Карибская герилья. Крестовый поход против диктаторов - Дмитрий Костенко
Но тут кончилась Вторая мировая, а вместе с ней и «новое государство» с его сглаживанием социальных противоречий и «колонизацией» силами мелких фермеров, вчерашних батраков. Быть диктатором с «корпоративным государством» в нагрузку стало уж совсем не comme il faut. Жетулио Варгас в 1945 году объявил амнистию коммунистам, и вроде даже согласился на президентские выборы, в которых он не примет участие.
Однако «другой рукой» он в это же время организовывал в столице многотысячные митинги провластных профсоюзов за то, что никаких выборов проводить не нужно, а надо оставить Варгаса во главе страны. Все это надоело военным, и они произвели переворот, сделав временным президентом председателя верховного суда, с единственной целью — отстранить Жетулио и провести выборы. На всеобщих выборах 1946 года (именно тогда коммунисты показали неплохой результат) победил генерал Эурику Гаспар Дутра.
Несмотря на то, что его кандидатуру поддерживал и Варгас, он немедленно начал демонтаж «нового государства». Теперь в моде был уже не европейский корпоратизм 30-х, а послевоенная американская политическая модель: политическая демократия + экономический либерализм. Впрочем, демократия эта была не для всех — компартию Дутра запретил достаточно оперативно, придравшись к незначительным формальным нарушениям, допущенным при регистрации.
Падение режима в центре сопровождалось и сменой власти на местах. В кресле губернатора Параны оказался кандидат от «Социал-демократической партии» (в Бразилии это правая партия) Мойсес Лупион. Рибас намерен был еще побороться за пост губернатора на выборах 1946 года и имел неплохие шансы на победу, но умер непосредственно во время избирательной кампании.
А новый губернатор никому никаких обещаний узаконить собственность на земельные участки не давал. В результате полторы тысячи семей, переехавшие из других штатов, оказались в положении незаконных захватчиков земли — сквоттеров. Между тем на земли нашлись новые претенденты — крупные землевладельцы-плантаторы — примерно 10 семейств, занимавшиеся в государственных масштабах выращиванием кофе или сахарного тростника на больших плантациях или разведением крупного рогатого скота. Некоторые из них — например, семейство земельных олигархов Лунарделли — братья Урбано Рикардо и Жеремиа, носивший прозвище «Король Кофе», были тесно аффилированы с новой администрацией. И они заявили претензии на земли, освоенные и окультуренные крестьянами в ходе «марша на Запад». В качестве доказательства семейство Лунарделли предъявило концессионный договор, заключенный с предшествующей Рибасу администрацией штата, который при Рибасе был признан мошенническим. Другие крупные фазендейро и вовсе утруждать себя не стали и просто изготовили фальшивки, которые Лупион признал за подлинные свидетельства, подтверждающие их права на землю. Особо заботиться о тщательности подделки даже не приходилось — судьи и полиция были давно у них в кармане.
Ситуация усугублялась. Рикардо Лунарделли разделил присвоенные территории на участки и продал их плантаторам фазендейро рангом помельче, заверяя, что они «чистые» и на них нет никаких поселенцев-сквоттеров. Но поселенцы были, и теперь уже не сам магнат, а эти фа-зендейро нанимали головорезов жангусус и платили полиции за сгон сквоттеров с этих земель или добивались выселения крестьян по решению суда судебными приставами. Крестьяне же старались давать отпор (пока еще неорганизованный), используя в основном сельхозинвентарь, чтобы отбиваться от бандитов, приставов и полицейских.
Первое же серьезное столкновение сквоттеров с полицией произошло 28 августа 1947 года, когда лейтенант Жуан Паредес возглавил налет на занятые сквоттерами участки на территории плантации Гуараси, убив четверых рабочих, включая 14-летнего мальчика. Эти действия вызвали возмущение соседей, которые отреагировали организацией митингов и блокады дорог.
Одновременно с этим руководство Коммунистической партии Бразилии искало социальный конфликт, вокруг которого можно было бы создать очаг вооруженной борьбы, и определенные связи в районе Порекату у них имелись. В Жагуапите коммунист Мигель Гажардони владел аптекой. Он пользовался уважением у крестьян и стал непосредственным свидетелем зарождения конфликта. Не желая оставаться в стороне, он продал свою аптеку, купил у одного из переселенцев его ферму площадью в 10 акров, понятное дело, без каких-либо бумаг. Таким образом, он стал для сквоттеров-нелегалов своим, одним из них, но также и организатором сопротивления. В конце того же 1947 года бывшему аптекарю удалось организовать полуторатысячную демонстрацию вооруженных фермеров в Гуараси. А в начале 1948 года он пригласил ознакомиться с ситуацией, в которую попали переселенцы, первого секретаря парторганизации штата Маноэля Ха-синто Коррейо. Тот отправил в ЦК отчет, итогом чего стало решение об активном вмешательстве коммунистов в земельные конфликты на северо-западе штата Парана, которое привело в итоге к тому, что там на протяжении трех лет существовал освобожденный район общей площадью 42 кв. км.
Так началась герилья Порекату, или восстание Куэрба-Мильо («бунт кукурузных метелок»). Повстанцы сравнивали себя с созревшими початками кукурузы, которые отламывают сборщики-полицейские.
На первых порах коммунисты пытались помочь легальными методами. Они организовали региональную конференцию сквоттеров, а та выбрала трех крестьянских лидеров — Жозе Бильяра по прозвищу «Эспаньол» — «Испанец» и двух братьев — Антонио и Иларио Гонсалвеш Падилья ходоками к федеральным депутатам-коммунистам в Рио, чтобы донести до них проблемы обманутых и изгоняемых с обихоженных земель поселенцев.
К тому моменту депутаты-коммунисты, избранные по спискам самой компартии, уже были лишены своих мандатов, но двое из них — Педру Помар и Диоженес Арруда Камара — избирались по спискам другой левой партии — «Социал-прогрессистской», что позволило им сохранить свои мандаты и после запрета компартии. Молодой 34-летний депутат Педру Помар принял делегатов, посоветовал им найти адвоката-коммуниста, но честно сказал, что на легальном поприще их шансы невелики — ведь права на землю крестьянам подтвердить нечем. Для подготовки к вооруженному сопротивлению партия прислала в регион свои лучшие кадры. В то время в ЦК КПБ входило много личностей, оставивших свой след не только в бразильской, но и в мировой истории ХХ века: нобелевский лауреат Жоржи Амаду, будущий автор «Мини-учебника городской герильи» Карлус Маригелла, Луис Карлос Престес, прошедший в годы восстания тенентистов со своей Революционной колонной с боями 6,5 тысяч километров по дорогам Бразилии и покинувший страну непобежденным.
Грегорио Безера (в центре)
Для политического руководства борьбой сквоттеров против фазендейро на севере Параны ЦК прислал специалиста в той области, которую бразильцы ценят превыше военных