Майк Ли - Падшие Ангелы

- Вы хотите сказать, что они помогают тем… тем повстанцам?

- Косвенно, да, - произнес Лютер. - Хотя у меня и нет доказательств, но по-другому я не в состоянии это объяснить. Было проведено пару арестов, но в попытках раскрыть личности тех, кто организовывает инакомыслящих, было совершенно мало прогресса.

Захариил обдумал значение всего этого.

- В высших эшелонах полицейских сил полно воинов из более не существующих благородных орденов, - начал он размышлять. Дурное предчувствие вновь стало покалывать его подсознание. Он помассировал лоб кончиками пальцев.

- Во многом я думал так же, - сказал Лютер. - Есть множество бывших дворян и могучих рыцарей, ушедших из Ордена, когда мы поклялись в верности Императору. Многие из них обладают значительным богатством и влиянием в своих бывших доменах.

- Но чего хотят повстанцы?

Лютер повернулся к Захариилу. На этот раз его глаза холодно пылали.

- Я пока не знаю, брат, но намереваюсь узнать это, - сказал он. - Мне будут нужны воины, которым смогу доверять, и поэтому я отменил все погрузки до дальнейших приказов.

Захариил прислонился к балкону. Решение имело смысл, но он боялся, что Лютер шагал по краю пропасти.

- Примарх нуждается в этих воинах на Щитовых Мирах, - сказал он. - Если мы задержим их, то это может привести к пагубным последствиям.

- Худшим, чем доведение Калибана до состояния анархии? - возразил Лютер. - Не волнуйся брат. Я много об этом думал. Мы пошлем первый егерский. Если возникнут вопросы, я освобожу новых Астартес для немедленной транспортировки на флот.

Захариил кивнул, все еще ощущая смятение.

- Нам нужно найти их главарей, - произнес он. - Вытащить их наружу и поставить лицом к лицу со своими злодеяниями. Это положит конец воцарившемуся беззаконию.

Лютер кивнул.

- Начало уже положено, - сказал он. - Пока мы здесь разговариваем, Лорд Сайфер начал их поиски.

Молот и наковальня

Диамант

200-й год Великого Крестового похода Императора

- ВОКС ПЕРЕДАЧА от 12-й эскадры эсминцев, - доложил Капитан Стений, присоединяясь к примарху у главного гололитического дисплея стратегиума. - Наблюдатели сообщают о тридцати кораблях, стоящих на якоре на высокой орбите мира-кузницы. Размеры реакторов и датчики выброса газов говорят о смешанной группе крупных боевых кораблей и большегрузных транспортов.

Руки Льва Эль’Джонсона продолжали сжимать отполированную металлическую оправу резервуара, слабая улыбка играла в уголках его рта.

- Идентификация?

Стений покачал головой. Он был одним из ветеранов самых ранних кампаний Легиона, и отметины шрамов гордо говорили о его службе. Его глаза были оправлены в серебро, дымчатые линзы искусно закреплены в гнездах, гармонируя со шрамами. Нервы, поврежденные при взрыве гололитического дисплея острыми, как бритва осколками стекла, превратили его лицо в мрачную, непроницаемую маску.

- Ни одно из судов на орбите не передает идентификационные коды, - ответил капитан. - Но командор Браккий, на борту «Рапиры», подтвердил сигнатуры реакторов двух самых больших крейсеров как «Форина» и «Леоний».

Примарх кивнул.

- Грозные корабли, но их лучшие дни уже прошли. Я ожидал большего: Гор послал резервную группу флота, состоящую из предавших Империум военных кораблей и армейских частей, чтобы разграбить Диамат, при этом, удерживая своих Астартес, чтобы защитить Истваан V.

Стений с серьезным видом наблюдал за новыми данными, отображаемые гололитом, стоящим на столе. Диамат висел в центре дисплея, окрашенный в крапчатые оттенки ржавчины, охры и пережженного железа. Крошечные красные пиктограммы пунктиром отображались на поверхности мира, стоящего перед приближающимися боевыми группами Темных Ангелов, отмечая приблизительный размер и местонахождение вражеских кораблей на орбите. Две пиктограммы были ориентировочно классифицированы как сверхтяжелые крейсера мятежников, остальным были даны приблизительные классификации, основанные на размере и показаниях о выбросах их реакторов. В настоящее время, схема отображала не менее двадцати значков контактов, каждый из которых был размером с крейсер, сгруппировавшихся вокруг десяти тяжелых транспортов, находящихся на якоре у Диамата.

Немиил, стоявший слева от Джонсона, с другой стороны гололитического стола, заметил беспокойство в глазах капитана. Мятежники имели вдвое больше крупных боевых кораблей, чем они полагали. В настоящий момент, Темные Ангелы обладали преимуществом неожиданности, и враги могли быть пойманы на небольшом пространстве для маневров, но можно было только догадываться, как долго оно будет продолжаться.

Напряжение и неопределенность тяжестью висели в плохо освещенных помещениях; Немиил видел опустившиеся плечи и безмолвный обмен взглядами между офицерами флота. В течение двухмесячного полета из системы Гордия, новости о предательстве Гора и их тайное задание оставили несмываемые пятна на психике экипажа.

Они потеряли веру, думал Немиил. А почему нет? Случилось невиданное. Воитель Гор, любимый сын Императора, отвернулся от него, и брат пошел против брата. Он изучил лица мужчин в стратегиуме и увидел то же самое опасение, скрывающееся в глубинах их глаз. Никто не знал, кому можно доверять. Если даже Гор пал, то кто будет следующим?

Двести Астартес на борту флагманского судна боролись с собственной неопределенностью, так как они делали это всегда: оттачивая свои навыки, морально и физически готовясь к сражению. Еще в начале полета, Джонсон издал ряд приказов, преобразующих находящиеся под его командованием отделения в две маленьких компании и устанавливающих строгий режим тренировок, чтобы превратить их в сплоченную боевую единицу.

Как единственный Капеллан на борту боевой баржи, Немиил лично отвечал перед Джонсоном, за контроль над тренировками Астартес и за их физической и психологической пригодностью. Так как практически все старшие офицеры Легиона были оставлены на Гордии IV, Немиил обнаружил, что его обязанности расширились, включив логистику и действия флота. Он принял дополнительные обязанности с гордостью и определенным беспокойством, потому что, чем больше он работал рядом со Львом Эль'Джонсоном, тем меньше смысла видел в путешествии к Диамату. Такое маленькое войско как у них не сможет долго выстоять против полной силы четырех Легионов мятежников, и Немиил не мог себе представить, что Император дал Джонсону такое задание. И чем больше он думал об этом, тем больше убеждался, что примарх организовал экспедицию к Диамату по своим собственным мотивам.