Провинциальный остеопат. Том 4 - Артем Сластин

— Свой бизнес? — внезапно оживилась Ирина Павловна, делая глоток вина. — Аня нам об этом не рассказывала.

— Ну, пока что массажный кабинет. Я не сказал бы, что прям сильный и устойчивый бизнес.

— Не принижай себя, Лёш, — вмешалась уже Аня. — Сколько за месяц через твои руки прошло людей? Не хочешь рассказать о своём первом случае?

— Неужели массаж у нас настолько популярен? — улыбнулась Ирина Павловна. — Видимо, у Лёши руки действительно золотые.

Я отложил вилку в сторону.

— Ну, тут не совсем моя заслуга. Над некоторыми случаями я работал вместе с одним нейрохирургом. Точнее, выступал в качестве консультанта.

— Консультант у нейрохирурга? — всё продолжала удивляться женщина.

— Ну не знаю. Массаж? — скептически произнёс Сергей Витальевич, подцепляя кончиком вилки кусок колбасы.

— А что в этом такого? — вмешалась его жена. — Занятия вполне достойное, так что перестань так морщиться. Он, между прочим, взял и оплатил твоей дочке жильё, хоть об этом она нам только сегодня и сказала.

Аня немного смутилась.

— Я сама об этом только вчера узнала.

На это возразить Воронцову-старшему было нечего.

— Но ты же не планируешь заниматься этим всю жизнь? — продолжал спрашивать он.

А вот это уже хороший вопрос, который заинтересовал всех, включая Аню. Пока что для окружающих я действительно только делал массаж и лечил затёкшие мышцы, а после переобучения… А что будет после переобучения?

— Спорт, — коротко ответил я. — Как только закончу курсы и получу корочку инструктора-методиста по ЛФК, хочу попробовать заняться проблемами спортсменов. Проводить реабилитацию, помогать с восстановлением и в целом заниматься по профилю. Лечебная физкультура, биохимия и спортивная реабилитация.

— Это как врач? — спросила женщина.

— Медицинского образования у меня нет, поэтому назначать план лечения сам иметь права не буду, а вот заниматься физиотерапией — да. В целом, на этом не планирую останавливаться, — подумал я, вспоминая слова Ани о собственном центре. — Со временем планирую открыть восстановительный центр, где буду работать не только я, и, может, кто знает, заниматься сборной страны.

В комнате повисла тишина. От заявленного отвисла челюсть даже у меня. Я на секунду задумался, а не слишком ли много взял на себя, но вовремя поймал на мысли, что, собственно, так и надо. Нужно ставить перед собой исполинские цели и разбивать их на маленькие шаги. Тем более, кому, если не мне? В отличие от любого другого, у меня есть козырь. Наличие Системы. Тем более теперь, когда у меня есть собственное жильё и офис, от того трясущегося в коленках физрука из Бауманки осталось мало. Я всё ещё периодически вспоминаю университет и знаю, что наши пути ещё пересекутся, но пора двигаться вперёд.

Ирина Павловна, судя по тому, как поджала нижнюю губу и вздёрнула брови, была впечатлена, а Аня смотрела на меня и одобрительно кивала. Единственный человек, который ничего не сказал, — это был собственно хозяин семейства. Он так и продолжал сидеть и без единой эмоции на лице смотрел на меня.

Я уж подумал, что он не поверил в чистоту моих амбиций, но затем мужчина взял початую бутылку коньяка, налил нам двоим выпить и протянул мне бокал.

— Ну что, Алексей, тогда пожелаем тебе и моей дочери удачи. Выпьем!

Илья появился у меня в кабинете без предупреждения, как обычно и делал всё в своей жизни. Дверь распахнулась, внутрь просунулась знакомая голова, а уже через секунду Мельников целиком стоял посреди комнаты в спортивной дутой куртке и смотрел по сторонам.

— Заходи, — удивлённо сказал я, поворачиваясь на стуле. — И ни в чём себе не отказывай. Чай, кофе?

После Журавлёвой и чуть было не случившегося конфуза я всё же приобрёл и то, и то в свой кабинет. Во-первых, чтобы самому можно было что-нибудь перехватить, а во-вторых, чтобы и гостей потчевать. Как вот сейчас, например.

Мельников поджал нижнюю губу и с интересом оценил моё помещение.

— Не, спасибо… А ты неплохо здесь устроился. Сколько, говоришь, платишь? Двадцать пять?

— Двадцать две, — поправил его я, всё ещё не понимая, зачем он так внезапно появился.

— Поставь ещё небольшой аквариум куда-нибудь сюда, — указал он пальцем на место у раковины. — Чтобы пациентам было на что пялиться во время сеанса, или купи какой-нибудь бамбук. Азиатская тема сейчас в особом интересе у богатеев. Дзен там, Будда, просветление и прочая восточная муть. Ни черта не понятно, что всё это значит, но жуть как интересно. Богатеи вообще любят выставлять себя высокодуховными и просветлёнными людьми, так что они оценят.

— Ага, а ещё, видимо, любят заходить без стука и появляться когда захотят, — согласно кивнул я.

Илья фыркнул и махнул рукой.

— Кто? Я что ли? Братан, я со своими копейками даже близко не стою с теми, о ком ты говоришь. Ничего, через годик-другой ты и сам поймёшь, что был не прав.

— Хорошо, тогда и поговорим. А сейчас, может, скажешь, зачем сюда припёрся?

Мельников плюхнулся на свежезастеленную простыню массажного стола и подложил руки под голову.

— Разве так общаются с человеком, который тебя почти на месяц приютил, Смирнов? — ехидно хмыкнул он. — Да, на самом деле никакой причины особой нет. Так, мимо проезжал, дай, думаю, загляну хоть, гляну, как ты устроился.

— В Мытищах мимо проезжал? — улыбнулся я.

— Ладно, не мимо. В любом случае, как жизнь семейная? Не пожалел ещё, что с девушкой начал жить?

Я закрыл ноутбук и откинулся на кресле.

— Да нет, с чего бы? Аня прекрасная девушка, я бы даже сказал, что идеальная, и у нас всё хорошо. Вот только выяснил одну вещь, что, оказывается, у декоративных подушек есть важная функция.

Мельников приподнял голову.

— Да? И какая?

— Их нельзя трогать, — хмыкнув, ответил я.

— Зато дома всегда чисто и пожрать есть, — задумчиво протянул Илья и плюхнулся обратно. — Эх, может, когда-нибудь и наступит такой день, когда и меня захомутают и одомашнят.

— Как Иезуита?

Илья вновь отмахнулся.

— Да ну, ты брось… Этот жирный кот сам себе на уме. Когда хочет ест, когда хочет гуляет. В общем, не жизнь, а сказка.

На самом деле, жаловаться мне