Госпожа Шим это убийца - КАН ДЖИЁН
Работа по определению пола цыплят требовала от меня деловых поездок по всей стране. Обычно я оставалась в одном регионе два-три дня и всегда брала с собой несколько пар палочек для еды. В последний день командировки, пока другие специалисты ходили в бары или на экскурсии, я совершала тихую прогулку, ожидая, когда появится цель. Пьяницы, которые едва могли стоять на ногах, слабые пожилые люди. Когда я возвращалась домой из этих поездок, первое, что я делала, — ставила воду на плиту и стерилизовала палочки для еды. А затем использовала те же палочки, чтобы есть.
Но мужчина всё ещё не появлялся.
Когда работа была напряжённой, я совершала от трёх до четырёх поездок в месяц. Когда я не была в отъезде, я проводила дни, запершись с бесформенной массой, в которую превратились двое детей.
«Тебя бросили, — говорили они. — Он забыл о тебе. Посмотри, тебе даже больше не поступают деньги на банковский счёт».
«Вы не правы. Он занят. Слишком занят, чтобы взять выходной и прийти поругать меня».
«Это потому, что ты такая ленивая. Ты представляешь, сколько всего можно было бы сделать здесь? В квартире шестьсот семь живёт пожилая женщина с деменцией — ты об этом знала?»
«Что бы я сделала, если бы меня поймали за то, что я пристаю к своим соседям?»
«Тебя ещё ни разу не поймали. Что может быть другим в этот раз?»
К тому времени эти двое детей могли говорить только одним голосом. Они заставили меня встать, издавая звуки одновременно обоими ртами.
Я готовила в темноте. Сделала жидкое тесто из муки и нарезала картофель, зелёный лук и цуккини. Включила газ, налила масло в сковороду и выложила тесто. Мне не нужно было, чтобы это было особенно вкусно. Старая женщина всё равно это не съест.
Я положила один овощной блин на тарелку, которую поставила на поднос рядом с палочками для еды. Поскольку так много людей уехали на новогодние праздники, в доме было тихо. Я надела кроссовки с мягкой подошвой и поднялась по лестнице, стараясь не шуметь. Как и старая женщина, я редко выходила из дома, но она была известна громкими происшествиями, которые иногда происходили в её квартире. Она думала, что за ней кто-то следит, и боялась других людей. Никто ей не верил, но это могло быть правдой. Я знала это, потому что не сомневалась: мне бы тоже никто не поверил, если бы я рассказала, что весь день разговариваю с этими двумя мёртвыми детьми, которые ходят за мной. Было невозможно узнать, видели ли какие-то люди в белых халатах меня и старушку, узнали ли нас по меткам под нашими подмышками и не отправили ли нас на конвейер явно жестоких испытаний. Когда я подошла к её квартире, я попробовала ручку двери. Она была заперта.
«Вы снова все вернулись?» — крикнула старушка изнутри. К счастью, она не спала.
«Бабушка, я пришла, чтобы помочь тебе. Пожалуйста, открой дверь».
Если бы она просто открыла дверь, у меня не возникло бы проблем с достижением цели.
«Здесь нет никакой бабушки! Уходите!»
Я знала, что мне нужно её успокоить.
«Я пришла, чтобы забрать вас туда, где никто не сможет за вами следить. Я имею это в виду».
Я поставила поднос с едой и взяла палочки. После короткой паузы дверь открылась. Пожилая женщина стояла там в пижаме, глядя на меня своими мутными серыми глазами.
«Понизьте голос, — сказала она. — Они услышат вас».
Она приложила палец к губам, показывая мне, чтобы я замолчала.
Я вошла за ней.
«Дорогая, у нас гость», — прошептала она в направлении своей пустой кровати. Она всё ещё казалась взволнованной, когда сняла кардиган с крючка. Когда она надела его, она казалась ещё меньше. Села за низкий столик в своей гостиной и оглядела меня.
«Кто эти двое несчастных детей? Они выглядят больными».
Её взгляд остановился возле подола моей юбки. Двое детей испуганно посмотрели и спрятались за мной. Впервые кто-то ещё видел их. Старая женщина с тревогой посмотрела на них, прищурившись, чтобы лучше рассмотреть.
«Физически они не чувствуют себя очень хорошо, но с ними всё в порядке», — сказала я.
Старая женщина слегка вздрогнула при виде их.
«Дорогая, она говорит, что детям нездоровится. Какое это досадно, не так ли?»
На этот раз она коснулась спинки пустого стула, когда заговорила.
«Пожалуйста, закройте глаза, — сказала я ей. — Если вы притворитесь, что потеряли сознание, я смогу увезти вас отсюда. Никто даже не заподозрит».
Старая женщина посмотрела то на пустой стул, то на меня, затем легла на пол и закрыла глаза. Сейчас был момент использовать палочки, которые я спрятала за спиной. Я подняла их и вонзила, быстро. Но, странным образом, я промахнулась. Палочки скользнули по щеке старой женщины и ударились об отслаивающийся пластик половицы с глухим стуком. Это никогда раньше не происходило, и теперь я была в тревоге. Палочки оставили лишь глубокую рану возле виска старой женщины. Столкнувшись с болью, старая женщина со стоном приоткрыла губы. Она не могла открыть глаза; ей было очень больно. Я заставила свою руку замереть, размышляя, бежать ли мне или попытаться снова вонзить палочки. В любом случае, я знала, что старая женщина с деменцией не сможет меня найти. Но я не хотела портить безупречную репутацию, которую создала к этому моменту.
«Кто-нибудь здесь? Для чего этот блин?»
Я услышала голос. Кто-то снаружи дёрнул ручку двери. Медленно дверь открылась. В дверном проёме стояла невысокая, коренастая женщина средних лет, которую я могла бы встретить где угодно, и она смотрела на меня пустым взглядом. Она выронила сумку для покупок, которую держала. Сок кимчи вылился на пол.
Старая женщина