Муртаг - Кристофер Паолини

— Возможно, в этом нет необходимости.

“О?”

Насуада указала в сторону основной части цитадели. “Перед тем, как уйти, Эрагон зачаровал гадательное зеркало, чтобы мне было легче общаться с ним, чем с курьером. Он сделал то же самое для всех королей и королев страны”.

Муртаг позволил себе печальную улыбку. “ Конечно, он это сделал. Он становится умнее, этот… Вы говорили с ним обо мне?

— Ни разу с тех пор, как ты приехал.

Он кивнул. “Понятно. Что ж, возможно, твоего зеркала будет достаточно. Я бы предпочел избежать необходимости лететь в Арнгор. Нет, если это существо на свободе в Алагейзии.

Беспокойство омрачило выражение ее лица. — Как ты думаешь, насколько велика угроза на самом деле?

“ Я не знаю, но… Он покачал головой. “Если хотя бы половина из того, что я видел, правда, Азлагур может быть опаснее, чем когда-либо был Гальбаторикс”.

Насуада сжала губы, и несколько минут они молча смотрели на закат. Она, как никто другой, по-настоящему понимала жестокость и порочность Гальбаторикса, и она воочию убедилась в ошеломляющих масштабах его власти. Король унизил их всех. Только благодаря величайшей удаче — и немалому мастерству, — они одолели его.

Она повернулась к Торну. “ А как насчет тебя? Ты почувствовал что-нибудь от этого Азлагура?

Нет. Я был слишком занят, разрушая Нал Горгот, и к тому времени, когда я нашел Муртага, в пещерах не осталось ничего, кроме паразитов.

“ Вот что нужно сделать, — сказал Муртаг, — это найти Эль-харим, курганы Ангельма и все остальное, где из земли может подниматься черный дым. Возможно, нам удастся наткнуться на Азлагура на одном из них, или, по крайней мере, мы сможем узнать больше интересного.

“Эль-харим”, - задумчиво произнесла Насуада. “Как странно”.

— Ты знаешь об этом?

“Имя из старого стишка”. Она на мгновение замолчала, обдумывая, а затем продекламировала:

В Эль-хариме жил человек, мужчина с желтыми глазами.

Мне он сказал: “Остерегайся слухов, ибо они нашептывают ложь.

Не сражайся с демонами тьмы,

Иначе они поставят на твоем сознании отметину;

Не прислушивайся к глубоким теням,

Иначе они преследуют тебя, даже когда ты спишь”.

Эти слова показались Муртагу неожиданно знакомыми. Сначала он не мог вспомнить их, но потом вспомнил: Зал Прорицательницы, когда Насуада позволила ему прикоснуться к ее разуму, чтобы он мог доказать свои намерения. “Ах! Ты использовал это стихотворение, чтобы защитить свои мысли.

Насуада кивнула, и он смог увидеть тень воспоминания в ее глазах. “Я выучил этот стишок в детстве в Сурде, но ничего не могу вспомнить о его происхождении”.

Он скорчил гримасу. “ До меня доходили только обрывки. До сих пор я забывал. Он мрачно покачал головой. “ Еще одно доказательство того, что кое-что о драумарах известно уже много лет. Если бы у нас были глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слушать, мы могли бы обнаружить их существование давным-давно”.

“Твое упоминание о глазах заставляет меня задуматься”, - сказала Насуада. “Я не думаю, что глаза Грива были желтыми?”

“ Нет. Что это не так. Одно можно сказать наверняка — драумаров нужно искоренять, а детей, которых они украли, нужно спасать. Я также хочу поговорить с капитаном Реном и положить конец всей этой истории с детенышами котов-оборотней, что бы это ни было. Как только я буду в состоянии, мы отправимся в путь.

Насуада вздернула подбородок. Бриллиант, установленный в центре ее короны, сверкнул в красноватом свете заката. — Ты забываешь, что я не давал тебе разрешения покинуть Илирею.

Муртаг изучал ее, не понимая, в какую игру она играет. С кажущейся небрежностью он позволил своему взгляду блуждать по комнате. Были ли там солдаты или заклинатели, спрятанные за стенами? Он чуть было не отправился на поиски своим разумом, но потом решил, что не хочет знать. Если Насуада собиралась повернуться против него, он предпочел бы оставить это на будущее. Даже если так…

Торн, ты смог вернуть Итринг, когда спас меня?

Я был.

Ты принес это сюда?

Я так и сделал.

Муртаг оглянулся на Насуаду и мягким тоном сказал: “Я случайно не вижу своего меча. Ты знаешь, где это?

Легкая улыбка тронула губы Насуады. — Я подумала, ты мог бы спросить. — Из складок своего платья она достала маленький серебряный колокольчик, в который дважды позвонила, прежде чем убрать его.

Дубовые двери снова распахнулись, и вошла Алин. На руках она несла Истринга и Нирнен крест-накрест. И не только их. Поверх оружия лежал завернутый в ткань сверток, в котором Муртаг узнал чешую Глаэдра, а рядом с ним — знакомый помятый медный кубок.

Алин принесла эти вещи Муртагу. Одну за другой она вручила их ему, а затем присела в реверансе перед Насуадой и сказала: “Ваше величество”.

Она начала уходить, но Насуада вытянула руку в повелительном жесте. “Минутку, Алин. Скажите, были ли у вас какие-либо причины для жалоб здесь, в Илирее?

Алин сделала легкий реверанс. “ О нет, ваше величество. Вовсе нет.

— И вы были бы готовы признать меня своей королевой и служить мне как одна из моих верных подданных?

Мурта поймал быстрый неуверенный взгляд Алин, но затем она сказала: “Если вы примете меня, ваше величество”.

“Отлично”, - сказала Насуада с апломбом. “Тогда решено. Завтра ты можешь официально присягнуть мне при дворе. Однако, есть еще один вопрос. Мурта рассказал мне многое из вашей истории, и мне кажется, что вы человек незаурядного духа и стойкости. С моей стороны, как королевы, было бы глупо пренебрегать такими достоинствами. Поэтому я спрашиваю: вы также были бы готовы принять должность одной из моих королевских служанок?”

Алина замерла, и когда она ответила, ее голос звучал тихо: “Вы оказываете мне великую честь, ваше величество”.

— Так и есть.

Легкая дрожь пробежала по телу Алины. — А что, если я откажусь, ваше величество?

— Тогда я пожелаю тебе удачи, и ты сможешь следовать желанию своего сердца, куда бы оно ни привело.

Алин подняла голову, ее глаза сияли. — В таком случае я с гордостью приму приглашение.

Насуада кивнула в знак подтверждения. — Глава моей свиты, Фарика, расскажет вам о ваших ролях и обязанностях.

Алина снова присела в реверансе. — Благодарю вас, ваше величество.

— Теперь ты можешь идти.

Когда она удалилась, Алин кивнула Муртагу и пробормотала, по-видимому, по привычке: “Убийца королей”. Мурта вздрогнула, и ее щеки побледнели, когда она осознала, что сказала. Она опустила голову и поспешила прочь.

Как только Алин ушла, и двери закрылись, Насуада перевела взгляд на Муртага. Ему было трудно