Врачебная тайна 3 - Дия Семина

— Пришли-с! Её келья перегорожена решёткой, между этой и следующей дверью тамбур для охранников, чуть более сажени, не подходите к решётке и не пострадаете. Эту дверь я запирать не буду. Подожду вас вон там, закончите допрос, крикните меня.

— Хорошо!

Первая дверь носит скорее символический характер, потому всего один ключ и один замок. Аракчеев взял свечу и вошёл.

— А! Граф! Долго я тебя ждала, решился-таки…

Из полумрака небольшой кельи послышался старушечий голос. Магия покинула Юлию, а вместе с ней и красота. На свет от масляной лампады вышла уродливая ведьма, даже страшнее, чем их принято изображать на иллюстрациях. Настоящая Баба-Яга и та, симпатичнее…

— Эк вас, голубушка, переиначило!

— Твоих рук дело, — проскрипела ведьма.

— Не валите с больной головы на здоровую — вы сама созидательница своей судьбы. Такой финал легко было себе представить.

— Я и представила. Думаешь, эти стены меня задержат? Нет, я сделаю то же самое, что сделала твоя фаворитка Настя, смогу переродиться в новом теле. Например, твоей племянницы…

— Моя племянница тебя разжуёт и выплюнет. Ты даже не представляешь, на что замахнулась…

Аракчеев вдруг ухмыльнулся: здесь и мистиком быть не нужно, чтобы понять, насколько Ирочка превосходит Юлию в силе.

— А её дочь? Твоя внучатая племянница? Ирэн вырастет, превратиться в роскошную красавицу, в неё влюбится сам царь, и я займу тело маленькой царевны. Да, до этого ещё долго, но я умею ждать…

Аракчеев вздрогнул.

Вот оно, то самое зерно сомнения, самая опасная гадость, какую Юлия пытается посеять в его душе, и потом он сам не заметит, как станет деспотом по отношению к маленькой Ирочке.

— Спасибо, что предупредила. Перерождение — дело не самое простое, магии недостаточно. Нужна любовь, а у тебя её нет…

Старуха хмыкнула, подошла вплотную к решётке и заговорила тише, но увереннее.

— Разве? Мой сын силён как бог. Он забрал всё, что у меня есть, и я с радостью ему отдала эти силы, чтобы они не сгнили здесь с этим дряхлым телом. Пожалуй, я открою тебе истину: не слабак Пётр, станет царевичем, а мой сын — Павел! И он станет суженным твоей племянницы. Так что о любви я тоже позаботилась, не любви, но страсти. Линии судьбы уже предначертаны…

— Но Юсупов старший увёз твоего сына за границу, больше двух недель назад. И они спрятались от наших ищеек. И твоё досье увезли. Именно по этой причине, я пришёл к тебе, Юлия. Ты ведь знаешь, где они? Сын царя, бастард Павел, должен вернуться на родину…

— Он ничего вам не должен. И я понятия не имею, куда его увёз Юрий. Они должны были и меня забрать. Но так даже лучше. Я ничего тебе не скажу, потому что не знаю. Судьба управит всё, и даже не думай сопротивляться…

Внезапно Аракчеев почувствовал, как к нему тянется невидимая, мистическая сущность от старухи, как сорняк, ещё немного и заражение произойдёт.

— Не пытайся, Юлия, я найду способ, как обезопасить свою семью. И вряд ли есть хоть один шанс, что моя племянница встретится с бастардом, — проговорил, и в этот момент вышел, чтобы не позволить пакости от ведьмы перекинуться на себя.

— Неисповедимы пути всевышнего, и ты это знаешь. Твоя племянница Ирэн — вот кого тебе нужно опасаться! — прохрипела ведьма и рассмеялась так, что показалось, ледяные иглы вонзились в его спину, тело начало скручивать судорогой, и тусклый свет погас в узком коридоре.

— Закрывайте её, завтра привезут приказ, ведьму больше не кормить, она должна умереть как можно скорее, это место её не сдерживает…

— Да, Ваше Сиятельство. Будет приказ, не будет еды. Слышала? Еды тебе больше не будет! — охранник крикнул громче, и противный скрипучий смех затих.

— Поспешим, мне нужно очиститься от её слов…

— Наш настоятель Панкратов вас очистит, не извольте беспокоиться, он силён, и опытный, не беспокойтесь, домой вернётесь аки стекло прозрачное! — охранник неспешно повёл посетителя наверх, монотонно, привычно открывая и закрывая двери, для него это такая же обычная работа, как содержать свинарник. Последняя, самая тяжёлая дверь звякнула засовом и распахнулась.

— Милостивый государь, будьте любезны, пройдите в корпус сами, я тута покараулю двери открытыми, надо немного проветрить подвалы-то, хоть и нечисть, а дышать-то им чем-то надо.

На улице свежий ветер освежил, наполнил лёгкие графа воздухом, и страхи начали отступать, неспешно слушая шелестящий звук мелкого гравия под ногами, отошёл от входа, остановился, обернулся и, не заметив за собой никакого опасного «хвоста», подвёл итог непростой встрече.

— Ну что же, по крайней мере, я знаю твои самые сокровенные планы, Юлия…

Ранним утром Даниил уехал в тюрьму на допрос Юлии Юсуповой, и это гораздо опаснее, чем войти в комнату, кишащую ядовитыми змеями. И только поздно вечером к дому подъехала карета, и наконец, та самая, какую я с нетерпением жду с обеда. Волнение, тревога захлестнули в тот момент, когда он «пропал с радаров».

Я перестала его чувствовать примерно часа в два по полудню. Наша связь вдруг разорвалась, словно отрезало. И я ума не приложу, с чем это связано, просто ли так воздействует аномальная зона или с ним что-то случилось?

А каким он вернётся?

Ни единой мысли, и нет возможности предвидеть, он так и остаётся от меня полностью закрытым. Наблюдаю из окна, как карета развернулась и остановилась у парадного и из неё вышел Даниил Романович, так хотелось выбежать ему навстречу, обнять и посмотреть в глаза, без слов понять, как всё прошло и нет ли каких-то ужасных последствий.

Не потерял ли он свою силу?

Но я не смею.

Чуть позже, когда он смоет с себя «грязь» подземелий, переоденется в домашнее и прикажет подать ужин, мы встретимся в столовой, и начнётся простой разговор о жизни, о делах, я расскажу об отъезде Лилии, про её тревоги, а он, если сможет, расскажет мне о допросе. Ведь Юлия опасна не только для царской семьи, но и для меня. Увы, я теперь какое-то время должна ходить и оглядываться, она вполне могла оставить после себя приказ уничтожить меня просто, чтобы отомстить Аракчееву и царицу лишить помощи.

Я задумалась, и на мгновение выпала из реальности, а Даниил уже вошёл в дом.

Нетерпение подхлестнуло