выделил ориентиры и подумал о городе, который усердно работает, строя козни и планируя. Он посмотрел вниз. Довольно большое падение. Джо пришло в голову, что здоровяк может попытаться сбросить его с крыши парковки. Он мог бы не умереть. Но падение наверняка нанесет серьезный ущерб. Удачи вам с этим, подумал он, упираясь в бетонную стену. Вместо этого водитель вышел из машины, оставил её заведенной и отошел, прикуривая сигарету в процессе. Он прошел до дальнего конца пандуса и встал, глядя в другом направлении, дым струился позади него. Джо и агент Блейк вышли из машины и молча постояли мгновение. — У него нет необходимого допуска? — спросил Джо. — Конечно, есть. Но не всем нужно знать всё. Вы не знакомы с принципом разделения информации («компартментализация»)? — Только когда организую свою кухню. — У вас нет кухни, — сказала она. — Вы, наверное, обедаете вне дома каждый прием пищи. — Это почти правда, — сказал он. — Так зачем я здесь, если вы не можете мне ничего рассказать? Агент Блейк стояла рядом с ним, скрестив руки перед собой. Она смотрела на город, точно так же, как это делал Джо. — Вам ведь здесь не место, да? — спросила она. — Вся эта чушь здесь? Вы человек действия. Армейский парень. Политические игры — не ваше, я могу сказать. — Может быть, политика стала моей страстью. В следующем году я, возможно, баллотируюсь в мэры Вашингтона. Хотите стать моим руководителем кампании? — Извини, у меня есть работа. Кстати об этом… — Что именно вы хотите узнать? — Чего именно вы ищете? — спросила она. — А вы первая? Вы вообще ничего не сказали, кроме того, что выяснили: бедняжка Хелен из Казначейства, должно быть, сработала какую-то сигнализацию, которую вы, ребята из Лэнгли, установили на Джорджа Тракса. Что определенно подогрело моё любопытство. Её духи начинали действовать на него. Они были тонкими, но имели любопытную смесь лаванды и чего-то тропического. От них хотелось отправиться на Карибы. Может быть, взять с собой агента Блейк. У него было чувство, что она не примет его предложение, если он его сделает. — Забавно, мне тоже любопытно, — сказал он. — То есть, почему вы интересуетесь мистером Траксом? — Нет, сначала вы. Они сидели вместе в молчании. Джо на самом деле не играл в жесткую игру, он просто чувствовал, что его причина была довольно хлипкой. Британский агент, которого он никогда не встречал, рассказал ему об Игле, а затем сумасшедший художник предположил, что Траакс — тот самый человек. Наконец, он почувствовал, что расшифровал скрытый символ, представляющий подпись Тракса. Забавная вещь заключалась в том, что если он так ошибается, а доказательства такие шаткие, что он делает на крыше парковки с агентом ЦРУ Рэйчел Блейк? — Как насчет того, чтобы я начал с признания того, что у нас действительно есть досье на мистера Тракса. И оно, безусловно, засекречено. — Она улыбнулась. — Ваша очередь. — Хорошо, — сказал Джо. Он объяснил шаги в расследовании, которые привели его к Траксу. — Интересно, — ответила она. Блейк развернулась и прислонилась спиной к цементной стене, и Джо сделал то же самое. Оба смотрели, как водитель зажигает новую сигарету всё ещё горящим окурком первой. Она взглянула вверх на Джо. — Джордж Траакс был захвачен немцами и отправлен работать в один из лагерей. Однако, по мере того как крах Германии в конце войны начался, Тракса привезли в Берлин. — Зачем? Блейк проигнорировала вопрос. — Когда Россия захватила город, они схватили всех и каждого, кого сочли полезным. — Так он перешел из пленника Германии в пленники России? — Да. Джо подождал. Он уже знал почему, но хотел, чтобы Блейк объяснила это своими словами. — Джордж Траакс был блестящим художником. Техником высочайшего порядка. Не только в рисовании тушью или живописи, но также в гравировке и печати. — Игла. Блейк кивнула. — Да, именно так его называли. — Так что случилось с ним в России? Агент ЦРУ перевела взгляд прямо на Джо. Её зеленые глаза пронзали его, и он увидел возбуждение, но и тревогу. — Вы довели его до гибели.
«Деньги часто стоят слишком дорого». — Ральф Уолдо Эмерсон
Внутри него поднялась холодная ярость. Он сжал кулаки, а затем разжал их. — Не злись, — сказала Блейк. — Я оказываю тебе услугу. Джо почувствовал, как его лицо вспыхнуло, жар распространился по всему телу, и он внезапно захотел оказаться подальше от женщины из ЦРУ. Как можно дальше и как можно скорее. Но его ноги словно приросли к бетону. — И чем же ты мне помогаешь? — спросил он. Блейк отошла от Джо, словно почувствовала, что ему нужно пространство. А может быть, просто вышла из зоны досягаемости удара, подумал он. — Это было настоящим черным пятном для Американской разведки. Операция была провалена, и целая семья была убита. Сожжена заживо, если верить отчетам. — Это ваш человек погубил их, а не мы. — Это можно поспорить. Звучит как командная работа, если хочешь знать правду, — сказала она. — Вас там не было. — Слава богу. Самолет пролетел над головой, вероятно, направляясь в Даллес. Добро пожаловать в Вашингтон, подумал Джо. — Мы сделали всё возможное, чтобы это не попало в прессу, и поверь мне, это потребовало усилий. КГБ распустил всевозможные слухи в надежде, что они подхватятся. Нам удалось подавить почти все из них. — Вот сейчас ты скажешь, что делаешь мне одолжение? — Да, Ричер. Ты действительно хочешь, чтобы твои коллеги из Казначейства начали копать информацию о семье Траксов только для того, чтобы узнать, что их новый следователь зажарил их заживо? Челюсть Джо закаменела. — Я не их новый следователь. Я здесь временно. И я не убивал эту семью. — Как бы то ни было. — Она развернулась и встала перед ним. — Послушай моего совета, Ричер. Оставь это дело с Траксом в покое. Оно мертво и похоронено, в буквальном смысле. Я больше не собираюсь вмешиваться и делать тебе одолжения снова. Это дружеское предупреждение, ради твоего же блага. — Я уже усвоил, что «дружеские предупреждения» обычно не такие уж дружелюбные.
Блейк уже уходила. — Нужно подбросить тебя куда-нибудь? — спросила она, когда водитель выбросил