Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

– Я говорю «отец», лейтенант Риви, – сухо ответила Фрост. – С тех пор как меня вытащили из Срединного пролива, другой семьи у меня нет. Не было.

– А вы вообще не родственники? По крови? – Риви попытался, чтобы в голосе читалось любопытство, а не подозрение.

Фрост нахмурилась.

– Не родственники, лейтенант Риви, – ответила она, глядя ему в глаза, и Риви сменил тему как можно быстрее:

– Мы понесем наказание за помощь Кадзуро?

– Не мы, а я. Вас с Кимом там не было. Это приказ. Ослушаетесь – вылетите из погранотряда быстрее, чем успеете сказать слово «змея».

– Какое наказание?

– Все время лезете не в свое дело, Риви?

– Почему не в свое? У нас на Юге говорили: плох тот капитан, о котором ничего не знают его пограничники.

– Не волнуйтесь, смертная казнь мне не светит, – сказала Фрост, помолчав. – Унижение – вот мое наказание, лейтенант. Напишу пару подхалимских писем капитану в Шэнь, попрошу яд. Впрочем, это бесполезно.

Риви посмотрел Фрост в глаза, пытаясь понять, врет она или нет. Лицо капитана оставалось бесстрастным.

– Проклятые змеиные клыки. Больно? – Риви выдохнул.

– Терпимо.

– Возьмите. – Риви достал из кармана бутылек граппы. – Не вылечит, но поможет.

Фрост коротко усмехнулась.

– Думаете, я не пробовала выпить? Не помогает.

– Да что вы там пили. Соджу из картошки? Это же дрянь. А это – настоящая граппа из Реджо. Рецепт подарил нам сам пророк Джованни. А кто мы такие, чтобы противиться воле земных пророков? – Риви улыбнулся.

– Оставьте себе, лейтенант. Кажется, вам это нужно, чтобы… не замерзнуть в наших краях.

– Да возьмите уже. – Риви протянул бутылек двумя руками. – Мне врач говорил, там целебные вещества. Выпейте и ложитесь спать.

– Хорошо. – Фрост взяла граппу осторожно, стараясь случайно не коснуться его рук. – Попробую. Спасибо. А вы идите получать военную форму. Все лучше, чем протирать задницу в храме нашего любимого пророка.

Она развернулась и прошла прочь не оглядываясь. Риви сжал и разжал кулаки. Заштопанные ладони напоминали уродливое лоскутное одеяло. Под отросшими ногтями чернела грязь.

Неужели к его рукам настолько неприятно прикасаться?

…Вспомнилась дочь мэра Реджо, ее звали Бруна. Риви сказали: дело решенное. Герою нужно жениться на достойной женщине, и отец совсем не против отдать ее замуж за человека, отбившего город у змей.

Они встретились на аллее с кипарисами. Риви купил орехов: он, по правде, не слишком хорошо знал, что нравится девушкам – может, все-таки цветы, – и решил, что орехи подойдут. Бруна приняла кулек с легкой улыбкой и кивком, от которого запрыгали светлые кудряшки. Но от Риви не укрылось, как аккуратно двигались ее тонкие пальцы, лишь бы не задеть его обезображенную руку, и что по-детски пухлые губы передернулись от отвращения. Риви сказал: «Угощайтесь», развернулся и пошел прочь.

Землю на Изола Белла отобрать не посмели. Но все прошения о восстановлении на службе так и остались без ответа.

– Вышила вам заранее, лейтенант Риви. И штаны укоротила.

Риви с трудом удержал тяжелую, идеально выглаженную военную форму, глянул на силуэт мангуста и золотые буквы. Парансанская «р» напоминала витиеватую цифру два, «м» – квадрат.

Риви Маттео.

Защиту парансанцы, как и реджийцы, не носили – доспехи мешали быстро двигаться во время схватки и выбираться, если змея начнет душить.

– Ремень и носки потеплее. – Портниха с круглым, как картофелина, лицом впихнула Риви через прилавок плетеную корзину. – Сейчас еще трусишек сложу.

Быстрым движением она поправила забор из рулонов ткани и откуда-то снизу вытащила стопку белых длиннющих трусов. Трусы пограничника – так их называли на Юге. В Реджо молодых погранцов в первую ночь службы заставляли бегать по казармам голышом с трусами на голове.

– И на Севере они, – Риви вздохнул.

Засунуть трусы в штаны так, чтобы ничего не топорщилось, у него никогда не получалось.

– Так в трусах по коленку теплее же. – Портниха заулыбалась. – Штаны мы зато широкие шьем, очень удобно, лейтенант Риви, не переживайте. Если испачкаетесь, сразу меняйте! – Она шлепнула трусы в корзину. – И несите стирать, а то капитан у нас за грязную форму…

– Понял. – Риви вспомнилось, как в Реджо он месяц ходил в порванном сапоге и заляпанном змеиной кровью кителе, потому что не на что было сменить. Да и трусов было всего четыре штуки – приходилось стирать в тазу с еле теплой водой.

– Я правильно написала ваше имя и фамилию? У нас так принято: сначала фамилия, потом имя. Капитан сказала, что на Юге пишут имя, а только потом фамилию, потому что у южан все… – портниха подбирала слово, – по-другому.

– Капитан так и сказала – «по-другому»?

– Нет. Капитан сказала…

– Как же?

– Ну… У них, южан, все через задницу. Вот как она сказала. Зря я это вам, наверное.

– Капитан не ошиблась. Спасибо. И за перчатки.

– Так перчатки – это не я, лейтенант Риви. Капитан Фрост сама зашила. Боялась, что напутаю. Ну, держите. Попозже только за обувью зайдите, хорошо? Найду ваш размер.

Риви улыбнулся, взял ручку корзины тремя пальцами левой руки, прижал стопку формы к груди и откланялся.

Военный городок, избежавший нападения змей, погрузился в дрему. Вдалеке слышался лязг затачиваемого клинка, из круглого каменного ханока – кухни – доносился запах острой картошки. На пустой площади ветер заметал следы сапог.

Риви свернул в сторону дома лейтенанта Кима, надеясь растянуться на одеяле и проспать хотя бы до обеда. Перехватил корзину с носками и трусами и кучу одежды, которая так и норовила выпасть. Дернул щербатую дверную ручку: закрыто. У порога стояли две пары сапог: одна – заляпанная снегом и грязью, другая – будто только что вычищенная дотошным обувщиком.

Риви бросил одежду, обогнул дом.

– Интересно. – Он вытянул шею, сощурился, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь.

В неплотно закрытом окне мелькнуло обнаженное плечо, и Риви показалось, что он слышит голос капитана Фрост. В горле стало сухо. Риви снова подошел к двери и сам не зная зачем постучал.

Секунда – дверь распахнулась, едва не ударив его по носу. Капитан Фрост, в шелковом халате и широких штанах, босая, стояла в дверном проеме.

– Вы должны были получать форму, лейтенант, – сказала она, и Риви уловил запах граппы.

Фрост была выше от силы сантиметра на три, но смотрела сверху вниз – будто эти жалкие сантиметры