Мертвая тишина. Том 4 - Денис Старый
Я усмехнулся. Ну конечно. Какой же конец света без собственного малолетнего диктатора? Причём обязательно с громкой кличкой и претензиями на независимое государство.
— А санаторий с ними как?
— Плохо. Те требуют продукты, санаторские отказывают. Уже стреляли друг в друга. Пока без убитых, насколько знаю. Но долго так не продлится.
Я поднялся и подошёл к окну. На парковке продолжалась разгрузка машин. Несколько женщин тащили матрасы, дети носились между грузовиками, а Борец пытался объяснить какому-то мужику, что мешки с картошкой нельзя складывать возле входа в операционный блок. Мужик спорил, Борец постепенно краснел, и я уже приготовился вмешаться, но тот неожиданно схватил сразу два мешка и унёс их куда-то за угол. Вот и прекрасно. Иногда демонстрация физической силы оказывается убедительнее любой административной инструкции.
— Значит, так, Сергей, — сказал я, возвращаясь к столу. — В детский сад мы отправим помощь. Продукты, медикаменты, несколько человек для усиления охраны. Это к тем, что Андрей оставил ранее. Но при одном условии: Марина Павловна должна согласиться на постоянную связь с нами и совместную оборону района. Полное подчинение мне.
— Она согласится. Уже и на рабство готовы. Только так, фасон держит, — уверенно ответил Сергей. Не успел Сергей уйти, как в кабинет ворвался Чёрный. По выражению его лица я сразу понял, что спокойного обеда сегодня не будет.
— Рабства у нас нет. Работы — много. Все. Тебя отвезут, как только кто-то из бойцов освободится. Ступай, помоги лучше разгрузке, — сказал я, словно бы отмахиваясь.
Решил прямо тут, в кабинете, который должен будет стать моим, в кресле, вздремнуть. Потом уже пойти в свои, наши с Настей и Мишей, апартаменты.
Но разве же суждено? В кабинет, как вихрь, влетел Черный.
— Первый, у нас неприятности, — сообщил он, даже не присев.
Глава 20
— Настюш, звезда моя ясная, золото ты моё, но не томи, — уговаривал я жену, почти после каждого слова целуя то в шею, то в губы, то в щёку. — Ты ведь понимаешь, что моё терпение не бесконечно? Я и так целый день ждал, когда мы наконец останемся вдвоём.
— Продолжай, продолжай, — довольно промурлыкала она, обнимая меня за шею. — Вовек ничего не скажу, пока не остановишься.
Зря она это произнесла. Я немедленно прекратил целоваться, отстранился и с самым серьёзным видом посмотрел ей в глаза. Настя несколько мгновений ожидала продолжения, а потом поняла, что сама себя перехитрила.
— Правду люди говорят: язык мой — враг мой, — вздохнула она, но улыбку скрыть не смогла.
— Так говорят исключительно те женщины, чьи мужья не умеют делать вот так!
Я наклонился и лизнул её в щёку. Причём это была настоящая месть. Я прекрасно знал, что Настя, при всей своей нежности, любви целоваться, отличалась некоторой брезгливостью и весьма трепетно относилась к чистоте. Поцелуи ей нравились, а вот слюни на щеке — совершенно другое дело. Теперь ей наверняка понадобится не одна влажная салфетка, чтобы восстановить душевное равновесие.
— Фу, Саша! — Она рассмеялась и попыталась вытереться краем халата. — Ну ты и противный!
— Зато любимый. И между прочим, обманутый муж. Ты ведь ходила на УЗИ! А Артур, этот медицинский конспиратор, заявил, что мы должны разобраться в семейном кругу. Я даже потребовал доложить результаты обследования, а он только руками развёл. Мол, сами разбирайтесь. Ты уже главнее меня стала.
— Попросила по-человечески. Это же ты все приказываешь.
Я демонстративно поднялся с дивана, скрестил руки на груди и нахмурился, изображая сурового следователя.
— Итак, гражданка Корзун! Ну или членка общины…
— Членка общины… — рассмеялась она.
— Не перебивай! Следствие располагает достоверными сведениями, что в вашем животе скрывается неизвестное лицо. Требую немедленно сообщить его пол и предполагаемую дату появления на свет!
— А давай устроим гендер-пати? — предложила Настя с таким невинным видом, что я сразу заподозрил подвох.
— Что устроим? — переспросил я. — Мне тут недавно рассказывали про всякие сексуальные извращения, но такого ещё не слышал. Это когда мы приглашаем кого-нибудь симпатичного? Например, ту самую блондинку, Блонду, она не против, если что. И все вместе отправляемся в постель?
Удар был нанесён точно в цель. Настя до сих пор ревновала меня к той самой блондинке, которая, насколько мне было известно, снова сошлась с моим заместителем Черных. Самое удивительное, что никто не считал её легкодоступной женщиной. Даже наоборот — разборчивой. Как же изменились нравы после катастрофы! И далеко не всегда в худшую сторону.
Настя демонстративно отвернулась. Плечи её дрогнули, и я уже приготовился к очередному приступу слёз. Беременность, гормоны, переживания — всё это делало мою обычно рассудительную жену куда более чувствительной. Хотя иногда мне начинало казаться, что она просто научилась пользоваться своим положением. Впрочем, кто же разберётся в женской психологии? Тем более когда речь идёт о любимой женщине.
— Настюш, ну правда, — примирительно произнёс я, вновь присаживаясь рядом. — Мишка уже уснул, врачи разрешили нам заниматься блудом, а у меня впервые за долгое время появилось свободное время. Любимая, давай не будем тратить драгоценные минуты.
— Минуты? — Она резко повернулась ко мне. — Вот так у тебя всё? Минута — и пошёл?
— Ну ты уже не преувеличивай! — возмутился я, подняв указательный палец. — Полторы минимум!
Настя не выдержала и расхохоталась. Я тоже рассмеялся, довольный тем, что удалось вернуть ей хорошее настроение. Она придвинулась ближе, положила голову мне на плечо и некоторое время молчала, явно наслаждаясь тем, что я наконец принадлежу только ей.
— Ладно, скажу тебе, — неожиданно произнесла она.
Я мгновенно насторожился.
Признаться, мне действительно было интересно, кто у нас родится. Хотя какая, в сущности, разница? Мальчик, девочка — лишь бы ребёнок был здоров. Но ведь хочется знать! Тем более когда жена совершенно сознательно скрывает от тебя сведения, которыми располагает уже несколько часов.
Впрочем, на УЗИ я не присутствовал по вполне уважительной причине. Вместо этого пришлось отправиться с официальным, так сказать, визитом в детский сад. Посмотреть на людей, себя показать, оценить обстановку и окончательно решить вопрос с их переселением.
В результате мы забрали оттуда всех. Оставили только свою группу из пятерых бойцов, потому как имущество все же… а мы только людей перевезли.
Сергей, тот самый мужчина, который прежде приезжал к нам посмотреть,