Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак
Вскоре пришел начальник стражи. Он долго и утомительно, не смущаясь своего жуткого акцента, задавал вопросы, на которые и Саша, и Мишель отвечали наперебой. Умолчали лишь о том, что именно заставило их войти в самый первый коридор перед тем колодцем, в который, как объяснила Ринальди, они нечаянно свалились. Горе-сыщицы не произнесли ни слова про ди Конте, Черную Мадонну, человека в маске или затеянное ими расследование.
Больше двух часов их запугивали самыми страшными расправами и беспрестанно задавали вопросы, смысла которых девушки совершенно не понимали. Затем, ничего не объясняя, им сцепили руки наручниками и, завязав глаза, куда-то повели.
— Вы нас убьете? — взволнованно спросила Мишель.
— Скажите хоть что-то! — вторила ей Саша.
Но сопровождающие их швейцарцы молчали до тех пор, пока не вывели девушек в главный зал Ватикана, тот, куда был доступен вход всем туристам. Там подругам развязали глаза, приказали выйти вон и никогда больше не появляться на этой территории. Также пообещали, что будут за ними присматривать, и если заметят что-то необычное с их стороны, то одну депортируют из страны без права возвращения, а на вторую подадут запрос на лишение итальянского гражданства.
Саша так давно мечтала побывать в Сикстинской капелле, увидеть прекрасные потолки, расписанные самим Микеланджело, рассмотреть огромные черные статуи пап, которыми она раньше подолгу любовалась на фото, заглянуть в потайные уголки Ватикана. Сейчас же она и помыслить не могла обо всем этом. Покровская мчалась к выходу, благодаря Бога за то, что им так легко удалось отделаться. Она была уверена, что теперь всегда с ужасом будет вспоминать резиденцию римских пап и ей никогда больше не захочется смотреть на фотографии этого города-анклава.
Каково же было удивление подруг, когда они выскочили наружу! Там, на огромной каменной площади, залитой лучами восходящего солнца, одиноко стоял Паоло. Он держал около уха мобильный и тщетно пытался кому-то дозвониться. Но, увидев девушек, молодой человек выключил телефон и помчался им навстречу. Обе подбежали к нему, кинулись в его объятия и в течение нескольких минут приходили в себя. А он гладил их по головам и твердил, что все будет хорошо, что теперь им ничто не угрожает.
— Как ты узнал, где мы? — уже в машине спросила Мишель.
— Проснулся ночью. Ни Саши, ни тебя, ни «Мазерати». Я сразу понял, что вы снова во что-то влипли. Настроил на тебя свой джи-пи-эс приемник, и он показал, что вы двигаетесь куда-то в район Ватикана. Пришлось взять старое авто матери и отправиться на ваши поиски.
Паоло не заметил, как девушки дернулись при упоминании Ватикана.
— Чую, что теперь наш личный потайной ходик к папе римскому забетонируют насмерть, — нервно хихикнула Миша на заднем сиденье.
Она смолила уже третью сигарету подряд, но ее продолжало лихорадить от пережитого. Находясь в гуще событий, она даже не замечала боли от подвернутой ноги. Теперь же, когда минуло самое страшное, та начала жутко ныть, и Мишель периодически постанывала.
Саша, словно сомнамбула, сидела, уставившись перед собой, и молчала. Она не верила, что с ней, человеком, который обычно старательно избегает неприятностей, могло такое приключиться.
— Не хотите рассказать мне, что вы делали поздно ночью в Ватикане? — спросил Паоло.
— Да прекрати произносить это слово! — вскричали девушки так громко, что молодой человек вильнул машиной в сторону.
— Эй! Тише! И сейчас же объяснитесь!
Саша отвернулась. Ей было так стыдно, что она и слова не могла вымолвить. Но ее подруга взяла себя в руки и подробно описала кузену события прошедшей ночи.
— Да вы обе ненормальные! — шумно выдохнул Паоло, когда Миша завершила рассказ. — Алекса, я еще могу понять свою взбалмошную сестру! Но ты-то! Ты казалась мне вполне разумной!
Молодой человек посмотрел на Покровскую, увидел ее опущенную голову и подрагивающие плечи и тут же пожалел о том, что повысил голос. Он взял ее за руку и попытался успокоить.
— Ну не плачь. Прости. Я знаю, как сложно порой отказать Мишелле.
Он кинул взгляд в зеркало заднего вида на кузину и увидел, что та смотрит прямо на него.
— Я прошу тебя в последний раз, — сказал он ей, — прекращай втравливать мою девушку в свои авантюры. И ни в коем случае… никогда, слышишь, не связывайся с ди Конте.
В машине повисла напряженная тишина. Подруги отходили от пережитого шока и переваривали слова Паоло. Им нечего было ответить. Обе понимали, как глупо себя повели. Моретти неверно истолковал их молчание. Он с тревогой снова взглянул на кузину и добавил:
— Икона не у него, поверь мне.
Потом, видимо, осознав, как неоднозначно прозвучали его слова, молодой человек объяснился:
— Он не стал бы воровать… у нас. Я уверен.
Мишель ничего на это не ответила. Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Но уже через несколько минут снова открыла их и попросила у Саши телефон. Набрав знакомые цифры, она долго и мучительно ожидала ответа. Наконец послышалось: «Доктор Клиффорд у телефона». И вот тут, не сдержавшись, Мишель разревелась. Она рассказала своему молодому человеку все, что у нее накипело за эти несколько дней, и затихла только тогда, когда полностью посвятила его в свою историю. Итальянка настроила динамик на громкую связь, и Саша услышала красивую английскую речь жениха Мишель. Голос его был спокойным, мягким и очень приятным.
— Милая моя, может, мне приехать? — просто спросил он.
Саша удивилась: никакой ругани или упреков. Он был совершенно невозмутим. И Генри, в отличие от Паоло, не смущало, что его девушка по собственной инициативе влипает в неприятности.
— Нет, Генри, что ты. Я сама разберусь. Просто было так страшно.
— Ты такая независимая, — услышала Саша и поняла, что Клиффорд не злится на Мишель, наоборот, гордится ею и ее бесстрашием.
Теперь девушка понимала, почему подруга так прикипела к своему виконту. Он действительно был мужчиной, о котором мечтают многие женщины.
Завершив разговор, Мишель успокоилась. Она выбросила недокуренную сигарету в окно и вздохнула. Саша обернулась и увидела на лице подруги блаженную улыбку. По крайней мере, теперь о ее душевном равновесии можно не волноваться. Того же нельзя было сказать