Демон - Михаил Алексеевич Ланцов

— И вам не хворать, — усмехнулась старшая. Хмыкнула. Щелкнула пальцами, и Максима отпустило.

— Прекрасные дамы, как вы оказались в этом проклятом месте? — после минутного разглядывания друг друга нарушил тишину Максим.

— Проклятом? — с интересом переспросила старшая. — Почему вы так считаете?

— Грязь. Вонь. Убожество. Отсталость. И фанатики. Такое чувство, что все пороки мира собрались в этом месте на симпозиум.

— А как же разврат? — лукаво улыбнувшись, спросила младшая.

— Его сюда не пустили по причине излишнего чистоплюйства. Какой же может быть разврат в грязи? — искренне пожал плечами Максим и сразу постарался переключить разговор на другую, менее неловкую тему. — Это вас преследовали там, на тропинке?

— Да, — кивнула младшая.

— Хм… так чего же «мамонты» бубнили о том, что я не должен был вас увидеть?

— «Мамонты»? — хохотнула старшая. — Они правы. Когда начинается преследование, применяется плетение для отвода глаз, дабы аборигены не мешали им бесчинствовать. Моя дочь была вынуждена вас использовать, чтобы спастись, приоткрыв установленную ими завесу.

— Хм… — Максим спокойно, но очень внимательно посмотрел в глаза старшей. — Вы и правда демоны?

— Правда, — с достоинством и гордостью произнесла старшая.

— А… — слово застряло в горле у Максима. Он сглотнул и задумался на несколько секунд. — Ничего не понимаю.

— И не нужно.

— А эти, — он кивнул на трупы, — кто они?

— Орден Света, — пожала плечами демонесса. — Фанатики, которые считают, что если нас всех истребить, то мир от этого станет лучше. Иногда они захватывают отдельные обитаемые миры и запечатывают их. А учитывая, что они борются исключительно за торжество духа, то материальное развитие таких миров очень примитивно. Все-таки наша тяга к комфорту и красоте очень сильно стимулирует все, что нас окружает в плане материального развития. Им же это все не нужно и даже более того — отвратительно.

— Дивные ребята, — покачал головой Максим. — Видимо, они не в курсе, что здоровый дух может быть только в здоровом теле. Это все взаимосвязано. Убогая, неразвитая цивилизация способна порождать только такие же убогие мысли и как следствие слабый, примитивный, а зачастую и извращенный дух.

— С такими взглядами неудивительно, что вы бросались с ножом на этих деятелей, — улыбнулась старшая демонесса.

— Я помог вашей дочери спастись, вы помогли мне, — кивнул Максим на убитых. — Я правильно понял ваше появление? — уже совсем спокойно произнес парень, твердо смотря в глаза дамам.

— Отчасти, — улыбнулась старшая. — Я не смогла бы вас спасти, если бы вы не бросили скамейку вон туда, — она кивнула на мерцающий узор внизу под балконом. — Из-за нее буквально на несколько мгновений было нарушено плетение печати, но нам хватило и этого. Грубо говоря вы открыли для нас целый мир, который держали в искусственной изоляции от демонов эти примитивные существа.

— И что из этого следует? — настороженно спросил Максим.

— Из этого следует награда, — важно и с достоинством произнесла дама.

— Меня оставят в живых? — попытался ерничать парень.

— Не глупи, — чуть нахмурилась дама. — Все очень серьезно.

— Тогда я хотел бы вернуться домой вместе со своей одеждой и всем прочим имуществом, которое эти гады у меня отобрали.

— Это невозможно, — покачала головой старшая. — Слишком маленькая цена. Да и нужно ли вам домой? Подумайте. Вы пять лет назад взбунтовались из-за излишней опеки родителей. Ушли на вольные хлеба, пытаясь им доказать, что и сами способны на многое без денег и связей отца. И что? Получилось? Или вы думаете, что на работу вы устроились без протекции? Все вас там так любят и уважают за красивые глазки? — Максим нахмурился. — Вы как были под его колпаком, так и остались. Или вы не знаете, что Иван Петрович обязан вашему отцу жизнью? Не знали? Ну что же, это неудивительно. И вы все-таки хотите обратно? Под крылышко?

— Нет, — покачал головой парень. — Меня достала их опека. Но…

— Вот. А вернетесь — все встанет на свои места. Впрочем, отца тоже можно понять. Он хочет воспитать наследника для всего, что нажил непосильным трудом. А тот брыкается, как маленький ребенок, и пытается показать свои зубки.

— Я хочу сам выковать свою судьбу! — чуть ли не прорычал задетый за старую рану Максим. — Под трепетным руководством отца я никогда не стану самостоятельным. А потом он умрет. И чего я буду стоить без его связей и влияния? Так, — Максим пренебрежительно махнул рукой. — Шлак. Мусор в дорогой обертке. А он этого не понимает.

— Вот видите, — улыбнулась демонесса.

— Что конкретно я могу просить? — хмуро спросил Максим после минуты раздумий.

— Пожалуй, стоит прояснить ситуацию, — вздохнув, произнесла старшая демонесса. — Эти печати устроены так, что, если их не разрушить, прохода все равно не будет. И этот мир станет нашей тюрьмой до тех пор, пока мы не уничтожим хотя бы одну. Для этого требуется, чтобы… обычный смертный принял от нас плату за вход. Причем в этом качестве может выступать только то, что будет по-настоящему жизненно важным для него и строго положительным, а не смена места проживания. Так что возвращение домой печать не примет. Этого мало. Особенно учитывая твою ситуацию. Ты ведь и сам этого не хочешь. Просто привык и стремишься вернуться в пусть и неприятное, но привычное русло.

— Почему вы предлагаете плату мне?

— Плата сильно зависит от массы обстоятельств. Если этот смертный был возле Большой печати в момент нашего появления — плата немного уменьшается. Если он сам повредил, хотя бы на мгновение, печать или ее дестабилизировал — это тоже снижает цену. Грубо говоря нам намного более выгодно заплатить тебе, чем кому бы то ни было еще в этом мире.

— Сильно?

— Ближайшему низ… простому смертному нам придется дать как минимум вдвое больше, по сравнению с тобой.

— Зачем вообще кому-то платить? Разве разбить печать вы не можете? — задумчиво почесал затылок Максим.

— Можем. Но это потребует значительно больших затрат сил и времени. На пару порядков. Кроме того, если мы приступим к разрушению печати, то все клирики и паладины ордена Света в этом мире ринутся сюда. Они такие вещи хорошо чувствуют.

— Удивительно… — покачал головой землянин, рассматривая светящийся узор на полу. — Вы не могли бы, не в качестве платы, а для удовлетворения любопытства, пояснить, кто же все-таки демоны? А то у меня ум за разум заходит от попытки понять, — после пары минут размышлений спросил Максим.

— Что конкретно вас интересует?

— Я бы сказал, что все, хотя это звучит абсурдно. Но меня можно понять. Согласитесь,