Наследник - Валерий Листратов

— Так, секунду…

Прикрываю глаза и пытаюсь понять: Макс — моё имя, а находимся мы где? Снова открываю и оглядываюсь. Чёрно-красные разводы вокруг говорят, что это всё-таки не Мир. Черт. Чуть тошнит. Снова закрываю глаза.

Но ощущение не проходит, я словно… чувствую стены? Нет, серьезно? До них сотни метров, или больше, а поле Аспекта у меня меньше. Или нет? Так. Стоп! А ведь я не только чувствую эти стены… именно я сейчас их держу. Ага! Ещё одно знание. Да даже не так! Эти стены — тоже я. И это максимально странно, но, неожиданно, привычно.

При этом в эти стены уходит приличный, в принципе, для любого псионика объём энергии. И, похоже, я могу держать их так… месяцами? годами? Наверное. Но не будем проверять.

Это чувство почти полностью было заблокировано лиловой сферой. Оставалось только понимание поддержки и оттока.

Так, а это что? А, это точки внимания големов. Точно, у меня же ещё големы снаружи!

Всё, начинаю вспоминать. Вместе с именем, воспоминания распаковываются одним блоком.

— Все-все. Я в норме. — потираю грудь. Да… И пустота в груди остается. Я ведь помню, что там было. Черт. Ладно.

Но я, наверное, даже благодарен ксеносу. Ведь по краешку прошёл, совсем по краешку. Если бы матка знала, какой уровень печати и каркаса у меня к этому моменту, работать через пси она просто не стала бы. Через мои воспоминания, через меня самого. И если бы я сунулся сюда без магии, то в принципе сдох бы просто так, потому что никакого ритуала не получилось бы. Или только с магией, но без пси — такого ритуала тоже не получилось бы. Не было бы ограничений и уравнивания шансов. Технически-то тварь была сильнее меня. Просто недооценила меня как противника, но это нормально. Так и должно было быть. Она же со мной не встречалась, а память от тех, с кем я встречался, ей не достаётся. Лиловая сфера прекрасно блокировала все попытки. Ну и ксенос отлично замер в тот момент, когда Высоков создал эту сферу. Для матки прошёл один миг.

Теперь понимаю, что чувствует Высоков: с одной стороны вроде боль, с другой — сознание вообще не видит времени. Так что, риски для Высокова, если сворачивать каверну, будут небольшие. Он эту боль ощутить не успеет.

— Сколько времени меня не было? — спрашиваю у Кира.

Парень долго качает головой:

— Несколько часов, наверное. — задумывается. — Я не засекал. Ждал только первые минуты. Но знал, что Кирилл живой. А тебя все нет. И я потерялся.

— Главное теперь, чтобы снаружи не прошло несколько дней, — бормочу про себя. Все же время здесь течёт иначе. С другой стороны, вроде бы не должно.

Касаюсь разумом одного из големов. Смотрю наверх.

В общем, повезло: диск всё ещё висит. Вот только взрывов больше, похоже, нет.

Активирую надпись:

«ВСЁ НОРМАЛЬНО. ТЕХНИЧЕСКИЕ СЛОЖНОСТИ, ГОТОВЬТЕСЬ. В БЛИЖАЙШИЕ ПЯТЬ МИНУТ НАЧНЁМ ОПЕРАЦИЮ ПО ВОЗВРАЩЕНИЮ».

Моргаю ею несколько раз, увеличиваю и уменьшаю, расцвечиваю всеми цветами, какие могу придумать. Со стороны, наверное, похоже на вывеску кабака посреди пустыни. Зато точно не пропустят.

На диске, видимо, вспоминают, что я ничего не слышу, и он слегка покачивается справа налево, меняя положение в пространстве. Возможно, это сигнал, что они услышали. Надеюсь, они поняли меня правильно.

Это, в общем и целом, здорово.

Ещё пару раз мигаю общей надписью, и сменяю ее на: «УВИДЕЛ».

Диск опять покачивается. Хорошо, значит, это всё-таки был сигнал. Всё, готовимся.

«ЧЕРЕЗ ПЯТЬ МИНУТ! — вешаю отсчёт времени. — ЗДЕСЬ ПОЯВИТСЯ, — показываю стрелочкой, — ЛИЛОВАЯ СФЕРА ВЫСОКОВА».

Сфера держится на мне. Если я держу её, значит, могу и свернуть. Не схлопнуть, как схлопнулась бы она без матки, а свернуть аккуратно, как одежду. И, скорее всего, даже контролировать процесс смогу.

Отключаюсь от голема, оставляю обратный отсчёт.

— Смотри, — говорю Киру. — Теперь я довольно точно знаю, что Высоков не успеет почувствовать боль, когда мы появимся в обычном пространстве. Поэтому давай, запрыгивай в сферу. На всё про всё у нас уйдёт очень немного времени.

— Ты уверен? — спрашивает он. — Ты только недавно говорил другое.

— Знаешь, теперь уверен. — киваю. — Теперь можешь поверить мне на слово. В общем, я ухожу в сферу, ты идешь за мной, пространство становится обычным, и через несколько секунд я тебя оттуда выталкиваю. Сможешь опять поддерживать князя.

— Знаешь, мне почему-то хочется тебе верить. Будто теперь всё получится. — Смотрит он при этом на меня как-то иначе.

Слегка улыбаюсь:

— Пошли, времени мало осталось. Три минуты осталось, я дал отсчёт диску снаружи.

— Может, мне до последнего здесь побыть?

— Как хочешь. Сейчас три минуты двадцать секунд, три минуты девятнадцать секунд и так далее. Можешь рассчитать сам. В точке ноль мы будем внутри Хаоса. Будем там меньше мгновения, но в этом пространстве время не имеет значения. Оно там, похоже, нелинейно. Там что мгновение, что годы. Хочешь рискнуть — рискни. Но я точно знаю, что теперь Высокову ничего не грозит. Риск будет неоправдан.

Парень кивает, но молчит.

Делаю шаг внутрь сферы и иду к Игорру. Это существо, в которое превратился мой отец, ещё никак не освобождёно, а он следующий у меня на очереди.

Десять… девять… восемь… И. есть контакт.

Сфера даже не схлопывается, а просто выворачивается наизнанку и становится мной.

Сложно описать это чувство, но я запоминаю каждое мгновение, потому что теперь это мой навык. И это невероятно странно. Будто ещё одной рукой просто сворачиваю часть себя — и этой же частью себе помогаю. Очень, очень странное чувство, но абсолютно теперь естественное.

Лиловая сфера не мешает почувствовать, как исчезает барьер. Я всё равно мало что чувствую снаружи, но то, что снаружи уже обычный мир, ощущаю неплохо.

Самое смешное, что за мгновение до того, как сфера свернулась, я ощущаю Кира: он всё-таки нашёл в себе силы и прыгнул. Поскольку прыгнул он там же, где входил я, мой Аспект это место через пси чувствует, в отличии от всей остальной сферы.

Кира парализует так же, как и всех остальных. Но он справится, я уверен.

Хм. Вот же упрямый лис. «Может, побуду до последнего». Побыл. Но вроде без последствий.

Выталкиваю лиловый туман вокруг Кира, и телекинезом выволакиваю княжеского побратима наружу. Все прекрасно получается.

Странная история: Игорр же тоже не сын Высокова по крови, а приёмный. И его сфера приняла. А Кира, побратима