрович копался в ящике с крепежом.

— Опять ты.

— Не рад?

— Я только чай налил.

— Значит, жизнь налаживается. Слушай, под зданием подвал есть?

— Есть маленький. Архив, трубы, хлам.

— Ещё ниже?

Петрович перестал перебирать гайки.

— А зачем?

Сергей заметил паузу.

— Вот теперь мне особенно интересно. Есть?

— Не знаю.

— Петрович.

— Что?

— Ты врёшь хуже, чем я.

Старик закрыл ящик.

— Был колодец.

— Какой?

— Бетонный. В старом гараже. Его ещё до меня закрыли плитой.

— Почему?

— Сказали, технологический.

— И ты за двадцать лет ни разу не спросил?

— Серёга, я двадцать лет работаю в коммуналке. Если начнёшь спрашивать, зачем здесь каждая бетонная дыра, до пенсии не доживёшь.

— Разумно. Показывай.

Колодец оказался под металлическим верстаком у дальней стены. Пришлось оттащить шкаф с обрезками кабеля и снять деревянный настил. Под ним обнаружилась круглая бетонная крышка диаметром около метра, без ручек. В центре был еле заметный треугольник внутри круга.

Сергей присел.

Диагностика:

ЛОКАЛЬНЫЙ УЗЕЛ № 0

СОСТОЯНИЕ: ОГРАНИЧЕННЫЙ ДОСТУП

СИНХРОНИЗАЦИЯ: 12%

ОПЕРАТОР: НЕ ПОДТВЕРЖДЁН

— Вот он, — тихо сказал Сергей.

— Что?

— Не знаю. Но программа отсюда питается.

— Компьютерная?

— Не электричеством.

Петрович тяжело вздохнул.

— Опять началось.

— Оно и не заканчивалось.

Сергей попробовал поднять крышку ломом. Не двинулась. По краю не было ни шва, ни петли — бетон выглядел монолитным. Локальный ремонт предлагал операцию, но резерв после