Дант - Далёкий гром
Паук уже сидел, развалясь, в кресле; Шеф решительно вышел в центр кабинета, под единственный плафон с одной лампочкой, и встал в освещённый ею круг, почтительно ожидая, когда Хозяин начнёт разговор. Паук, наклоня голову, спросил с лёгкой угрозой в голосе:
- Ну-ка, расскажи нам про результаты твоей блестящей операции. Про потери, про Румо, и вообще все детали!
- Потери, конечно же, большие, и результаты... эээ... несколько хуже, чем ожидалось, но спрашивать нужно не у меня, а кое у кого другого. Пусть наш финансовый гений для начала расскажет, как он вооружал мятежников экспериментальным, сверхмощным оружием, и почему из трупа Румо извлекли пятьдесят восемь пуль...
- То есть как вооружал? Почему бы и не пятьдесят восемь?..
- В стандартном магазине тридцать.
- На что это ты намекаешь?
- Четыре года назад Управлению вооружений был представлен инициативный проект - складной пулемёт "Образец-890". И министерство обороны, и мы были за дальнейшую разработку, но наш финансовый гений искомых двухсот пятидесяти тысяч не дал. Более того - разработку включили в чёрный список минфина, на который запрещалось тратить даже деньги, сэкономленные на других программах; а три недели назад в вездеходе, на котором убегали из Аркана бандиты, уничтожившие тамошнюю штаб-квартиру контрразведки, был обнаружен другой складной пулемёт, очень похожий на "Образец-890", но без недостатков восемьсот девяностого...
Шеф раскрыл папку и подал слегка растерявшемуся Пауку докладную об обоих образцах, подготовленную ему буквально перед тем, как он сел в машину. "Ведомость по задержке жалования" и карту с дислокацией частей, его не получивших, он демонстративно придержал в папке.
Президент с некотрым удивлением читал докладную и рассматривал фотографии пулемётов... Неожиданно подал голос Скряга:
- Пусть, пусть, расскажет вам пгро п...птери в огнм урочище! Ггоры, ггоры тгупов! Это он, он во всём виноват! - истерически визжал он, глотая буквы.
Паук неодобрительно глянул на него, и Скряга осёкся.
- Молодец, что обнаружил, но теперь расскажи нам, как обгадился в Урочище... Как ни крути, а инициатор-то ты!
Упырь почувствовал едва заметную перемену в настроении Паука и пошёл в наступление:
- Хотя относительная - подчёркиваю! - относительная неудача в лесах бьёт по мне, главная цель этой комбинации --> Скряги [Author:пђ.п»] , он впервые назвал министра финансов презрительной кличкой в его присутствии - это Вы, Ваше высокопревосходительство...
Безразличное, холёное лицо Паука вытянулось. Впервые с начала разговора он проявил явную заинтересованность.
- Чего это ты там несешь?! Какой заговор?
Шеф, чувствуя необычайный подъём, заговорил, постепенно прибавляя в голос металла:
- Cогласно иструкции номер 00121, я требую у Вас немедленного доклада по коду сто восемнадцать! Сегодня вечером служба безопасности обнаружила заговор, направленный на свержение Вашего высокопревосходительства. Главарь заговора - министр финансов!
- Но...
- Или не ты сам мне давал ту инструкцию?!
Впервые Упырь назвал Паука на "ты" с тех пор, когда тот стал Президентом и получил у своих сторонников заглазную кличку Паук.
- Этта он, он во всём винаваат!!! - истерически завизжал Скряга.
Паук щелкнул пальцами, и ротмистр тут же отвесил финансовому гению тяжёлую оплеуху - тот отлетел к стене.
- Продолжай...
- Вот ведомость по задержке жалования в армиях и дивизиях и карта с местами их дислокации.
- Как, почему пять месяцев? Семь месяцев... Но он же говорил, что только два?
- А "Стальной Гром" в двадцати километрах от столицы! - напирал Шеф.
- Но это же...
- Заговор! Да, заговор, но на этот случай у тебя есть я!
Скряга жалобно скулил и корчился от боли на холодном полу.
- Горто, Менгу, почему вы мне ничего не докладывали, скоты, дерьмоеды поганые?!
- Но мы докладывали...
- Да, докладывали, а ты... То есть вы отмахивались, а он... - Менгу показал пальцем на Скрягу, - сегодня пять часов уламывал меня принять "мужественное" решение!
- Гм! - обратил на себя внимание ротмистр и вопросительно взглянул на Паука. Он впервые за последние четыре с половиной года после Восстания выглядел испуганным и подавленым, растерянно поглядел на Скрягу, потом на остальных, на генерального прокурора, незаметно зашедшего в самый разгар разбирательства, и, наконец, на Шефа.
- Полагаю, Ваше высокопревосходительство, в моём ведомстве Скряга сможет излить свою душу... Теперь это мой клиент, - вальяжно развёл руками Шеф.
- Синамо, займись этим, ээ... Этим, - вяло махнул рукой всё ещё растерянный Паук.
Ротмистр с расстановкой, на потребу Хозяину и почтенной публике, несколько раз ударил Скрягу.
- Ээ! Ээ, осторожней, Синамо! Ты попортишь мне клиента, он ещё дней семь будет жив - условно, конечно.
- Да, Синамо, наш дорогой Упырь ещё повеселит нас всех забавным фильмом ужасов. Отведи клиента... ээ... куда надо. И скажи, чтобы подали в столовую вина с закусками, это дельце надо обмыть.
Ротмистр ухватив Скрягу за грудки, поставил на тощие ножки. Лицо маленького человечка было скомкано ужасом.
- Нет! Нет, не надаа!!! - в отчаянии завизжал он.
Остальных его ужас только позабавил. Все заржали. Каждый втайне радовался, что это не его выволакивают через чёрный выход...
Возвращаясь из резиденции Паука, изрядно нагрузившийся и охмелевший Шеф рассеяно, с трудом вспоминая, чего хотел, отдавал распоряжения дежурному адъютанту.
- Клиента в подвал, в спецсектор... Так, чего там ещё, ах да, всех остальных испытуемых обратно в камеры. Разбудить спецбригаду. Приготовиться к приёму новеньких, хе-хе, постояльцев... Их много будет. Да, и скажи Нолту, чтоб отвёл клиентов в подвал, всё подготовил к завтрашнему дню, и тогда может быть свободен. Да, вот ещё что - поздравь его с новым чином ротмистра.
Когда Нолту передал дежурной смене Скрягу и встретил заспанного ротмистра Сингу - лучшего палача в министерстве (он должен был пытать теперь уже бывшего министра финансов и его ближайших подручных), его отвёл в сторону дежурный адъютант Шефа и, ухмыльнувшись, заговорщицки сказал:
- Поздравляю, ты стал ротмистром полчаса назад, готовь выпивку!
Нолту доехал на своей машине до дома. Пока он ехал, внимательно смотрел в зеркало заднего вида. Улицы столицы были пустынны. Нет, за ним не следили, после событий этой ночи контрразведке было некогда присматривать за своим вполне лояльным сотрудником. Оставив машину у подъезда, Нолту поднялся к себе в квартиру, на четвёртый этаж. Не включая света, он в полной темноте безошибочно подошёл к телефону и набрал нужный номер. Едва в трубке раздался знакомый голос: "Слушаю!" - он положил трубку на рычаг и бесшумно вышел прочь. Так же, словно тень, он шёл по тёмным аллеям до парка Благоденствия. Ни разу на своём пути он ни с кем не встретился, обойдя стороной несколько патрулей. Только в условленном месте, на скамейке, с трёх сторон закрытой кустами выше человеческого роста, под разбитым фонарём, Нолту увидел в полной тьме того, кого ждал. Бесшумно подойдя, он сел рядом с Рахо и сказал чуть слышно: