Счастливые Ботинки. Сказочная дилогия - Катришка Трям (Кейт Андерсенн)

– Вообще-то, да… Какатоесть, ты права… – подумала Мателинк вслух и подняла кулак с загоревшимися глазами: – Так вперед! К решению проблем! – порой она казалась мне карикатурной гиперболической формой меня.

Я должна была переодеться, но, честно говоря, манера бегать туда-сюда меня уже несколько утомила, а потому, глянув в зеркало, я махнула рукой: и так сойдет – я же все-таки фея, могу себе позволить некоторую оригинальность в наряде. До ужина времени осталось совсем немного и, дав Мателинк продемонстрировать мне разнообразие своих платьев, чтобы выбрать подходящее, я по-солидному развалилась в кресле. А как здорово, что у них тут есть кресла.

– Нет, не то, – комментировала я внешние образы Мателинк, как знаток. Обычно такие сцены можно наблюдать в фильмах: юная героиня вот так же примеряет разные платья, а герой или какая-нибудь чудо-бабушка дает рецензию. Интересно, я герой или чудо-бабушка?..

Но, как ни старалась я себя уболтать, мысли мои постоянно возвращались к Холмсу, которого я самым бессовестным образом проигнорировала. Меня и совесть теребила за такую невиданную бесчеловечность, но и торжество проблескивало через эти угрызения. Ибо хоть как-то я могла воздать ему за его высокомерие и ультравысокое самомнение. Тем более, что игнор – самый жестокий удар в таком случае, я думаю. Так, предаваясь вопросом мести и воздаяния, я по пути давала советы Мателинк, строя из себя фею – чудо-бабушку, скорее.

«Стоит мне щелкнуть пальцами…» Нет, ну надо возомнить о себе такое?! А как тебе слова Анаис, будто я ради него тут старалась?.. А вдруг и он так подумал?! На момент маска отчаяния застыла на моем лице. Мателинк испуганно взглянула на платье – чем оно так прогневило меня?.. Я вернулась на землю и отметила, что оно весьма подходяще. Радостная девушка вприпрыжку побежала в свою комнату довершать облик, а я улетела обратно к своим мыслям.

Выхода нет, как он ни загадочен, сделаю вид, что он для меня ничто. Только так я могу… защитить себя. Никакой дружелюбности! Хотя, пожалуй, и не было ее. Но и враждебности не буду показывать. Он для меня просто не существует. Я вздохнула. Ну, почему иллюзии имеют такое противное свойство разбиваться!

Мы были пунктуальны. Закатный луч побежал по входным ступеням лестницы дворца вместе с нашими туфлями. Разумеется, на сей раз я была не босиком. Вверху у входа стоял сам принц Эдвард, расплывшийся в улыбке, едва завидев нас. От такого почтения, признаюсь, я чувствовала себя неловко.

– Фея, я счастлив! – поцеловал он мне руку галантно. – Никто не верит мне, что я подружился с феей, мне не терпится похвастаться!

Я поперхнулась от столь подкупающей искренности и поспешила сменить тему:

– А это Мателинк, гостья принца Дэниэла, – представила я свою спутницу, но, уловив, что звучит это странно, добавила поспешно: – Войдем?

Сзади раздались шаги на ступенях, и мы обернулись, одновременно дав дрожи пробежать по телу: сюда поднимался господин Шерлок Холмс!

– Добрый вечер, – достаточно холодно бросил он нам. «Злится за мой игнор, видимо», – прокомментировала я мысленно с некоторым торжеством.

– Детектив, – учтиво поклонился Эдвард. – Милисента просила встретить вас. Что ж, раз все собрались, пройдем. Фея, – предложил он мне руку с умоляющим взглядом. Да, мне еще предстояло играть роль его задушевного друга. Что ж, это еще одна возможность подколоть детектива и, как ни было низко делать это чьим-либо посредством, я приняла руку, оставляя Мателинк попечению Шерлока. Я знала, что он все же благороден и поведет себя с ней по-джентльменски. Однако, лучше его попросту изгнать из своей головы. Что я и постаралась сделать.

В роскошной столовой мне представилась такая возможность, ибо за столом в великом великолепии уже раскинулась королевская семья, достойная изучения. У короля и королевы было два сына и дочь Милисента. Ну, не мало и не совсем штампованный сказочный набор.

Эдвард высокопарно представил фею Какатоесть, а я, в свою очередь, Мателинк. Без лишних пояснений. Но виденный мною прежде темноволосый принц Дэниэл сначала побелел при виде ее, потом вскочил, покраснел и пригласил ее сесть рядом.

– Он мой лучший друг, – доверительно шепнул мне мой принц. – Очень хороший человек. А ведь это девушка с бала, верно?

Я кивнула. Принц Эдвард усадил меня рядом с Мателинк, придвинул мой стул к столу и сел слева от меня. Напротив нас разместились прекрасная зеленоглазая дочь королевской четы Милисента с Шерлоком Холмсом. Конечно, заметила я, он и ее сердце успел себе в копилочку положить. Продолжим игнорировать! С другой стороны от Холмса – мать семейства и королева, пока не особо яркая в моей памяти женщина, а во главе – король, который тоже почему-то не поддавался описанию. Хотя должен был бы – король все-таки!..

Разговор шел слабый и светский, такой, когда говорят о погоде зимой в Амстердаме и прочую ерунду. Я достигала своей цели ни разу не ответить ни на одну фразу Шерлока. И он утихал. Постепенно. Я что-то сказала Эдварду, а он попытался влезть в разговор неким якобы остроумным замечанием, я ничего не ответила, обратив внимание на не то сухого кролика, не то жирную курицу, что была так искусно в моей тарелке выложена. Холмсу пришлось умолкнуть. Я внутренне плясала джигу. Конечно, он о чем-то говорил со своей дамой иногда, которая, видимо его и пригласила, но постоянные смешки с их стороны… мне казалось, не могут его удовлетворить. Хотя, может, и могли: он ведь просто купался в ее внимании. К счастью, моего в этом океане ни капли не было.

Дэниэл о чем-то мило беседовал с Мателинк, чудесно залившейся румянцем. Бедный Йоханн.

Король и королева иногда перекидывались фразами, жуя свою королевскую пищу. Простите, если кажется, что говорю о них без должного уважения, но пока я не могла сказать о них ни хорошего, ни плохого.

После трапезы пригласившие стороны забрали приглашенных прогуляться. Я попросила Эдварда показать мне дворец и спросила, нет ли здесь библиотеки. Он отвечал, что, конечно же, есть, и очень древняя, с радостью стал мне рассказывать, что ее история столь длинна, что книги собирались с разных мест, и некоторые авторы до сих пор неизвестны, труды ученых также все собраны здесь. А что, есть ли в королевстве сейчас ученые, спросила я как бы невзначай. Да, есть, говорил Эдвард, вдруг начиная зевать. Только один, но, кажется, он немного безумен. Живет в башне в нескольких милях и никому не разрешает в нее входить. Но как же фея не знает этого?..

– Зато я знаю много других замечательных вещей, – постаралась учтиво улыбнуться я, с детства страдая синдромом отличника. Но вот – после бесконечного блуждания по коридорам – распахнулись двери и… целая вселенная книг встретила меня! О таких библиотеках я лишь смотрела кино или читала книги, но сама оказалась в столь чудесном месте впервые!

Столько всего… Что меня весьма удивило: тут были труды Коперника и Ньютона, здесь же история королевства, по соседству томики Данте и Гомера, и некие не известные мне авторы явно с местными именами: Стольфош Григель, Гринвит Великолепная, дальше ломать язык я не успела: ибо тут же на меня глядели братья Гримм и сам Шарль Перро. Как сказочное умудрялось уживаться с реальным на этих полках? И кто принес сюда все это из моего мира? Догадка о портале все больше превращалась в аксиому из теоремы.

– Эдвард, это же… просто чудесно! – воскликнула я, чтобы воскликнуть хоть что-то.

– Хочешь, фея Какатоесть, можешь остаться здесь так долго, как только пожелаешь.

– Серьезно? – воздела я руки благодарственно. Это ведь такой шанс!

После ухода Эдварда я нашла полочку исследований ученых и книгу с загадочным названием: «Четыре ветра?».

– «То, что нужно», – подумала я, уселась за стол, поставив подсвечник поближе,