Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак

— Я вообще-то хотел поговорить наедине, — игнорируя итальянку, сказал Сабантини Саше, едва та подошла.

— Да я уж вижу, — ответила Ринальди за Покровскую и медленным насмешливым взглядом осмотрела инспектора.

Было видно, что молодой человек готовился к встрече: чисто выбрит и одет с иголочки. От него приятно пахло хорошими духами.

Под ее взглядом Сабантини помрачнел, но присесть пригласил обеих.

— Ну уж нет, — произнесла уязвленная Миша. — Теперь понимаю, я вам только помешаю. Но и девушке брата засиживаться с вами не дам. Задавайте свои вопросы, если они вообще у вас были. Я подожду в машине.

Ринальди развернулась на каблуках и, громко цокая, вылетела из траттории. Саша, красная, как рак, уселась за столик напротив Сабантини. Тот проводил вздорную итальянку взглядом и только тогда занял свое место.

— Уф, — выдохнул он, — ну и характер!

— Простите меня за нее, пожалуйста.

Покровская понимала, почему Мишель обиделась. Сейчас инспектор не походил на человека, который ведет расследование. Скорее всего, Паоло был прав — Сабантини заинтересовался ею и действительно рассчитывал на нечто большее, чем задать несколько профессиональных вопросов. Саше хотелось верить, что она не права, и поэтому она решила построить беседу в рамках делового общения.

— Что вы хотели узнать?

— Может, несмотря на конфуз, сначала закажем что-нибудь?

— Вы всерьез думаете, что Мишель даст мне сидеть здесь и наслаждаться пастой «Карбонара»?

— Почему вы позволяете членам этой семьи манипулировать вами? Вы взрослая, независимая девушка.

Он потянулся через стол и хотел прикоснуться к ее руке, но она будто невзначай передвинула ее. Еще не хватало, чтобы Мишель через окно увидела это и рассказала Паоло.

Сабантини посуровел, убрал руку и отклонился назад.

— Статистика показывает, что таких податливых людей, как вы, легко можно использовать в своих целях и склонить к криминалу.

— Ну знаете, что… — разозлилась было Саша, но потом вспомнила, с кем разговаривает, и пошла на попятную: — Задавайте свои вопросы, и я пойду.

— Что вам известно о горничной, которая не так давно покинула дом Моретти?

— Вы нашли ее? — вопросом на вопрос ответила та.

— Нет, она залегла на дно, и кто-то ей в этом помог. И все же я хотел бы знать, какой информацией о горничной обладаете именно вы.

— Да никакой. Я видела ее в последний раз, когда она села в такси и уехала.

— Александра, вы же понимаете, несмотря на то что вы гражданка другой страны, я все равно имею право вас задержать.

— Пожалуйста, прошу вас… если бы я что-то знала, то ни за что не стала бы это скрывать. Присмотритесь лучше к родственникам Паоло. Они практически все обижены распоряжениями Элоис Моретти в своем завещании.

— И синьорина Ринальди тоже?

— Ей меньше всего нужно богатство тетушки, которую она так любила. Единственное, чего ей хочется, это найти икону, которую она считает проклятой.

— Зачем ей проклятая икона? Продать?

— Да нет же, наоборот! Как бы пафосно это ни звучало, она хочет спасти людей от ее пагубного влияния. Она считает, тот, кто продает икону, подвергает себя риску умереть.

Сабантини заинтересовался.

— Итальянцы в целом суеверный народ. Уверен, Моретти ничем не отличаются от других. На ваш взгляд, есть в их семье тот, кто меньше всего верит в проклятые вещи?

Саша задумалась. В ее голове в первую очередь возник Паоло, но она отмахнулась от этой мысли и высказалась:

— Я слишком плохо их знаю, но уверена, что Беатриче, тетя Мишель, давно хотела заполучить икону. Она во всеуслышание сказала об этом на зачитывании завещания.

Сабантини уперся локтями о стол и положил подбородок на сложенные в замок руки.

— Или… если они суеверны… то кто-то хочет… — глухо произнес он, будто разговаривая сам с собой, потом спохватился, вспомнил, что сейчас не один, и оборвал размышления.

Он опустил руки на стол и отрешенно посмотрел на Покровскую. Саша почувствовала, что он наткнулся на какую-то ниточку. Интуиция подсказывала ей, что он готов за нее уцепиться, и скорее всего она приведет туда, куда нужно.

— О чем вы? Пожалуйста, поделитесь.

Девушка наклонилась над столом к Сабантини и даже потянулась, чтобы взять его за руку, но в этот раз отдернулся он сам.

— Вам пора, — сухо заметил он. — Не думаю, что ваша подруга даст вам насладиться «Карбонарой». Спасибо, что нашли время ответить на мои вопросы. А я, пожалуй, поем.

Он поднял руку, подзывая официанта. Саша, недовольная тем, что ничего не узнала, молча встала, собираясь уйти. Сабантини будто не обращал на нее внимания и с преувеличенной важностью изучал меню.

— Хорошего вам вечера, — пожелала Покровская, и тогда инспектор спросил:

— А что эта ваша Мишель — она с кем-то встречается?

— Да, — резко ответила Саша, — собирается замуж за богатого английского виконта.

Покровская так же гордо, как Ринальди, развернулась, вышла из траттории и села в машину. Увидела, что подруга сидит, насупившись, и спросила:

— Что не так?

— Ну и как он целуется?

— Перестань, — устало ответила Покровская. — Давай не будем ссориться из-за мужчины, который не нужен ни тебе, ни мне.

— Я волнуюсь о душевном равновесии своего брата. Вдруг ты решишь ему изменить.

— Мишель!

— Ладно, рассказывай, чудо-детектив, что ты узнала?

— Я — фактически ничего, а вот у Сабантини, кажется, появилась какая-то идея.

— Вот и посылай в разведку неопытного бойца.

Мишель помчала по трассе, то и дело выходя за границы дозволенной скорости. Саша на это никак не реагировала. Вернулись домой быстро.

Дома их встретил взволнованный Паоло. Он поцеловал кузину, а та в ответ заявила:

— Паоло, ты был прав! Он пытается увести твою девушку.

— Мишель! — вскрикнула Покровская.

Моретти посмотрел на Сашу, обнял ее, улыбнулся и ответил:

— Зря старается.

Потом он попросил Покровскую пройтись с ним по саду. Мишель была не в настроении и не стала возражать против их уединения.