Не драконьте лекарку - Маргарита Блинова
— Я ничего не понимаю в женщинах, — с грустным вздохом констатировал Балтимор, пожелал спокойной ночи и ушел в темноту и метель, вероятно, думать о вечном.
Мы же с Язвентием принялись обустраиваться на новом месте.
Переставили мебель, как удобно. Свернули и вынесли ковер (уж больно пыльный). Разобрали вещи и застелили кровать, после чего ветерок умчался гулять по общежитию, а я широко зевнула, накрылась одеялом и провалилась в сон.
Вопреки расхожему «сплю на новом месте, приснись жених невесте», снилась мне исключительно какая-то чушь. Что я снова в долине, которую уничтожили драконы семь лет назад. Что стою перед столом с экзаменационными билетами и вытягиваю тринадцатый (хотя какие экзамены, я сто лет как все сдала и отучилась), а в приемной комиссии сидит господин Грант. Радостный такой, едва ли не руки потирает от удовольствия лицезреть мой провал.
«Читайте первый вопрос, госпожа Браун», — требует хвостатый.
«Как произвести на мужчину неизгладимое впечатление, если он дракон», — слабым от шока голосом шепчу я и, слава всем ветрам, просыпаюсь.
— Ну и бред порой приснится, — ворчу, переворачиваюсь на другой бок и засыпаю под вой метели.
Я еще просто не знаю, что утро следующего дня начнется с сюрприза…
Глава 4
— Держи, это тебе. Подарок… — заговорщическим тоном сообщила комендант утром, забирая у меня ключ от комнаты и протягивая коробку. Еще и глянула до того многообещающе, что в душу невольно закрались сомнения.
Знакомых в Нортмонде у меня дракон наплакал, да и что-то не припомню среди них желающих воспылать ко мне хотя бы дружескими чувствами, молчу про томно-вздыхательные и подаркодарительные.
Заранее чуя подвох, я забрала коробку, приподняла крышку и заглянула внутрь. Рассчитывала увидеть как минимум черную метку или грозный портрет господина Гранта, чиркающего по горлу большим пальцем, поэтому знатно удивилась, обнаружив внутри теплые варежки.
Варежки были не простые, с голубой снежинкой на белом фоне, а еще специальной резинкой, которая продевалась через рукава. Мне такие мама в детстве пришивала, чтобы я вернулась домой без потерь. Но и на этом неожиданности не заканчивались.
К рукавицам прилагалась пара тонких перчаток с тремя обрезанными пальцами. При желании можно было стянуть варежки, оставить их болтаться на резинках или заправить под рукав куртки, сделать что-то, что требует мелкой моторики, и тем самым сберечь руки от обморожения.
В общем, чудо, а не подарок! Самое оно.
— А… кто? — вопросительно глянула я на коменданта, пряча варежки в сумочку.
— Так Балтимор, — усмехнулась тетка, делая хлюпающий глоток из кружки с кофе. — Примчался ни свет ни заря. Тебе — коробку, мне — шоколадку. Говорит: «Не обижайте нашего лекаря», а я: «Такую обидишь!»
Впечатленная неожиданной заботой офицера, я распрощалась с начальницей общежития и побежала на работу.
Настроение было чудесное. Планы нуждались в корректировки, но тоже были на высоте. Самооценка мурлыкала от счастья.
Но недолго.
Стоило мне выскочить на крыльцо и начать торопливый спуск, как на середине лестницы возник господин Грант собственной незабываемой персоной.
Мужчина явно спешил по своим очень важным делам. Смотреть по сторонам считал выше своего достоинства, поэтому не сразу понял, кто посмел загородить ему проход в общежитие. Зато потом поднял глаза, узрел всю такую довольную меня и ка-а-ак понял!
— Вот так сюрприз, господин Грант… — мрачно усмехнулась я, делая шаг в сторону, чтобы пропустить дракона.
Сегодня на нем была все та же памятная дубленка, естественно расстегнутая на все пуговицы, потому что такие злые и брутальные личности ангины не боятся.
— Рад вас видеть, госпожа негарпия.
В руках Грант держал стаканчик с кофе, который, сволочь такая, пах как настоящая амброзия.
— Не могу сказать того же, господин дракон, — сглатывая завистливую слюну, ответила я.
— Тогда сделайте, как я, — дракон встал со мной на одну ступеньку, вновь сделавшись сокрушительно огромным, и доверительно закончил: — Соврите.
Кипя от негодования, я проводила широкую мужскую спину сердитым взглядом. Боковым зрением заметила какое-то копошение и в последний момент шикнула:
— Язвентий, нет!
Пока мы с господином Грантом болтали, точнее, обменивались любезностями, ветерок слепил солидных размеров снежок и готовился пальнуть в самовлюбленного чешуйчатого. Мое «нет» не вызвало в нем восторга. Яз выпустил снежок и возмущенно закрутился на месте, умоляя отпустить его всего на секундочку. Зачем? Так он кое-что забыл в общежитии. Забыл сунуть пригоршню снега за шиворот этому гаду!
— Вот еще, — сказала я, решительно подбирая снежок и запуская его в ствол ближайшего дерева. — На этого дракона даже снег жалко переводить.
Яз немного подумал и таки решил, что да. Господин Грант обойдется. Смысл тратить на него нервные клетки, если те не восстанавливаются?
Решив отомстить, но чуточку позже, я огляделась по сторонам и заторопилась к больнице.
Расчистить дорожки после вчерашней метели еще никто не успел, поэтому приходилось протаптывать их самостоятельно. Ветерок помогал, как мог, но сдуть с дороги столько снега даже ему было неподвластно.
Чертыхаясь и поминутно вспоминая родню господина Гранта (исключительно в неприличном контексте), я с горем пополам добралась до места работы.
При свете дня двухэтажное здание унылого желтого цвета не вызывало восторга и явно знавало лучшие времена. Его не строили под нужды больницы, о чем настойчиво кляузничали мраморные колонны и голенькие девицы на барельефе. А еще не ремонтировали сами-боги-не-в-курсе какое количество времени, о чем вопиял кусок отвалившейся с фасада штукатурки.
— Интересный городок… — задумчиво обронила я, разглядывая глубокие царапины от чьих-то когтей, оставленные на входной двери, и наконец входя внутрь.
Хвала всем ветрам, в этот раз обошлось без суровой уборщицы со шваброй. Вместо нее в просторном холле сидел за столом сонный зверолюд в белом халате. Перед ним на столе стояла кружка с кофе и одиноко грустила надкушенная шоколадка.
Зверолюд был из