Оскар и Лев - Адам Барон

его отвлекли птицы. Не зяблики – те уже скакали на голом дереве. Другая птица у кормушки примерно такого же размера, что и зяблики, но щёки у неё были красные, а крылья жёлтые. Щегол. Оскар узнал его: бабушка рассказывала о нём и показывала картинку в своей книге. И Оскар запомнил, потому что это была её любимая птица, но сам никогда его не видел. Наверное, он должен был бы обрадоваться, но бабушки-то рядом не было, и у него стало тяжело на душе. А когда вспомнил кое-что другое – стало ещё хуже.

Бабушка любила не только птиц, а вообще всех, кто летает. Во время Второй мировой войны её отец был лётчиком, она даже собиралась отвезти Оскара и показать ему, на каком самолёте он летал. Оскар не помнил, куда именно, но это неважно. Всё равно теперь он уже не узнает. Никогда.

Оскар почувствовал, как рот его сам собой раскрывается, а внутри снова разгорается вулкан, но извержения не случилось.

Из-за щегла.

В этот миг птичка вспорхнула с кормушки и улетела на дерево, откуда вмиг исчезли все зяблики. Это показалось Оскару странным. Почему щегол так их испугал? Он оглянулся на дверь. Может, это лев вышел на крыльцо и спугнул их. Но на пороге никого не было.

Кивнув самому себе, Оскар опять повернулся к щеглу, который снова вспорхнул и перелетел на другое дерево – дальше по дороге. Снизу на крыльях у него была тёмная пушистая каёмка, немного похожая на львиную гриву. Оскар не спускал с птицы глаз, пока закрывал дверь.

Он уже догадался, что к чему. И пошёл вслед за щеглом по улице. Птица летела на одно дерево впереди него. Так они прошли по дороге мимо стадиона Блэкхита и парковки, где люди вылезали из своих машин. Утро было серое и холодное. Оскар изо всех сил старался не вспоминать о бабушке, а думать только о футболе. В нём росло радостное предвкушение, он даже мысленно обвёл мяч вокруг фонарного столба и забил воображаемый гол. Вот за что он любил футбол: бег и крики на время помогали забыть про всё остальное. И ему не надо было думать ни о чём другом.

Оскар увидел команды, разминавшиеся на траве у церкви, и прибавил ходу. Но ему пришлось остановиться у бордюра и подождать, чтобы щегол-лев сел ему на плечо. В голове прозвучал его голос: «Иди».

Оскар перешёл дорогу, а щегол-лев перелетел на ветвистое дерево, что росло впереди. Оскар промчался мимо него и мимо команды в синей форме, а потом мимо той, что в жёлтой, которая занималась разминкой. И наконец увидел впереди свою команду, собравшуюся в ярко-красный круг. Мальком, их тренер, стоял в центре и махал рукой вверх-вниз, словно хотел разрубить пополам кирпич. Он что-то сосредоточенно объяснял и не заметил, как подошёл Оскар – так и продолжал говорить о прессинге и ведении мяча и о том, как важен этот первый матч.

Его результат, так говорил Мальком, может определить весь сезон. Он посмотрел на каждого игрока по очереди, словно хотел убедиться, что они понимают, что должны делать. А они все смотрели в ответ на Малькома и кивали. Оскар тоже был готов выполнить любую команду. Но Мальком дошёл до него и поморщился:

– Ох, а ты что здесь делаешь? – спросил он.

Оскар не понял, что он имеет в виду.

– Ну, футбол, – сказал он.

– Ну, конечно, футбол, – рассмеялся Мальком и снова поморщился. – Вы разве не получили мой мейл?

– Я…?

– Не ты, твои родители.

– Ну…

– Я отправил его в пятницу утром.

– В пятницу…? Нет… Может быть… Понимаете…

– Дело в том, что, когда игроков слишком много, невозможно следовать системе. Ты… – Мальком запнулся. К ним по траве бежал Исмаил, а следом его мама. Мальком упёр руки в боки.

– Наконец-то. Явился. У меня из-за тебя чуть сердечный приступ не случился. Я же сказал: без четверти. Ну, ладно. Итак, сегодня у нас очень ответственная игра, и балласт нам не нужен. Нам надо…

– Мистер Мальком? – окликнул его Оскар. Тренер зыркнул на него.

– Ах, да, Оскар. Слушай, нужно всё-таки читать мейлы. Состав сегодняшней команды был объявлен на прошлой неделе. Может быть, нам удастся включить тебя на следующий матч.

– Следующий?

– На следующей неделе. Я хочу сказать: может быть. Окей?

– Но…

Но Мальком уже не слушал. Он пустился в объяснения тактики, а потом велел всем следовать за ним. Оскар тоже было побежал, но Мальком оглянулся на него.

– Нет, Оскар. Не в этот раз. Скажи родителям, пусть читают свои треклятые мейлы!

И Оскар так и остался стоять, а вся команда побежала дальше. Вдруг Мальком наклонился и потрогал траву, а игроки, бежавшие за ним, не успели затормозить и попадали, словно домино. Мальком рявкнул на них, а потом принялся расставлять конусы, размечая площадку для предварительной тренировки.

Оскар представил, как вот-вот начнётся матч: родители, собравшись за боковой линией, будут подбадривать своих детей, Исмаил забьёт гол и все, ликуя, кинутся обнимать друг дружку.

Он поискал взглядом щегла-льва.

Но где же он? Вот сейчас лев нужен был Оскару. Очень-очень нужен – но тот как в воду канул. Оскар посмотрел во все стороны – напрасно. Когда Мальком собрал команду для последних инструкций, Оскар совсем было сник. Но вдруг заметил, что у ног тренера скачет какая-то птица.

Ворона.

С блестящими перьями.

Мальком отчитывал Фостера, который не сумел правильно зашнуровать бутсы. А ворона – так показалось Оскару – чего-то ждала. Потом она вдруг вспорхнула и полетела к Малькому.

Оскар затаил дыхание. Широко раскрыв глаза, он следил, как ворона набирала скорость. Ну конечно! Это он! Вот сейчас стащит у Малькома очки. Или накакает на него. Сбросит большую белую гадкую какашку прямо Малькому на голову.

Оскар сжал кулаки и ждал – но ничего не случилось. Ворона пролетела мимо и, каркая, приземлилась возле дорожки.

Это была самая обычная ворона.

А щегол-лев преспокойно сидел на мешке с формой.

– Оскар, а ты что, не со всеми? – спросил щегол-лев.

Оскар покачал головой.

– Что случилось?

Оскар рассказал льву, что его не взяли в команду. Даже как запасного. Он ожидал, что лев придёт в ярость, а ещё лучше – захочет отплатить. Но – ничего подобного! Щегол-лев сказал только:

– Ну и замечательно!

– Что? – переспросил Оскар. – Замечательно?

– Конечно! Значит, мы свободны.

– Что…?

– Я имею в виду – от футбола. Неплохая