Провинциальный остеопат. Том 4 - Артем Сластин

— Ого, — тихо протянула Аня, когда мы вошли внутрь. — А твой друг умеет праздновать.

— Я же говорил тебе, денег у него больше, чем здравого смысла.

Музыка ударила по ушам практически сразу. Где-то в глубине зала долбил бас, вокруг мелькали вспышки света, а огромный танцпол был забит людьми. Девушки в коротких платьях, мужчины в рубашках, да официанты, которые каким-то чудом умудрялись лавировать между всеми и разносить напитки.

Илью мы заметили возле отдельной зоны с диванами.

Он уже выглядел заметно веселее, чем обычно. Рубашка расстёгнута на две верхние пуговицы, в руке стакан, а вокруг человек шесть. В основном, лица, которые видел, когда приезжал к нему в клинику.

— О! — Мельников поднял руку со стаканом, едва заметив нас. — Ну наконец-то! Я уже думал, ты решил меня продинамить!

— Я же подарок уже купил, значит, поздно.

Я протянул ему коробку, в которой лежала книга.

— С днём рождения, Илюх.

— Спасибо, физрук, — ответил он.

Илья тут же сорвал упаковку, увидел атлас на несколько секунд даже перестал улыбаться.

— Ни хрена себе… Ты где его нашёл?

— В таком месте, где продают книги, — прокричал в ответ, ибо иначе он бы меня не услышал.

Судя по выражению его лица, с подарком я действительно угадал.

— Спасибо, братан, — произнёс Мельников, протягивая мне руку.

Я пожал ему в ответ, а сам именинник положил книгу на диван и перевёл взгляд на Аню.

— Ладно, а теперь самое важное. Где та самая легендарная Аня, из-за которой ты бросил меня и Иезуита?

Я шагнул в сторону, позволяя ей выйти вперёд.

— Аня, это Илья… Илья, это моя Аня.

Она улыбнулась и протянула руку.

— Очень приятно наконец познакомиться.

Илья пожал её ладонь и улыбнулся.

— О, нет, это должен был сказать я. Присаживайтесь. Оба! Кстати, поздравляю с защитой! Приятно находиться в компании образованных людей.

Представления слились в одну длинную цепочку. Меня и Аню по очереди знакомили со всеми гостями Мельникова, попутно перечисляя не только их имена, но и сферы деятельности. Правда, имена одной девушки и врача утонули в музыке раньше, чем я успел их запомнить, а переспрашивать не стал. В общем, компания собралась приличная, так что, если кому-нибудь внезапно станет плохо, его точно успеют спасти.

Я только успел протянуть Ане бокал шампанского, как сзади раздался знакомый женский голос:

— Лёша?

Мы оба обернулись. Каково же было мое удивление, когда передо мной в светлом обтягивающем платье появилась Соболева. Да, та самая Лена Соболева из Бауманки. Вот уж кого я здесь точно не ожидал встретить. Светлые распущенные волосы, короткое платье, каблуки, макияж. Рядом стояли ещё две девушки примерно её возраста.

— Лена? — удивился я не меньше Соболевой.

— Вот кого-кого, а тебя я точно не ожидала здесь встретить!

Она тут же шагнула ко мне и обняла, а затем заметила Аню.

— Аня! — прокричала Лена с фальшивыми нотками радости.

— Привет, — сдержанно ответила Воронцова, едва заметно скривив в недовольстве лицо.

— Вы вместе пришли? — спросила Соболева.

— У друга Лёши день рождения, — ответила она, кивая на столик.

Лена с интересом посмотрела на компанию, дружно гуляющую за столом, и кивнула.

— А мы просто так пришли. Выбраться, потанцевать, тренер на праздники дал выходные.

Вдруг музыка сменилась на что-то ещё более громкое, и Соболева вдруг резко схватила Аню за руку.

— Пошли танцевать! — прокричала она.

Аня только и успела вручить мне сумочку и буквально утонула в бесконечной волне людей на танцполе. Я проводил их взглядом, а потом заметил Илью, точнее то, как он на них смотрел.

— Неплохо физруки устраиваются, — хмыкнул он, протягивая мне стакан.

— Даже не начинай.

Мы вместе выпили и уселись на диванчики.

— Ну что, — Илья поднял свой стакан. — За ещё одно вращение планеты вокруг солнца.

— За него самого, — ответил я, и мы снова выпили.

За столом шла бурная дискуссия, если так можно было выразиться. Людям приходилось наклоняться, чтобы поговорить, и даже в таком случае приходилось кричать. Я на мгновение откинулся на спинку диванчика и закрыл глаза. Короткая передышка перед возвращением в реальный мир была мне необходима, и стоит признать, Илья знал, как выпускать пар.

Глаза открыл в момент, когда трек сменился на следующий, и с танцпола раздался совокупный женский визг. Найти там Аню оказалось несложно.

Изумрудное платье выделялось среди мелькающих фигур, да и Воронцова явно решила сегодня оторваться. Она танцевала напротив Лены, периодически поднимая руки и двигаясь в ритм музыки. Соболева ничуть ей не уступала. Светлое короткое платье подчёркивало спортивную фигуру настолько хорошо, что вокруг девушек постепенно образовалось свободное пространство из парней. Они вроде бы и танцевали сами по себе, но почему-то постоянно смотрели в одну сторону и постепенно приближались.

— Всё нормально? — нагнулся спросить Илья.

Я быстро переключился обратно.

— Да, всё отлично, — ответил и задумчиво посмотрела куда-то вдаль.

— Что-то не похоже… — продолжал настаивать Мельников. — Я тебя уже достаточно хорошо знаю, чтобы заметить, когда ты о чём-то размышляешь. Если ты переживаешь за то, что к Ане будут приставать… Братан, не надо было позволять ей надевать такое короткое платье.

Я махнул рукой.

— И с крупнее быками справлялся, да и Аня не такая, сама может позаботиться о себе.

— Тогда действительно что-то случилось, рассказывай.

— Ты когда-нибудь работал с микродискэктомиией при секвестрированной грыже L5-S1?

Взгляд Мельникова резко изменился.

— Было дело, а что случилось? — он коротко осмотрел меня с ног до головы. — Ты вроде пока не крючишься.

Чёрт… Ну и выбрал же я время для разговора на тему отца. Мало того, что у человека день рождения, так ещё и лезу с работой. Надо было упомянуть это вчера в офисе или уже через пару дней.

— Хотя, знаешь… Забей, — я махнул рукой и вернулся к виски.

— Не, не… — запротестовал Илья.

В этот момент официант принёс невесть откуда взявшиеся рюмки с тёмной жидкостью. Мельников улыбнулся, схватил пластиковую трубочку, а когда содержимое напитка внезапно вспыхнуло, высосал его до дна.

— Это что ещё за пойло такое? — повторив за ним и хватая воздух ртом, прохрипел я.

— Это чтобы ты согрелся