Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак
— Нет! Нет в этом доме сочувствующих! Все злые и напыщенные змеи, — разозлилась Виттория, а Марко помог ей подняться.
Она оттолкнула его руку и направилась к двери. Потом демонстративно развернулась, подняла указательный палец и погрозила всем, кто был в комнате.
— Я не уеду, пока не получу свою долю наследства. Так и знайте!
— Минуточку! А на какую это долю ты, интересно, рассчитываешь? — не смогла удержаться от смешка Мишель.
— На ту, которую я заслуживаю, как лучшая подруга Франчески, — пытаясь не растерять остатки достоинства, ответила Виттория и ушла.
Марко оглядел всех беспомощным взглядом и, пробормотав извинения, взял за плечи мать и вывел ее из комнаты.
— Кто-нибудь объяснит нам, что здесь произошло? — Наталья присела на кровать и внимательно посмотрела на Паоло.
— Да ничего особенного, — рассмеялась Мишель, — просто Виттория решила «замочить» Паоло при помощи ножниц. А вместо этого его девушка замочила ее водой из бутылки.
Наталья и Санто с удивлением посмотрели на дочь. Паоло устало сел на кровати возле матери Мишель и поспешил все объяснить, пока старшие Ринальди не придумали себе небылиц.
— Хотела отстричь Алексе волосы. Уж очень невзлюбила ее.
Наталья улыбнулась и перевела взгляд на Покровскую. Та вспомнила, что на ней надета лишь ночная рубашка, и стыдливо опустила голову.
— То ли еще будет, — на русском проговорила Наталья, — жить в итальянской семье не так-то просто. Кому, как не мне, это знать. Так что прежде, чем всерьез решиться на подобное, хорошенько подумай, а нужны ли тебе такие встряски.
— Ох, мама, не пугай ее понапрасну, — возмутилась Мишель тоже на русском. — Будто ты плохо живешь.
— Просто я научилась не обращать внимания на ваш итальянский норов.
— Настоящая русская сумеет ассимилироваться в любой стране, — усмехнулась Мишель. — К тому же она показала себя сегодня ночью с лучшей стороны, вступившись за своего мужчину и не побоявшись соперницы!
И девушка, громко смеясь, рассказала родителям, как застала мокрую Витторию и Сашу с пустой бутылкой воды в руках.
— Да, после такого можно смело принимать ее в наши итальянские ряды, — мягко улыбнулась Наталья.
Покровская покраснела, не понимая, шутят они или действительно хвалят ее.
— Пойдемте спать, не будем смущать молодых своим присутствием, — уже на итальянском обратилась Мишель к отцу.
Спорить с ней родители не стали и, пожелав Паоло и Саше спокойной ночи, поспешили выйти из комнаты.
— Как теперь уснуть? — печально отозвалась Покровская, когда осталась с Моретти наедине.
— Может, пойдем ко мне? — насторожено спросил Паоло.
И Саша решила, что если в эту ночь и не удастся больше уснуть, то гораздо приятнее будет провести время с ним вдвоем, а не наедине с собственными мыслями.
10
День зачитывания завещания выдался солнечным.
— Это чтобы как гром среди ясного неба прозвучали отказы в наследстве для родственничков, — ехидно прокомментировала погоду Мишель.
Покровская, которой Паоло разрешил присутствовать на процессе, подивилась, насколько официально подобное мероприятие могут обставить итальянцы. Или, возможно, так делали только в семьях «высшего света», к которым и принадлежали Моретти. Мужчины нарядились в костюмы. Паоло, чья прическа пострадала от выходки Виттории, коротко подстригся. И хоть Мишель мягко подтрунивала над ним, он все равно был вполне доволен тем, как выглядит.
Женщины, присутствующие на зачитывании завещания, облачились в торжественные туалеты, сделали прически и макияж. Все хотели смотреться представительно в тот момент, когда получат долю наследства. Тетя Беатриче надела самое дорогое колье, которое, как она думала, украла горничная. На самом деле, оно, конечно же, нашлось в комнате среди ее вещей. Все, даже Марко, шутили над этим, вызывая гнев тети Беатриче.
В гостиной царила атмосфера непринужденности. Но, как подозревала Саша, все это было лишь видимостью. И загадочная улыбка Мишель, и громкие воздушные поцелуи Беатриче и Натальи, и легкие похлопывания кузенов по спинам. Саша заметила, как нервно сжимает пальцы Марко, как переглядываются родители Миши, как то и дело хмурится Виттория, бормоча себе что-то под нос. От Саши не утаилось и то, как слегка дернулся Паоло, когда в комнату зашел коренастый пожилой итальянец. Волосы его все еще были черны, как уголь, острый взгляд выдавал человека крайне умного и опасного, а складки в уголках губ и между бровями говорили о том, что он редко улыбается, часто хмурится и любит отдавать приказы.
Саша усмехнулась. Она удивилась своей излишней наблюдательности. И где только успела понабраться этих детективных штучек? Явно сказывалось влияние Мишель.
Тем временем новый посетитель поздоровался, прошел через комнату и уселся в кресло, словно на трон, с некоторым презрением поглядывая в сторону семейств Моретти и Ринальди. Он остановился взглядом на Саше, удивленно приподнял одну бровь, потом посмотрел на Паоло, хмыкнул и потерял к ней интерес.
— Валентино ди Конте, — шепотом объяснил Паоло Покровской. — С давних лет ухажер моей матери.
Саша сразу поняла, что этот человек считает себя выше других, и от него определенно можно ожидать чего угодно.
Тем временем девушка заметила, как Мишель из противоположного угла, где сидела, посылает ей сигналы, смысл которых ей не удавалось разгадать. Ринальди что-то беззвучно говорила, надеясь, что подруга прочитает слова по губам. Смотреть, как гримасничает Миша, было забавно, но понять ее Саша так и не смогла. На Ринальди стали оглядываться родственники. Девушка сделала нейтральное лицо и уткнулась в телефон. У Покровской пиликнул мобильный.
«ВДК! ВДК!» — гласило смс, присланное Мишель.
«Что ВДК?» — не поняла Саша.
«Ну, ты и тормоз! Валентино ди Конте, вот что!»
Саша даже подскочила на сиденье от внезапной догадки! Вот, как расшифровывался этот ребус! Но что могла дать им эта информация? Саша понимала, что теперь Мишель обязательно затеет расследование против ди Конте. А это по умолчанию ничем хорошим обернуться для них не могло. Поэтому Покровская решила, что постарается отговорить подругу от необдуманных действий.
Когда предполагаемые наследники собрались, на пороге появился