Добро пожаловать в нигде - Адива Гефен

Время от времени под прикрытием сумерек я не спеша прогуливалась по деревне, улыбаясь местным жителям, почтительно уступавшим дорогу «американской гостье», а когда проходила мимо хозяйского дома, они, приветливо кивая мне с веранды, осведомлялись, все ли в порядке, и желали мне спокойной ночи. По-английски, разумеется.

* * *

Каждое утро Схила стучалась в дверь, произносила «good morning» и оставляла на пороге поднос с завтраком, которого мне хватало на весь день: сыры, варенье, свежеиспеченный хлеб и фрукты из хозяйского сада. На вечернем подносе я находила какое-либо мясное блюдо и салат, приправленный лимоном и оливковым маслом. Царская трапеза.

После пяти безмятежных ночей я, как мы и договаривались, покинула это чудесное место. Оставила деньги под вазой с фруктами и исчезла. Когда-нибудь, сказала я себе, я обязательно вернусь сюда и извинюсь перед радушными хозяевами за ложь, которую им наплела.

Еду прямиком в Тверию, где у меня заказан номер в пятизвездочном семейном отеле.

– Сожалею, но у нас остались только свиты, – сказал администратор, когда я подошла к стойке.

– Пожалуй, это дороговато, – заметила я.

– Но мы сделаем вам скидку, – быстро добавила она.

Хорошо. Пусть будет свит.

Фойе было забито до отказа снующими туда-сюда людьми, словно намечалась какая-то вечеринка. Из динамиков неслась оглушительная музыка, на танцплощадке извивалось несколько парочек, вокруг колонн гонялись друг за другом мальчишки и девчонки в купальниках, малыши капали мороженым на диваны, мужчины в шлепках лузгали семечки, лифты непрерывно сновали вверх-вниз, и над всем этим стоял гомон десятков людей, старавшихся перекричать громкоговорители.

Лучшего места, чтобы спрятаться от Шуки, не найти. Ему нравились лишь отели, соответствующие его сверкающему «мерседесу».

– Как я и обещала, я сделала вам скидку, – подмигнула мне администратор.

Расплатившись наличными, я получила в подарок бутылку вина и корзинку с фруктами.

Номер ничем не отличался от миллиона других таких же номеров. Покрытая блестящим покрывалом кровать, над которой висела картина, нарисованная, скорее всего, женой, дочерью или внучкой хозяина отеля, шаткая прикроватная тумбочка, выцветший ковер и куча полотенец.

В отеле я провела две кошмарные ночи – матрац был слишком мягким, а подушки, наоборот, слишком жесткими, телефон постоянно звонил, а работники отеля, казалось, специально выбирали время, когда я собиралась вздремнуть, чтобы проверить бар, принести мыло, поменять белье, забрать грязные полотенца. Я решила больше никогда здесь не останавливаться.

* * *

Отдыхать надо дома, говорил Шука. В этом он был прав.

Дом был его крепостью, где не было подслушивающих ушей, подсматривающих глаз, болтливых языков, а главное – сотрудников службы безопасности, которые могли понять, что происходит, и прийти на помощь, как тогда, в Эйлате.

Шука участвовал в каком-то съезде офтальмологов. Мы поехали вместе и заселились в роскошный свит.

После ужина Шуку охватил приступ ревности. Как всегда.

– Что он тебе сказал?

– Кто?

– Бармен. Не строй из себя невинную дурочку. Я видел, как вы болтали.

– Просто он спросил, не добавить ли мне в кампари каплю лимона.

– А почему же ты ему улыбнулась?

– Потому что он сказал, что я…

– Что ты?

– Ничего. – Снова все тот же порочный круг. – Абсолютно ничего. Взяла коктейль и ушла. А улыбнулась потому, что мне было хорошо. Ведь ты здесь, вместе со мной.

– Кончай свои дурацкие игры. Что ты ему пообещала?

– Хватит, Шука, ну пожалуйста.

– Вы договорились встретиться ночью? Когда твой глупый муженек уснет?

– Даже не думали.

– Я спросил его, и он сказал…

– Хватит, Шука!

– Как тебе не стыдно?! – заорал он. – Строить глазки мужчинам в моем присутствии! Я тебе надоел? Нашла себе член подлиннее? Так, да?

Он схватил меня за руку и ударил кулаком в живот.

– Перестань! – закричала я.

– Ты хочешь, чтобы он приласкал тебя здесь? – продолжал он наносить удар за ударом.

– Хватит, Шука, – взмолилась я. – Больно!

– Больно? А так?

Оглушительная затрещина выбила весь воздух из моих легких. Я пыталась ухватиться за стол, кресло, стену, но колени мои подкосились, и я медленно-медленно сползла на каменный пол.

– Хватит, – плакала я. – Пожалуйста, хватит… Шука… Перестань! Нет! – закричала, увидев, что он снова заносит руку для удара.

Зазвонил телефон.

– Не отвечай! – закричал он и пнул меня ногой.

Я ударилась головой об угол кровати, и в глазах у меня потемнело. Я поползла в сторону туалета, а Шука поднял трубку, и до меня донесся пронзительный женский голос.

– Что вы слышали? – произнес он в ответ как ни в чем ни бывало. – Глупости. У нас все в порядке…

Шука положил трубку, но телефон зазвонил вновь. На этот раз говорил мужчина.

– Я же вам сказал, что у нас все в порядке… Что? Вы хотите поговорить с моей женой? Пожалуйста, говорите, – Шука пододвинул ко мне телефон, и я увидела в его глазах чудовище.

– Мадам, я звоню вам из фойе. Ваши соседи сообщили… – я посмотрела на отвернувшегося к окну Шуку. – Они сказали, что слышали крики. Вам нужна помощь?

– Нет, спасибо, – немедленно ответила я.

– Вы не хотите, чтобы мы поднялись?

– Я хочу, чтобы вы перестали совать нос не в свои дела. И прекратите, наконец, звонить, это ведь все-таки пятизвездочный отель!

Извинившись, мужчина положил трубку. Шука, ухмыляясь, возвышался надо мной. Записывал в свой актив еще одну победу.

Закрывшись в ванной, я смыла засохшую в волосах кровь и умылась. Когда я вышла, Шуки в номере не было. Я спрятала в чемодан порванный лифчик, свернулась калачиком на кровати и попыталась уснуть, отключиться.

Проснувшись, я увидела Шуку с букетом розовых лилий в одной руке и бутылкой белого вина в другой. Сплошные извинения и обещания. Ужинали мы в номере, подальше от любопытных глаз, а утром, еще до завтрака, покинули отель.

Это был последний раз, когда мы поехали отдыхать вдвоем.

Неделю спустя Шука попросил подвезти его на работу, так как «мерседес» находился на обслуживании.

– Будешь хорошей девочкой? – спросил он, когда мы выходили.

– Я? Хорошей девочкой? И не подумаю, – ответила я, и в глазах у него промелькнула знакомая молния.

– Отвезешь меня и поедешь прямо домой, верно?

– Разумеется, дорогой мой. Куда же еще?

– А может, ты нашла…

– В моем сердце есть место лишь для одного мужчины, и этот мужчина – ты, – попыталась я его успокоить.

– Поклянись.

– Клянусь, – промолвила я, ощутив в горле вкус желчи.