Призрачный амбар - Джон Вердон
— Я начальник полиции Гладстона Рэнд Траутман. Как вы, возможно, уже слышали, прошлой ночью в заброшенном амбаре возле озера Уиндерли была сделана страшная находка. При обследовании территории обнаружены три тела: Эвелин Хаббл, Кэтрин Элиот и Мэриан Лейк. Все три женщины стали жертвами насильственных преступлений. Начато всестороннее расследование обстоятельств их гибели. Для сбора и анализа доказательств мы привлекли специалистов криминалистической службы Рассел-колледжа. Кроме того, полицейские управления по всему округу оказывают нам материально-техническую и кадровую поддержку. В эти минуты эксперты-криминалисты Рассел-колледжа и более десятка сотрудников правоохранительных органов тщательно обследуют место захоронения. Все эти значительные силы и средства, направленные на раскрытие преступления, подчиняются непосредственно мне. Могу заверить вас, что эти чудовищные преступления будут раскрыты, а виновный предстанет перед правосудием. На данный момент у нас нет оснований считать, что жителям Гладстона продолжает угрожать опасность, но мы просим немедленно сообщать нам о любой подозрительной деятельности. Благодарю за внимание.
Прямую трансляцию сменила заставка. На тёмном экране появилась надпись белыми буквами: «ВЫ СМОТРЕЛИ ЭКСКЛЮЗИВНЫЙ ПРЯМОЙ ЭФИР “ТРАЙ-КАУНТИ СТАР”».
Поскольку в речи Траутмана почти не было сведений, которых собравшиеся в коммуне не знали бы прежде, возгласов потрясения не последовало. Зато замечаний хватало.
— Любопытно, что он не упомянул, что амбар стоит на земле Ранзака?
— Это о многом говорит.
— О том, что Траутман у Ранзака в кармане.
— Деньги решают всё.
— Это старое строение прежде называли призрачным амбаром.
— Об этом месте ходят странные истории.
— Если бы жертв нашли на земле Стюарта, уж поверьте, Траутман назвал бы место точнее.
— Только и слышали бы: «Уилмот, Уилмот, Уилмот».
— Продажный сукин сын.
— Шестёрка Донни.
Гурни подумал, что Траутман, возможно, выдал кое-что ещё — не тем, что сказал или умолчал, а тем, что собрал целую армию помощников. Он старался создать впечатление, будто местных сил и средств в избытке и никому не придёт в голову требовать участия Бюро уголовных расследований полиции штата. Всё его позёрство было направлено на одно: сохранить контроль над делом. Вопрос лишь в том, кому это выгодно. Хотел ли он защитить Ранзака? Или у Траутмана были собственные причины держать бюро подальше?
Теперь все, кто сидел перед экраном, стояли — словно от нервного возбуждения никто уже не мог усидеть на месте. Санни Киш поднялась одновременно с Гурни, наклонилась к нему и заговорила почти шёпотом.
— Вы знаете, кто нашёл тела?
— Знаю, но сообщать об этом должна полиция.
— Это были вы?
Он не ответил.
— Готова поспорить, это были вы, — сказала она, хитро склонив голову набок.
Их прервала одна из рыжеволосых сестёр. — Извините, что вмешиваюсь, — сказала она Гурни тихо, но настойчиво. — У входа полицейский. Спрашивает вас. Говорит, дело срочное.
Гурни извинился и направился к открытой входной двери. На крыльце он увидел молодого полицейского, которого встречал в «Падшем ангеле» на следующий день после стрельбы в книжном магазине. Полицейский выглядел встревоженным. Его патрульная машина стояла за одним из «Приусов», мигая красными и синими огнями.
— Детектив Хоскинс послал меня за вами. Ждёт в участке.
Гурни улыбнулся. — Рад слышать.
Он направился к своему «Аутбеку».
Полицейский шагнул ему наперерез, слегка загородив дорогу. — Мне велели вас забрать.
— Вы меня арестовываете?
— Нет, сэр.
— Тогда поедем каждый на своей машине.
Гурни выехал первым. Молодой полицейский проследовал за ним до участка, припарковался позади и смотрел, как тот вошёл в здание.
Гурни отвели в комнату для допросов без окон, с серым металлическим столом и двумя стульями. Гул вентиляции соперничал с жужжанием люминесцентных ламп. Обстановка напомнила, как когда-то он сидел за таким же серым столом напротив крысолицего Фрэнки Даласио. Вернулось и то неприятное чувство: он знал, что собеседник лжёт, и знал, что не может этого доказать.
С появлением Хоскинса воспоминание рассеялось, но неприятный осадок остался. Детектив выглядел хмурым и усталым. Он принёс чашку кофе, поставил её на свою половину стола, шмыгнул носом и прочистил горло.
— Порядок вы знаете. Допрос под запись. Показания под подпись. Вопросы есть?
— Вы хоть поспали?
— С вашего вчерашнего звонка с места преступления, где вам вообще не полагалось быть, — ни минуты. Давайте покончим с этим. — Он наклонился к диктофону на краю стола и включил его.
— Говорит детектив Марк Хоскинс. Нахожусь с Дэвидом Гурни в комнате для допросов номер один полицейского участка Гладстона. Время — пятнадцать часов пятнадцать минут. Дата — двадцать четвёртое мая. Опрашиваемый находится здесь по моей просьбе.
Он посмотрел через стол на Гурни. — Назовите полное имя и род занятий.
— Дэвид Гурни. Бывший детектив отдела расследования убийств полиции Нью-Йорка. На пенсии.
Хоскинс подался вперёд, опираясь локтями о стол. — Вы звонили по номеру 911 вчера вечером приблизительно в одиннадцать часов?
— Да.
— Что вы сообщили?
— Что обнаружил частично засыпанное тело в амбаре на территории заброшенного лагеря Ранзака.
— Объясните, зачем вы там находились.
— Стюарт Уилмот попросил меня расследовать угрозы, связанные с его избирательной кампанией. Позже в сферу моего расследования вошли исчезновения Хаббл, Элиот и Лейк. Я выяснил, что все три женщины, а также мистер Уилмот и его соперник в своё время одновременно находились в лагере Ранзака. Мне рассказали, что многие личные и политические конфликты жителей города берут начало именно там. Ещё я узнал, что амбар, он же призрачный амбар, вызывает сильные чувства из-за пережитого там, о чём никто не хочет говорить. Я хотел увидеть место, где всё это происходило.
Хоскинс посмотрел на него с недоверием и неодобрением. — Несмотря на то что судебное постановление прямо запрещало вам появляться на территории мистера Ранзака?
— В постановлении не были указаны границы владений, а значит, постановление не подлежит принудительному исполнению. — Гурни не был уверен, что это правда, но говорил твёрдо.
— Пока отложим этот вопрос. Верно ли, что вы съехали с окружной дороги на заросшую колею, где вашу машину нашли первые прибывшие полицейские?
— Да.
— Опишите все ваши действия и наблюдения с момента, когда вы вышли из машины, до моего предварительного опроса на месте.
Гурни подробно рассказал обо всём, что делал и видел, особо подчеркнув, что навесной замок был перекушен, а предыдущий посетитель оставил следы шин.
Рассказ, похоже, одновременно заинтриговал и встревожил Хоскинса. Когда Гурни закончил, детектив с минуту молчал, потом прочистил горло и заговорил сухим канцелярским тоном.
— Можете сообщить какие-либо другие сведения или наблюдения, которые помогли бы нашему