Екатерина Флат - Избранница Тьмы

– Все? Пойдемте? – лично мне хотелось покинуть бывшую комнату Савельхея как можно скорее.

– Погоди, сначала разведать нужно, – возразил Бонифаций. – Давай сбегай тихонько, глянь, не стоит ли стража внизу лестницы.

– А почему я-то? – опешила я.

– Потому что призракам в этой части замка появляться запрещено, единорогам почему-то тоже, а у Николетты, вон, оба глаза в нервном тике дергаются. Так что тебе идти. Если что, скажешь, что просто к знакомому в гости приходила, – напутствовал меня Боня.

Деваться некуда, пришлось идти на разведку. Я бесшумно прокралась по коридору, опасливо прислушиваясь, потом тихонько спустилась с лестницы, но так никого и не встретила. На всякий случай даже проверила все ближайшие повороты – в этой части замка царила умиротворенная тишина. Успокоенная и в приподнятом настроении я поспешила назад к друзьям. Вот только уже у нужной комнаты неудачно так запнулась о ковровую дорожку, что даже равновесие потеряла. Устоять получилось, но и дверь открылась с моего пинка.

– Фуф, – выдохнула я, выровнявшись и проходя вперед. – Все чисто, давайте отсюда.

Вот только из темноты спальни никто из моих друзей не отозвался. Пара мгновений, и окутанный полумраком передо мной возник Савельхей.

Я едва не подавилась воздухом. Пискнула гениальное:

– А ты что тут делаешь?

Судя по его мрачному взгляду, это был не самый лучший вопрос, что я могла задать. Да и само мое появление… Ну да, с пинка открыть дверь в спальню темного властелина – это вам не вампиров по мешкам утрамбовывать, тут уже никаким бегством не спасешься. И в такт этой мысли, злосчастная дверь за моей спиной захлопнулась, отрезая пути для отступления.

Не то чтобы я Савельхея боялась, но вот сама ситуация совсем не радовала. Чуть попятившись назад, я пробормотала:

– У тебя дверь чего-то захлопнулась.

– Сквозняк, – невозмутимо констатировал Савельхей.

– И заперлась. – Я тщетно подергала ручку.

– Очень сильный сквозняк.

Я снова в отчаянной надежде попыталась открыть, но дверь упорно не поддавалась.

– Савельхей, ну открой уже, а, – во мне начало закипать возмущение. – Я сюда случайно попала и не имею ни малейшего желания находиться рядом с… в общем, на таком сквозняке. И вообще, – не удержалась я, – ты куда остальных дел?

– Кого «остальных»? – то ли он вправду не понял, то ли умело притворялся.

– Ну как кого! Бонифация, Даридадуса и Николетту! – Глаза уже привыкли к полумраку, так что я могла более-менее оглядеть спальню. На виду друзей не было, но, может, они где-то спрятаны?

– Мне это ни о чем не говорит. Кто это вообще такие?

– Это единорог в костюме с розовыми стразами, призрак библиотекаря и избранная с двумя дергающимися глазами! А ну признавайся, что ты с ними сделал? – не дожидаясь ответа, я уже ринулась проверять шкаф и ванную.

Савельхей с легкой ироничной улыбкой следил за моими поисками, но пока ничего не говорил. Увы, мои друзья так и не нашлись. Возможно, они успели ретироваться до появления хозяина комнаты. Учитывая, что я в своей разведке до этого еще вздумала и коридоры проверять, мы вполне могли просто-напросто разминуться. Впрочем, и я тут задерживаться не собиралась.

Снова решительно направилась к двери с требовательным:

– Савельхей, открой немедленно.

– Может, ты все-таки задержишься ненадолго. – Он не просил, просто констатировал факт. – Давно уже пора нам с тобой поговорить.

– Извини, не имею ни малейшего желания, – холодно парировала я.

Только-только взялась за ручку двери, как снаружи в коридоре послышались шум, ругань и гневные вопли в два мужских голоса. Да и, судя по грохоту, там дверь выбили. Интересно, Ийрилихар Алистером или Алистер Ийрилихаром? Да и жутко любопытно, как они трактовали Бонины манипуляции «для пущей таинственности». Вот только ни малейшего желания выходить и спрашивать об этом у меня не было.

Нервно сглотнув, я тут же ручку отпустила, отошла на шаг назад и обернулась.

– Хотя, знаешь, Савельхей, ты прав, давно уже пора нам поговорить, – спешно прошла обратно и опустилась в кресло. – О чем ты там хотел?

– Для начала я не прочь услышать, почему ты от меня сбежала. – Он смотрел на меня очень внимательно.

– А что, я должна была ждать, пока ты сам меня выставишь? – во мне снова всколыхнулась обида.

– Разве я давал повод так подумать? – Савельхей по-прежнему оставался невозмутим.

– Знаешь, это было достаточно очевидно. – Я раздражалась все сильнее. То ли из-за острой темы, то ли из-за выпитого сегодня вина мне жутко захотелось ему все-все сейчас высказать. Все, что я думаю о нем, о его тьме, о метке его тьмы, о влиянии на меня метки его тьмы, о последствиях влияния на меня метки его тьмы… На этом мысли запутались окончательно.

Я решила ограничиться одним:

– И вообще, давай-ка уже избавь меня от метки тьмы. В конце концов, она полагается только избраннице, а я ею уже давно не являюсь. Ты никогда так не считал, да и я уже тоже так не считаю.

– Понятно, – Савельхей улыбнулся, – ты на меня обиделась.

Я даже обомлела. Нет, ну и где логика? Я ему про одно, он мне совсем про другое.

– Извини, Савельхей, но ты странный.

– Это я-то странный? Ну-ну. Сказала девушка, ворвавшаяся в мою комнату в поисках единорога, усыпанного розовыми стразами. Что же касается метки… Нет, Лика, метку я снимать не собираюсь.

– Почему это? – Я совсем растерялась. – Да ты вообще в курсе, что все эти буйства тьмы происходят из-за твоей треклятой метки!

Савельхей нахмурился.

– Не думаю, что метка тут замешана. У нее совсем другая роль.

– Знаю-знаю я эту роль, – фыркнула я. – Давай начистоту, Савельхей, ты для этого тут и появился, да? И поэтому сейчас вдруг ни с того ни с сего воспылал желанием вежливо и мило разговаривать? Что, приспичило вдруг род темных властелинов продолжать?

Савельхей устало потер глаза.

– М-да… А я-то думал, что единорог в стразах – это верх бредовости…

Все это время я прислушивалась к происходящему в коридоре, и вот только сейчас шум и ругань стихли.

– Ну так что, – я поднялась с кресла, – ты уберешь метку?

– Нет. – Он и бровью не повел.

– Почему? – нахмурилась я.

– Потому что я пока не решил, обоснована она или нет. – Савельхей смотрел на меня как-то странно. – Что же касается тьмы, метка к происходящему в академии точно отношения не имеет.

Ну вот, хоть какая-то радость. Аж будто бы груз с плеч свалился. Я не стала ничего отвечать, поспешила уйти. Благо на этот раз дверь открылась без проблем. Такое впечатление, что Савельхей сделал какие-то определенные выводы из нашего не слишком-то содержательного разговора. И хотя любопытно было, какие именно, я не стала спрашивать. Сейчас имелись вопросы и поважнее. К примеру, как бы по пути не попасться ни разъяренному вампиру, ни уж тем более белому магу.