Тимоти Зан - Ангелмасса

– Еще чаю? – невинным тоном осведомился он.

– Спасибо. – Пока он наливал, Чандрис смотрела на него твердым серьезным взглядом. Ханан любезно улыбнулся в ответ и, поставив чайник на стол, втиснулся в свое кресло.

Эта сценка не ускользнула от внимания Орнины.

– Простите Ханану его невинные забавы, – сказала она, бросая ему такой же взгляд, что и Чандрис. – Или, по крайней мере, научитесь их терпеть. Видите ли, он несколько задержался в развитии. – Орнина взяла чайник, добавила немного в кружку брату и плеснула себе. – Итак, вы ищете работу?

– Да, – ответила Чандрис, мысленно входя в новый образ. Роль умной, хладнокровной девушки давалась ей без труда, но в нынешних обстоятельствах явно не годилась. – Я только что закончила колледж с дипломом по астрогации, пилотированию и обслуживанию звездных кораблей. Я решила приобрести опыт управления малыми судами и подумала, что лучше всего пройти практику на одном из охотников.

– Если я правильно понял, ваше мнение не разделил никто, – заметил Ханан.

Чандрис поморщилась:

– Откуда мне знать? Все, кроме вас, даже говорить со мной не захотели.

– Ничего удивительного, – сказал Ханан. – Экипажи охотников, как правило, держатся замкнуто и не принимают чужаков.

– Но бывают и исключения, – заговорила Орнина. – Где вы учились?

– В университете Аханны на Лорелее, – ответила Чандрис. – Мои документы уже должны были прибыть на Сераф, но я наводила справки нынче утром, и оказалось, что их еще не прислали.

Ханан негромко фыркнул.

– И в этом тоже нет ничего странного, – проворчал он. – Регулярное сообщение между Серафом и Лорелеей обеспечивают всего четыре почтовых скиттера в сутки, и по меньшей мере два из них целиком загружены деловой перепиской компании Габриэля.

– Критику порядков, царящих на Эмпирее, мы оставим на потом, – одернула его Орнина. – Что вы знаете о регуляторе Сибастии, Чандрис?

Регулятор Сибастии…

– Это стабилизатор тока в устройствах сопряжения датчиков и систем автоматической навигации, – процитировала девушка из уроков, усвоенных на борту «Хирруса». – Как правило, применяется в областях пространства с высокой ионной плотностью. – Она мельком подумала, что бы это могло означать.

Орнина кивнула.

– Теперь расскажите о переключателе «самсара».

– Высокопроизводительная схема для автоматического переключения между несколькими компьютерами, сенсорами или навигационными пилонами.

– Стабилизатор Анспалы?

– Удерживает на месте кромки поля гиперпространственного ускорителя.

– Что такое щекотун? – вмешался Ханан.

Чандрис повернулась к нему, и в ее животе возникла давящая тяжесть.

– Щекотун? Э-э-э…

– Не обращайте на него внимания, – сказала Орнина, бросая брату уничтожающий взгляд. – Он разговаривает только для того, чтобы его нижняя челюсть не отвыкла жевать.

– «Щекотун» – прекрасное слово, – заспорил Ханан, вновь напуская на себя простодушный вид. – Разве я виноват в том, что в нынешние времена детишек не учат ничему полезному?

Орнина вновь посмотрела на него, на сей раз с терпеливым смирением, к которому примешивалось снисхождение взрослого к ребенку. Лоб женщины избороздили глубокие складки, и Чандрис поняла, что этот взгляд появляется на ее лице довольно часто.

– Щекотун, Чандрис, – заговорила она, – это старый и довольно вульгарный сленговый термин для обозначения расщепителя Келси.

– Ага, – сказала Чандрис, вновь успокаиваясь. – Это анализатор скоростных ионов.

Орнина вскинула бровь и вопросительно посмотрела на Ханана. Тот пожал плечами.

– Что ж, теоретически вы подкованы недурно, – задумчиво произнес он. – И, полагаю, уже знаете, каков будет следующий вопрос.

Чандрис не знала точно, но догадывалась:

– Есть ли у меня опыт практической работы.

– Совершенно верно. – Ханан кивнул. – И как же у вас с опытом?

– В сущности, никак, – призналась Чандрис, внимательно приглядываясь к лицам собеседников. Она понимала, что именно сейчас они примут решение. – Разумеется, я часто занималась на тренажерах, но по-настоящему летала совсем немного. В основном… – она торопливо припомнила, – на «Кхахле Т-7с».

– «Кхахл»? – Ханан презрительно фыркнул. – Уж не хотите ли вы сказать, что на этих ископаемых еще кто-то летает?

– Тот, который был в моем распоряжении, хорошо сохранился, – вдохновенно солгала Чандрис. – Его использовали также для занятий по курсу обслуживания и ремонта.

– Уж конечно, вы многому на нем научились, – проворчал Ханан.

Орнина вновь бросила на него осуждающий взгляд.

– Если наши критики соизволят заткнуться… Благодарю. – Она вновь повернулась к девушке. – Надеюсь, вы понимаете, что корабль-охотник мало чем напоминает «Кхахл». Почему вы решили, что сможете управлять «Газелью»?

– Не смогу, по крайней мере, сразу, – ответила Чандрис, стараясь говорить спокойным уверенным голосом. Они купились! Еще чуть-чуть, и они сломаются! – Но я много знаю о космических кораблях и о принципах управления ими. Не хочу показаться нескромной, но готова побиться о заклад, что научусь всему, что нужно для охотника, быстрее любого человека из всех, кого вы встречали в жизни.

Она тут же поняла, что перегнула палку. Брови Ханана взлетели кверху, а лицо Орнины посуровело. Они переглянулись, обмениваясь понятной лишь им мимикой и таинственными, едва заметными жестами, о смысле которых Чандрис оставалось лишь гадать. «Проклятие», – подумала она, чувствуя, как вместо тепла выпитого чая в ее животе возникает знакомая тяжесть.

Тепло и кофеин… Чандрис уже начинала содрогаться от воздействия стимулятора на желудок, в котором после завтрака за целый день не побывало и маковой росинки. Она посмотрела на свои руки и сцепила их на столе, ругая себя за слабость и ложные надежды, заманившие ее сюда. Она все испортила, и теперь ей оставалось одно из двух: дождаться, пока перестанут трястись руки, и обчистить какого-нибудь простофилю либо забыть о пище до завтрашнего утра.

– Сколько? – внезапно спросил Ханан.

Чандрис хмуро посмотрела на него.

– Чего именно?

– Сколько вы ставите?

Чандрис не сразу сообразила, о чем он толкует. Потом что-то щелкнуло в ее голове.

– Не понимаю, – осторожно заговорила она, переводя взгляд с Орнины на Ханана и обратно. – Вы хотите сказать, что… берете меня к себе?

– Мы не можем обещать вам постоянную работу, – предупредила Орнина, – не можем даже обещать, что оставим вас на корабле после первого рейса. И тем не менее… – Она посмотрела на брата и быстро отвела глаза. – На охотнике лишняя пара рук не помешает. Мы дадим вам шанс проявить себя.