Великий диктатор 1-5 - Alex Berest

Разогнал толпу вокруг меня дежурный по вокзалу, который увидел приближающийся состав и принялся звонить в колокол.

Отца Татьяны я узнал сразу. Оригинал почти ничем не отличался от последнего фотопортрета барона фон Коттена. Короткая стрижка и будённовские усы. Вот только вместо формы — цивильная одежда.

— Михаил Фридрихович, добро пожаловать в Гельсингфорс, — поприветствовал я тестя, когда он ступил на перрон из вагона второго класса. — Как добрались? Надеюсь, поездка была не очень утомительной?

— А вы кто? — удивленно изогнул бровь мужчина и ухмыльнулся.

— Матвей Матвеевич Хухта, — представился я, ни на мгновения не сомневаясь, что уж жандармский полковник, точно знает к кому отправлял свою семью. — Муж вашей дочери. Старшей. — Решил я уточнить на всякий случай, видя как расширяются от удивления его глаза.

— Муж? Это как понимать?

Перкеле! Неужели тёща и Татьяна не сообщили ему о свадьбе?

Глава 5

— Ну, слава Богу! Дождался, — неожиданно произнёс тесть и размашисто перекрестился. — А я всё боялся, что она в старых девах останется. Дай я тебя поцелую, зятюшка.

После чего полез обниматься, и я понял, что мужик просто-напросто пьян. Причем, пьян до изумления. Как он ещё на ногах держался, для меня оставалось загадкой.

— В ресторан! Это надо отметить! — сразу после обнимашек заголосил тесть и приказал почему-то на немецком. — Веди меня отсюда, муж моей старшей дочери. Ик. Здесь у вас очень шумно.

Ну, ещё бы не было шумно. Новый вокзал достраивают. А напротив вбивают сваи под фундамент небоскрёба деда Кауко.

— Пойдёмте, господин барон. В автомобиле поговорим, — я одной рукой подхватил его чемодан, а второй вцепился в его локоть и поволок с платформы, так как вокруг нас опять начала собираться любопытствующая толпа. Но спокойно усадить себя в мобиль он не дал, вдруг заинтересовавшись устройством дверного замка, когда я отпер дверь переднего сиденья.

— Никогда такого замка не видел, — заявил мне новый родственник. — Матвей! Матвеюшка! Какое хорошее у тебя имя, ик. А можно ключик посмотреть?

Замки на автомобили мы стали ставить два года назад, как только сумели довести до ума дисковый замок, который изобрёл гельсингфорский слесарь Эмиль Хенрикссон. Не найдя понимания у руководства своей компании, специализирующейся на выпуске сейфов, он принёс своё изобретение мне. И не просто чертёж, но и один готовый образец. Что позволило мне вспомнить, что дисковые замки в моём мире называли ещё и финскими.

Хоть образец и был рабочим, но пришлось потратить немало времени, чтобы довести его до идеальной работоспособности. Наряду с автомобильными замками мы также наладили выпуск навесных, накладных и врезных устройств. Которые быстро завоевали популярность не только внутри княжества.

— А почему Верочка не приехала? Что-то случилось? — сменил тему барон, наигравшись с замком. — Или она тоже себе нового мужа нашла? Хи-хи-хи, — пьяненько захихикал Александр Фридрихович. — Это она зря! — погрозил он лобовому стеклу. — Ведь только стала генеральшей.

— Вера Алексеевна была вынужденна срочно уехать в Вильно. Так как заболела её тётушка Марта. Ваша супруга вам писала, на адрес вашей петербургской квартиры.

— Старая мегера Марта заболела? Какая хорошая новость… — почти прошептал тесть и заснул, запрокинув голову на спинку сидения.

Пришлось отвозить мужчину в усадьбу и устраивать отдыхать вместо того, чтобы ехать в университет, где я договорился встретиться с супругой и её шестнадцатилетней сестрой Марией, которая должна была в этот день записываться на подготовительные курсы медицинского факультета.

Как позже выяснилось, Александру Фридриховичу присвоили звание генерал-майора, и он, вместо того чтобы заехать на свою петербургскую квартиру, обмывал новое звание с коллегами. Слава богу, что догадался хоть телеграмму отбить о своём приезде.

…..

— Матти, пойдём, пойдём! — схватил меня за руку Антон Фоккер и потащил вглубь завода. — Мы наконец его сделали. Всё как ты и говорил. Это просто чудо! — трещал этот низкорослый голландец, который явно устроил на меня засаду возле проходной завода, как только узнал о моём приезде, чтобы перехватить первым. — Вот! Ну не красавиц ли? — указал он мне на одноместный биплан с тянущим винтом, на крае нижнего крыла которого сидел Том Рунеберг.

— И самолёт красивый и Том ничего, — не преминул я пошутить, обмениваясь рукопожатием со своим главным инженером-авиастроителем. — Испытывали уже? — кивнул я на биплан.

— Только подскоки пока, — тяжело вздохнул Фоккер. — Том не пускает в воздух пока не проведём все предварительные испытания. А как мы проверим работу нижних щитков если не взлетаем?

— Антон, мы же договаривались, что безопасность превыше всего, — наигранно возмутился младший Рунеберг. — А учитывая новые конструктивные особенности и расположение двигателя — лучше перестраховаться. Всё равно испытания уже подходят к концу, и ты скоро поднимешь в воздух свой «F-1».

Над этим самолётом наш «летучий голландец», как прозвали Антона мы с Миккой, работал почти два года. Правда, не в одиночку, а в компании со мной и Томом Рунебергом. От меня-то и потребовался только эскиз, да новый рядный, пятицилиндровый двигатель на сто шестьдесят лошадиных сил.

В конце проектирования Рунеберг предложил сменить тканевую обшивку на многослойную фанеру. И он же решил испытать дополнительные системы механизации крыла, привнеся в конструкцию нижние предкрылки и верхние спойлеры. Схему перспективной механизации, я ему рисовал ещё в 1908 году в Париже, но у него всё так и не доходили руки, чтобы проверить эти улучшения.

Перевернуть же двигатель вниз цилиндрами и сделать открытый воздухозаборник в лобовой части гондолы для охлаждения придумал уже сам Фоккер. И очень гордился этой придумкой, которую мы даже запатентовали на всякий случай.

— Осталось только понять как на этот аэроплан воткнуть пулемёт, — тяжко вздохнул голландец. — Лепить его на верхнее крыло не очень хочется. Может сбить центровку аппарата, да и прицельное приспособление надо новое создавать.

— А кто мешает тебе стрелять через винт? — решил я подкинуть идею тому, кто в моей истории прошлого мира и придумал синхронизатор для германской авиации.

— Матти, винт же деревянный. Его размочалит пулями — не понял меня Рунеберг, а Фоккер согласно закивал головой.

— Так придумайте, как синхронизировать двигатель и пулемёт.

— А ведь ты знаешь! — с укором ткнул в меня пальцем Антон. — А вместо того, чтобы поделиться знаниями, заставляешь нас думать.

— Пф. Думать вообще-то полезно. Если сами не догадаетесь, то скажу, когда вернусь из