Аллер. Том 3 - Олег Сынков

— Кстати, Отец, что с нашим Комби, которого мы тебе отправили?

— Так он у Иваса, он там на Шабу с ним разбирается, я пока не узнавал.

Мы переглянулись с Братом, а Отец, заметив это, сказал:

— Хотите наведаться к нему?

— Да, — сказал я, — а ты, Бат, как, что надумал?

— Я с тобой, Аллер.

— А что насчёт Вирчей? То, что мы оставили тебе, ты же говорил, что съездишь к Ивасу, Отец?

— Я ему их отправил, они у него. Все твои пожелания по этим Вирчам передал. Но сам я не смог — дела задержали меня в столице, а теперь и вы здесь. Ну что, вы поедете к Ивасу?

— Мы тогда пойдём, Отец?

— Успеете ещё, — сказал Отец, — вы лучше посмотрите на награды.

— Что, уже готовы?

И он выложил на стол коробочки с флагом Фадамарской Федерации, вернее, коробочка и была флагом Федерации полностью.

Мы начали открывать их: вот офицерская награда, вот награда для всех участников похода, вот награда для разведки, вот награда героя, профиль Старскара в золотом исполнении, а вот ещё... Стоп, а что это за награда такая? Я вроде бы не говорил про такую.

— Отец, а что это за награда?

Это награда за мужество в бою, или почти геройская награда. Она серебряная, и она не будет оплачиваться деньгами, как ты предлагал делать это с героями. Вернее, будет оплачена деньгами, но один раз, и эту награду тоже ты будешь давать героям за мужество, ну или как сам посчитаешь нужным.

А я стоял и думал: я же забыл про эти награды — за отвагу и за мужество. Но здесь пока хватит и одной — за мужество, в таких тоже подвигов много, совершенно солдатами.

— Отец, я не занимался подсчётами, но сколько у нас героев?

— Почти пятьдесят уже набралось героев, тридцать из них посмертно. Ох, и задачку ты нам задал, Аллер.

— А что не так?

— Ты представляешь, нам пришлось специально отдел создавать по наградам, ведь от твоих командиров пришло столько награждений на солдат, что этим теперь целый отдел занимается.

— Отец, ну это нужное дело, оно в будущем проявится очень сильно. Даже после награждений всё проявится, скорее всего.

— Я понимаю, Аллер, я об этом тоже думал, и, скорее всего, ты прав. Но героев награждать всё равно ты будешь.

— А за мужество кто будет награждать Отец?

— Если ты не будешь то тогда Ритар будет.

— Правильно, Отец, с его рук награду получить — это уже подвиг.

— Смеёшься, да, Аллер?

— Нет, это правда. Ведь он мало кого хвалит, а тут на тебе награду, и кто? Сам Ритар Хартак, который известен всем своим характером.

— Ну да, наслышан и я об этом, — сказал Отец. — Ну так что, доверим ему это, сыновья, или нет?

— Я согласен, — сказал я.

— А я тем более согласен, ведь он по делу все замечания делает, и не со зла, это характер у него такой, — сказал Бат.

— Вот что я вам скажу: он таким не был, когда мы познакомились, а стал он таким после известных событий на Тавруле, — сказал Отец.

— Тем более он сам герой, и всем это известно, — сказал я, и этими словами я поставил точку в обсуждении Ритара.

— Ну тогда свободны, — сказал Отец.

— Мы на Шабу, если что, — сказал Отцу Бат. И мы, сразу выйдя от Отца из кабинета, направились к стоянке слётов. Краф увязался за нами, я думал, он останется с сородичами. Но он по какой-то причине не захотел остаться и настойчиво увязался с нами.

Я, конечно, не стал его ругать, а вы попробуйте поругать такого зубастика. Вот и мне не очень этого хотелось. Да и вообще он у меня умный и очень сообразительный малый, так что с нами — так с нами. Как говорится, вопрос исчерпан.

Выбрав слёт, который уже был оборудован реактивным двигателем, мы сели в него, и Краф, как всегда, сел чуть позади нас, но просунул голову между нами.

— Смотри, — сказал Бат.

Я увидел красную наклейку возле тумблера, который включал реактивный двигатель. А на ней было написано: «В атмосфере пользоваться запрещено».

— Ну нельзя — так нельзя, да мы и не собирались, да, Бат?

— Да, Аллер, я знаю, за это штрафы большие, а потом и лицензии на управление лишают. Так что ну его куда подальше, не охота, чтоб меня кто-то возил, я привык сам.

— А я подумал: у нас бы уже на Земле столько нарушений было, и не бояться же безлошадными остаться, тем более такие жёсткие меры вводят, — и всё равно находятся всякого рода лихачи и пьяницы. Здесь на счёт этого тоже строго, конечно, но я не увидел ни одного нарушения или отступления от правил.

Мы взлетели и потихоньку набирали высоту, открывая красоту Ларена и всех его строений. Я подумал о Ивдоке — там их столица Вегдос. Этот город весь покрашен в золотой цвет, его ни с кем не спутаешь. Я просто представил его с высоты птичьего полёта. Красота, наверное, неописуемая, но и Ларен — красивый город, всё же столица.

Краф тоже это видел, что город красив с высоты, и он заклокотал свою дельфинью песню, что значило, что он в восторге. Мы с братом улыбнулись. Наш слёт начал набирать скорость, чтобы добраться до плато Шабу, а вернее — к входу в пещеру под плато Шабу.

Я начал лицезреть планету: на полях ещё лежал снег, а в городе его уже не было, но было ещё прохладно. Начиналась весна, но ей ещё недели две надо, чтобы она вступила в свои права. А мне до свадьбы осталось три месяца. Главное, чтобы Милира осталась довольна. Мне это всё не к чему — пройденный этап, но Милире должно понравиться всё и запомниться. Поэтому и я буду себя вести, как в первый раз жених. Ладно, всему своё время. Я не забываю про его приближение — это день свадьбы.

А сейчас планета и её просторы — вот что меня захватило, и Крафа, кстати, тоже. Он так смотрел на всё,