Вольный лекарь. Ученик. Том 5 - Сергей Витальевич Карелин

Вообще этот мир очень походил на мой, но были также и различия. Во-первых, климат у нас был гораздо жарче, и зимой лишь немного падала температура воздуха, давая передышку после знойного лета. Зелень густо росла лишь на берегах полноводных рек и мелких речушек, которые испещряли всю нашу империю. Люди жили гораздо лучше: на улицах не было попрошаек и нищих, никто не ходил оборванцем, процветали ремесло и сельское хозяйство. Лекари были доступны для всех и часто в лечении использовали магию. В основном алхимию и руномагию.

Я проверил уровень энергии и понял, что если сегодня еще что-то случится, то уже ничем не смогу помочь. За кухарку не переживал: она шла на поправку и скоро придет в себя. Но соседство с хладнокровным убийцей меня напрягало.

Вдруг откуда-то сзади послышался веселый смех. Обернувшись, увидел Андрея, который прохаживался с Лидией и что-то ей рассказывал. Девушка заливисто смеялась, запрокинув голову. Однако, как бы она ни старалась, сразу было понятно, что смех наигранный.

— А-а-а, вот и наш знахарь, — Андрей увидел меня и махнул рукой. — Где ж ты был? Мы уже успели выпить по бокалу пунша.

— Кухарка заболела, лечил, — пожал я плечами.

— Ясно, а мы тут решаем, что будем делать в Колпашево. Говорят, там даже есть постоялый двор с трактиром, а не только крестьянские избы. Хочу побаловать себя свежими сливками и творогом со сметаной. Я страсть как люблю молочку. Особенно когда в густую сметану кладешь ложку сливового варенья и все хорошенько перемешиваешь, а потом маленькой ложечкой зачерпываешь и… м-м-м.

— Как же вкусно ты рассказываешь. Теперь я тоже хочу сметану с вареньем, — капризно сказала его дама и обратилась ко мне. — Кстати, Степан, Дарья очень обиделась, когда вы ее оставили и побежали за матросом.

— Было важное дело, — ответил я. — Вы же слышали, что кухарке плохо.

— Неужто какая-то кухарка важнее нашего общества? — вскинула она бровь и с недовольным видом посмотрела на меня.

— Вообще-то… — начал было я, намереваясь сказать ей все, что я о них двоих думаю, но Андрей, видимо, понял это, поэтому поспешил меня прервать:

— Не будем больше говорить о болезнях. Это очень утомляет, — он отстранился от девушки. — Нам со Степаном пора собираться. Нас пригласил на ужин сам капитан.

— А мы как же? Неужели вы нас с Дашей с собой не возьмете?

— Сожалею, но нет. Это званый ужин, и на нем будут только те, кого лично пригласил Илья Петрович.

— Ну и ладно, — фыркнула Лидия, развернулась и удалилась, стуча каблучками.

— Чувствую, ты что-то недоговариваешь. Кухарка тоже отравилась? — вполголоса спросил Андрей, убедившись, что рядом никого нет.

— Нет, не отравилась, — я решил ничего не скрывать от Андрея, ведь во время ужина с капитаном он все равно услышит об этом. — Ей воткнули заточку в живот.

— Да ты что, — ошарашено выдохнул он. — Мертва?

— Нет, еле успел помочь, но пока без сознания.

— Выяснили, кто это сделал?

— Пока нет.

— Ну и рейс: не одно, так второе, — покачал он головой. — Надеюсь, мы целыми и невредимыми доберемся до Тюмени.

— Я тоже на это надеюсь.

Мы пошли в нашу каюту. Пока Андрей брился, я попросил у матроса чугунный утюг и прошел с ним на кухню. Дуня сидела в углу и чистила лук, а француз с несчастным видом мял тесто.

— Мне бы утюг нагреть, — подал я голос, привлекая их внимание.

Француз мельком взглянул на меня и с каким-то обреченным видом ответил:

— Делайте, что хотите.

Я поставил утюг на горячую плиту рядом с кастрюлей, в которой кипела картошка, и принялся ждать, когда он нагреется. Француз между тем раскатал тесто на тонкий корж и принялся его нарезать на узкие полоски, бормоча под нос:

— Бон, месье понадобилась паста. Чем плох рис или горох? Зачем такие хлопоты из-за какого-то ужина на каком-то дешевом судне? Се мэн э-не лю…

Он еще что-то бормотал на своем языке, но я ничего не понял.

Между тем Дуня дочистила лук, стряхнула сор с передника в корзину и несмело произнесла, обращаясь к повару:

— Господин Дюпон, вы мне позволите отлучиться? Нужно проверить Агнию.

— Делайте, что хотите, — сказал он тем же тоном, что и мне.

Видимо, обиделся француз на то, что его заставили работать. Дуня убежала, а я взял прихваткой разогретый утюг и быстро двинулся в сторону своей каюты, пока он снова не остыл.

— Ну, как я тебе? — Андрей уже побрился, зачесал волосы назад и надел белоснежную рубашку с широкими рукавами, узкие брюки, какие носят всадники, и высокие кожаные сапоги.

— А как же сюртук, жилет и прочее?

— Да-а, парень, надо дать тебе урок по этикету, — ответил он, любуясь в зеркало. — Мы идем в гости в каюту, а не в бальный зал или в салон к дамам. Одежда может быть свободнее и проще. Это, в свою очередь, сделает мероприятие более душевным, а не официальным. А я очень хочу подружиться с Ильей Петровичем. Я уже слышал о нем и знаю, что он первоклассный моряк. Позже я переманю его на свои пароходы. Надеюсь, ты не забыл, что я делаю на «Графине»?

— Нет, не забыл, — я расстелил на столе свежую, но помятую рубашку, и начал гладить. — Готов подсказать тебе еще одну идею.

— И какую же? — вмиг заинтересовался Андрей и отвернулся от зеркала.

— Пусть среди пассажиров всегда находится человек, который будет твоими ушами и глазами. Тогда ничего не пройдет мимо тебя.

— Отличная идея! Где мой блокнот?

Через полчаса мы направились к каюте капитана. Он уже ждал нас, но был мрачнее тучи.

— Этот чертов француз до сих пор ничего не принес. Чтоб его черти морские унесли, якорь ему в глотку! — в сердцах воскликнул он, но тут же продолжительно выдохнул и уже более спокойным голосом добавил: — Проходите, присаживайтесь. Пока ждем ужин, угощу вас ромом, который лично привез из Пуэрто-Рико.

— Это, кажется, испанская колония? — уточнил Андрей.

— Верно. Находится в Карибском море, — он подошел к карте на стене и почти не глядя ткнул пальцем в маленькую точку. — Я много где бывал. Пальцев на руках и ногах