Полковник не умеет любить - Юлия Рудакова

— Тогда вы решили исправить их сами?

— Да, именно так я и решила.

— Но почему? Она удивилась вопросу.

— Потому что документ все равно должен быть подготовлен правильно. Он закрыл папку.

— Даже если ошибка была не ваша?

— Особенно если была не моя.

Воронов ничего не ответил, только коротко кивнул и ушел в кабинет. Екатерина проводила его взглядом. Странный человек, иногда казалось, что он вообще не умеет разговаривать по-человечески. Рабочий день закончился почти в восемь вечера, коридоры постепенно пустели, сотрудники расходились по домам. Екатерина выключила компьютер, собрала сумку, уже собиралась уходить, когда дверь кабинета открылась.

Утро понедельника началось непривычно спокойно. Екатерина приехала к зданию Министерства обороны за сорок минут до начала рабочего дня. На улице стояла прохладная августовская погода. Москва уже проснулась. Машины медленно заполняли проспекты, а возле проходной привычно собирались сотрудники. Она вошла в здание, поздоровалась с дежурным и поднялась на восьмой этаж. Приемная встретила тишиной. Екатерина включила свет, поставила сумку на кресло и остановилась посреди кабинета.

Так больше продолжаться не могло. Последние две недели она жила в постоянной гонке. Документы лежали стопками. Телефон звонил без остановки. Посетители приходили без записи. Заместители постоянно что-то уточняли. Сам Воронов в любую минуту мог изменить расписание.

Проблема была не в количестве работы, а проблема была в хаосе. Она сняла пиджак, закатала рукава блузки и открыла шкаф. Через полчаса приемную было не узнать. Со стола исчезли лишние папки. Каждый документ получил свою цветную папку. Срочные - красную. На подпись - синюю. На ознакомление - серую. Архив - зеленую. Отдельно она подготовила ежедневный план для начальника. Отдельно - журнал поручений. Возле телефона появился блокнот, куда теперь заносились все звонки. На стене повесила большую магнитную доску. Встречи, совещания, командировки все стало видно с первого взгляда. Екатерина отошла на несколько шагов. Стало легче даже дышать, именно так она привыкла работать. Когда все находится на своем месте. Воронов появился ровно в восемь, как и всегда,

Он открыл дверь приемной и сразу остановился. Взгляд медленно скользнул по кабинету. Стол выглядел непривычно пустым. На подоконнике больше не стояли случайные папки. Даже журналы регистрации были разложены по размеру. Он перевел взгляд на Екатерину. Она как раз заполняла ежедневный график.

— Доброе утро, Екатерина.

— Доброе утро, Александр Сергеевич. Полковник еще раз осмотрел приемную.

— У нас перестановка?

— Нет, просто немного изменила систему хранения документов.

— Зачем? Она ожидала именно этого вопроса.

— Чтобы вы не тратили время на поиски документов. Он подошел к столу, и Екатерина протянула тонкую папку.

— План на сегодняшний день. Воронов открыл ее. На первой странице находилось расписание. На второй - список документов. На третьей - краткие сведения по каждому посетителю. Он перелистнул еще несколько страниц, а потом спокойно спросил:

— Это вы подготовили?

— Да.

— Когда все успели?

— Сегодня утром.

— Во сколько вы приехали?

— Без двадцати восемь. Он ничего не ответил. Закрыл папку и ушел в кабинет. Екатерина тихо выдохнула. Она так и не научилась понимать его реакцию. Иногда молчание Воронова пугало сильнее любых замечаний. До обеда полковник вызывал ее всего три раза. И каждый разговор занимал меньше минуты.

— Следующий посетитель через пять минут.

— Понял.

— Финансовый отчет готов?

— Да, уже у вас на столе. Он посмотрел, документ действительно лежал сверху. Даже открывать шкаф не пришлось.

— Где материалы по совещанию?

Екатерина молча протянула нужную папку, не спрашивая, какую именно. Он заметил это, ничего не сказал, но взгляд стал внимательнее. К середине дня Воронов поймал себя на странной мысли. За последние несколько часов он ни разу не искал документы. Все необходимое оказывалось рядом раньше, чем он успевал попросить. Сначала он решил, что это случайность, а потом проверил.

— Екатерина Андреевна. Она появилась почти сразу.

— Да?

— Мне нужно, личное дело подполковника Савельева. Ни секунды раздумий, она подошла к шкафу и достала нужную папку, положив перед ним.

— Пожалуйста, вот необходимые документы. Он посмотрел на часы, прошло меньше десяти секунд. Полковник открыл папку и неожиданно понял, что впервые за долгое время не испытывает раздражения.

После обеда в приемной появился Орлов. Он остановился возле стойки, осмотрелся, а потом удивленно присвистнул.

— Катя... Она подняла голову.

— Что?

— Это точно наша приемная? Она рассмеялась.

— Надеюсь, что наша.

— Честно говоря, я сначала решил, что этажом ошибся. Она покачала головой.

— Просто навела порядок в документах. Орлов провел рукой по идеально ровной стопке документов.

— Знаешь...

— Что?

— Даже дышать легче стало.

— Вот и Александр Сергеевич так должен подумать.

— Уже подумал. Она удивленно посмотрела на него.

— С чего ты взял?

— Потому что сегодня он никого не вызвал второй раз из-за потерянной бумаги. Для него это почти подвиг. Екатерина тихо усмехнулась.

— Не преувеличивай.

— Нет, я серьезно. Майор понизил голос.

— Он вообще стал спокойнее. Она хотела ответить, но дверь кабинета открылась.

— Максим. Орлов мгновенно выпрямился.

— Да, Александр Сергеевич?

— Доклад через десять минут.

— Так точно. Когда полковник снова скрылся за дверью, майор тихо прошептал:

— Вот видишь? Даже голос спокойнее стал.

К вечеру поток посетителей закончился. В приемной впервые за день стало тихо. Екатерина сортировала документы. Из кабинета вышел Воронов. Он остановился возле ее стола, несколько секунд молчал. Она подняла голову и спросила его.

— Что-то случилось?

— Нет.

Полковник посмотрел на магнитную доску, на аккуратно подписанные папки, на ежедневный план, а потом спросил:

— Это ваша инициатива?

— Да.

— Почему раньше так не работали? Она улыбнулась уголками губ.

— Потому что раньше никто не требовал такого темпа. Он кивнул. Ответ показался логичным.

— Это очень удобно. Екатерина не сразу поняла, возможно она ослышалась.

— Простите?

— Эта ваша новая система. Он слегка коснулся рукой стопки документов.

— Это очень удобно. Она впервые услышала от него не замечание, не приказ, не вопрос, а обычную человеческую оценку.

— Спасибо. Полковник уже собирался уйти, но вдруг остановился.

Улыбка Воронова оказалась такой же редкой, как солнечный день поздней осенью. На следующее утро он снова стал прежним: спокойным, сдержанным, требовательным. Если бы Екатерина не видела этого своими глазами, решила бы, что