О личности. Книга Эго - Бхагван Шри Раджниш

Эго — вот самый глубокий сон. Ему свойственна и своя красота, и агония. Ему свойствен и экстаз, и мучения. Ему свойствен и собственный рай, и ад — все там. Сновидения бывают подчас сказочными, а подчас — кошмарными, но и те и другие остаются сновидениями.

Поэтому я не призываю тебя проснуться раньше срока. Нет, никогда не делай ничего, пока не наступит время. Позволь всему прорасти, позволь всему произойти в свой час — тогда все случится естественно.

Эго исчезнет. Оно способно исчезнуть и само по себе. Если ты просто позволишь ему вырасти, окажешь поддержку, то необходимость отбрасывать его отпадет сама собой.

В этом деле все вовсе не так просто. Если ты отбросишь эго, оно останется внутри. Кто его отбросит? Если ты полагаешь, что это ты его отбрасываешь, то ты и есть эго, — и потому, что бы ты там ни отбрасывал, — все не то. То, что действительно следует отбросить, останется, а ты выбросишь нечто другое.

Ты не в состоянии избавиться от эго.

Кто это сделает? Это случается само собой, для этого не требуется никаких действий. Ты прорастаешь в эго, а затем настает момент, когда ты начинаешь испытывать такие адские муки, что сновидение рушится. Внезапно ты понимаешь: гусь — вовне, он никогда не был внутри бутылки.

Ты никогда не был эго.

Оно было просто сновидением, окутавшим тебя. Необходимым сновидением, следует признать, и потому я не осуждаю его, оно — необходимая веха роста.

В жизни все необходимо. Нет ничего ненужного, ничто не бывает ненужным. Все, что произошло, должно было произойти. Все, что ни случается, случается в силу определенных глубинных причин. Ты нуждаешься во всем этом, дабы пребывать во мраке заблуждений. Оно — кокон, помогающий тебе, ограждающий тебя, способствующий твоему выживанию. Но тебе не обязательно пребывать в нем вечно. Когда ты почувствуешь, что готов, разрушь этот кокон, выйди наружу.

Твое эго — это скорлупа, защищающая тебя. Когда ты будешь готов — разбей скорлупу, вылупись из яйца. Эго — это скорлупа. Но не торопись. Спешка может сослужить тебе плохую службу, опрометчивость станет плохим помощником, окажется препятствием. Выжди время, и не осуждай эго — кто именно будет в роли осуждающего?

Отправься к этим так называемым святым, — они рассуждают о кротости, смирении, — и загляни в их глаза: ты нигде больше не встретишь столь рафинированного эго. Их эго обрядилось в одеяния религии, йоги, святости, но оно никуда не делось. Пусть они и не копят богатства, зато копят последователей; их монеты сменили внешний вид, и сами они теперь подсчитывают количество своих приверженцев…

Пусть они и не гонятся за мирскими вещами, однако тянутся к вещам из иного мира, но тот ли, этот ли — мир остается миром. На поверку они оказываются даже куда более алчными, — ведь говоря о преходящем, временном в этом мире, о том, что приносит сиюминутное удовольствие, сами они жаждут удовольствий вечных.

Их алчность — самого высшего ранга. Их не устраивают кратковременные удовольствия. Им подавай вечные. Если что-то не вечно, их это не радует. Их алчность глубока, абсолютна, а всякая алчность идет от эго.

Алчность — это голод эго.

Поэтому часто оказывается, что святые гораздо эгоистичнее грешников, и отстоят они гораздо дальше от Божественного. И нередко грешникам куда легче обрести Бога, чем этим так называемым святым: эго встает барьером у них на пути. Я знаю не понаслышке: грешники гораздо легче расстаются со своим эго, чем святые, — грешники никогда не восставали против эго. Они его вскармливали, наслаждались им, проживали его во всей тотальности. А святоши вечно сражались с эго, так и не давая ему дозреть.

Моя позиция такова: эго нужно отбросить, но верного момента придется подождать: отбросить его можно, только хорошенько возделав. В этом-то и трудность всего мероприятия, ведь ум рассуждает так: если нам нужно это отбросить, то зачем что-то там возделывать? Ум говорит: если нам нужно что-то разрушить, то зачем строить?

Если ты пойдешь на поводу ума, то попадешь в беду. Ум всегда логичен, а жизнь поступает наперекор всякой логике, они никогда не пересекаются. На первый взгляд, это простая логика, нехитрый расчет: когда ты собираешься рушить дом, зачем его возводить? К чему все эти сложности? К чему тратить столько усилий, времени и энергии? Дома нет, так зачем его строить, а потом разрушать? Но суть в действительности не в доме, суть — в тебе.

Возводя дом, ты изменишься, а разрушая его впоследствии, ты переменишься полностью, ты уже не будешь прежним — в процессе строительства дома за все это время ты прошел стадию роста. А затем, когда дом готов, ты предаешь его разрушению. Случится радикальная перемена.

Ум логичен, тогда как жизнь диалектична. Ум движется по простой линии, а жизнь постоянно перескакивает от одного полюса к другому, от одного края к противоположному.

Жизнь диалектична. Ты создаешь нечто, а она тебе говорит: разрушь. Родись, а жизнь тебе потом скажет: умри! Обрети, а она велит: утрать! Стань богатым, а она прикажет: стань нищим! Будь вершиной, Эверестом эго, а потом превратись в бездну безэговости. Тогда ты познаешь и одно, и другое — иллюзорное и настоящее, майя и брахма.

«Му Way: The Way of the White Clouds», глава 8

Недавно Ты сказал, что усилие вредно, но для успеха в медитации требуется много работать. Мне, чье восприятие обусловлено немецким менталитетом, кажется, что усилие и есть этот кропотливый труд. Возможно ли много работать, не прилагая особых усилий?

Это момент довольно тонкий. В усилии всегда присутствует принуждение, усилие всегда таит в себе предвзятость. Ты делаешь нечто, потому что не видишь иного способа достичь желаемого результата. Если бы он существовал, ты бы отбросил всяческие усилия и получил желаемое. В усилии ты никогда не присутствуешь полностью — это просто невозможно, — ведь любое усилие устремлено в будущее, направлено на конечный результат.

Усилие ориентировано на будущее, нацелено на результат. Ты делаешь нечто, преследуя определенную цель, гонясь за неким эффектом, выгодой, подстегиваемый жадностью и рассчитывая на весомый выигрыш.

Вот потому мастера дзэн и говорят о наименьшем усилии.

Что они подразумевают под «наименьшим усилием»? Они не отрицают, что нужно хорошо потрудиться,