Кафешка Поттера - v1kker

Тор слушал. Внимательно — он умел слушать, когда хотел, и хотел чаще, чем о нём думали.

— Если Локи придёт, — сказал Тор, — я буду между ним и этим миром. Это мой долг. Но я хочу спасти его, а все остальные хотят его остановить. Это разные вещи.

— Разные, — согласился Гарри. — Иногда «предатель» становится самым храбрым из всех. — Гарри поставил стакан. — Люди — сложнее, чем «враг» и «друг». Локи тоже.

— Ты умный, волшебник, — сказал Тор.

— Я бариста.

— ТЫ УМНЫЙ БАРИСТА!

Гарри выдохнул. Тор снова стал громким — как лампочку включили. Переход от тишины к раскату занял полсекунды.

— Ещё сливочного пива? — спросил Гарри.

— ДА! И пирог! И сэндвич! И ещё один пирог!

— Ты съел два пирога в прошлый раз.

— Я РОСЛЫЙ МУЖЧИНА!

Гарри принёс пирог, сэндвич и ещё пирог. Тор ел с энтузиазмом, который граничил с религиозным экстазом. Между кусками он рассказывал о битвах в Асгарде, о девяти мирах, о Биврёсте, о том, как однажды победил каменного великана голыми руками и потом неделю не мог поднять ложку.

— А ПОТОМ МАТЬ СКАЗАЛА — «Тор, если ты ещё раз сломаешь обеденный стол, я заберу у тебя молот» — И Я СКАЗАЛ — «мама, стол сам сломался!» — И ОНА СКАЗАЛА—

— Тор, — перебил Гарри.

— Да?

— Когда это случится. Когда Локи придёт. Ты справишься?

Тор замолчал. Посмотрел на Гарри. Серьёзно, прямо.

— Я — да, — сказал он. — Но один — может быть, нет. Их будет много. Тех, кого он приведёт. Голодных, злых. Армия.

— У тебя есть команда.

— Команда Фьюри?

— Твоя команда. Стив, Тони, Наташа, Клинт, Брюс. Они сильные. Каждый по-своему.

Тор улыбнулся. Широко, тепло.

— А ты? — спросил он. — Если будет плохо. Если армия придёт в этот город, в этот район, на эту улицу. Ты выйдешь?

Гарри молчал. Долго. Протирал стакан — медленно, по кругу, по тысячный раз за четырнадцать лет.

— Я варю кофе, — сказал он наконец. — Пеку пироги. Это всё, что я делаю.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который у меня есть.

Тор встал. Стул скрипнул, но выстоял. Положил на стойку горсть монет — обычных, долларовых, Брюс научил его пользоваться американскими деньгами.

— Если они придут на твою улицу, — сказал Тор, — я буду здесь. Перед твоей дверью. Обещаю.

— Ты сломаешь дверь.

— Я ТОЛЬКО ЧТО ПРИНЁС НОВУЮ!

— И ты её сломаешь.

— …возможно. Но ГЕРОИЧЕСКИ!

Тор вышел. Колокольчик звякнул. За окном что-то громыхнуло — наверное, Мьёльнир, наверное, крыша, наверное, ещё одна счастливая черепица.

Макгонагалл подняла голову от вязания.

— Мистер Поттер.

— Да, профессор?

— Этот молодой человек. Он говорил об армии.

— Говорил.

— Вы ему верите?

Гарри посмотрел на дверь. Новую, дубовую, которую Тор принёс из Асгарда — обычную, как просили. На трещину в полу от Мьёльнира. На вмятину в стене от стула, сломанного в прошлый визит.

— Да, — сказал он.

Макгонагалл сложила вязание. Аккуратно, ровно, как складывают вещи люди, у которых порядок — форма контроля.

— Тогда я свяжу лишний шарф, — сказала она. — На всякий случай.

Гарри посмотрел на неё.

— Профессор, ваши шарфы—

— Мои шарфы — шарфы, мистер Поттер. Чем ещё они могут быть?

Она улыбнулась. Тонко, одними уголками губ. Гарри знал эту улыбку. Он видел её в Хогвартсе — перед каждой битвой, которую Макгонагалл выигрывала.

Ему стало спокойнее. И тревожнее одновременно.

* * *

— Армия, — сказал Гарри. — Из другого мира.

Хедвиг смотрела.

— Один бы человек сказал: «Не твоя война». И был бы прав. Но он же бы сам ответил: «Если стреляют по твоему дому — стреляй в ответ».

Пауза.

— Я бариста.

Хедвиг ухнула. Скептически.

— Я бариста, — повторил Гарри. Тише.

Примечание к части

Следующая глава уже на бусти!

Ссылка в профиле

Примечание к части

Следующая глава уже на бусти!

Ссылка в профиле

Первым пропал Клинт.

Гарри заметил во вторник. Клинт приходил по вторникам и пятницам, садился за стойку, заказывал американо и пирог, молчал десять минут, потом рассказывал что-нибудь про детей. Это стало ритуалом — таким же точным, как каша по утрам и чай в подстаканнике.

Во вторник стул Клинта остался пустым. Гарри подождал до полудня, пожал плечами. Бывает. Работа, семья, пробки. Люди иногда пропускают.

В среду пропала Наташа.

Она приходила по средам. Латте, столик у окна, книга на русском — Гарри однажды заметил обложку и промолчал, хотя внутри что-то ёкнуло. Наташа читала, пила латте, уходила через час. Иногда они перебрасывались парой фраз. Иногда — молчали. Обоих устраивало.

В среду столик у окна пустовал.

В четверг Брюс не пришёл на кашу. Это было серьёзнее. Брюс приходил каждый четверг. Каждый. Четырнадцать четвергов подряд — с того первого раза, когда заказал гречку и закрыл глаза, и пульс упал до шестидесяти четырёх. Гарри варил кашу заранее, ставил тарелку на его место. Тарелка стояла до вечера, нетронутая.

Тони тоже замолчал. Обычно он писал. Короткие, бессмысленные, прекрасные смс. «Твоя кофемашина нарушает второй закон термодинамики.» «Я нашёл доказательство, что ты колдуешь. Приеду в субботу с оборудованием.» «Пеппер передаёт привет и требует рецепт круассанов, я сказал, что это государственная тайна.»

Телефон молчал четвёртый день.

Стив тоже перестал появляться. Его столик у стены — тот, где он рисовал, где оставил первый рисунок, который теперь висел над кассой — стоял пустым.

Тор тоже пропал. Но он, впрочем, мог пропасть по тысяче причин. Асгард, Биврёст, ледяные великаны, отец, который вечно был чем-то недоволен. Тор исчезал и раньше, и каждый раз возвращался, сияющий, громогласный, с подарком или новой историей. Но в этот раз его отсутствие ложилось в общую картину, и картина Гарри категорически не нравилась.

Шесть человек. Все шестеро. Одновременно.

Гарри стоял за стойкой в пятницу утром и протирал стакан. Кафе было тихое — миссис Дженкинс с обычным кофе, Карлос с вечной курсовой. Макгонагалл в своём углу. Больше — никого.

— Профессор, — сказал Гарри.

Макгонагалл подняла голову от вязания.

— Мистер Поттер.

— Они все исчезли. Разом.

— Я заметила. Тихая неделя.

— Слишком тихая.

Макгонагалл посмотрела на него поверх очков. Спицы замерли.

— Вы беспокоитесь, — сказала она. Утверждение, а не вопрос.

— Фьюри собирал команду. Он говорил об угрозах, о проекте, об Инициативе. Все отмахивались. Я отмахивался. А теперь они все пропали в один момент. Значит, угроза — настоящая. И достаточно большая, чтобы Фьюри активировал всех.

— Включая лучника, который по вторникам ест ваш пирог.

— Включая лучника.