Knigi-for.me

Водитель полуторки 3 - Андрей Вершинин

Тут можно читать бесплатно Водитель полуторки 3 - Андрей Вершинин. Жанр: Прочее издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
мучился. Даже если мучился. Она строгая, она спросит».

— Не мучился, — сказал Колька. — Сразу.

Прасковья Никитична смотрела на него долго, прямо в глаза. Колька не отводил, к этому он и готовился.

— Сразу? — спросила она.

— Сразу.

Она ещё ждала, потом кивнула.

— Ну и хорошо, — сказала она. — Ну и хорошо.

Она поставила топор к стенке землянки, аккуратно, обухом вниз, вытерла руки о платье и постояла.

— Он тебе велел так сказать, — сказала она.

Колька молчал, и она ответила за него сама.

— Велел, — сказала Прасковья Никитична. — Я его знаю. Двадцать пять лет знаю. — Она помолчала. — Ну и ладно. Раз велел. Пусть так и будет. Сразу.

Она повернулась к землянке и позвала:

— Нюра! Маня! Выйдите. От отца человек.

Из землянки вылезла молодая женщина, высокая, красивая когда-то, как на фотографии, где она почти взрослая. Это была Нюрка. За ней вылезла девочка, худая, длинноногая, босая, в платье из мешковины, лет одиннадцати, со вздёрнутым носом. Волосы у неё были стрижены коротко, как у мальчишки, а серые глаза не смеялись.

— А Зина? — спросил Колька.

— Зина в Гжатске, — сказала Прасковья Никитична. — Кирпич разбирает. Каждый день. Пешком туда, пешком назад. К ночи придёт. Упрямая. Вся в меня.

Колька смотрел на девочку. На фотографии ей было три, она сидела у матери на коленях и смеялась, и Митяй сказал тогда: «Моя. Самая моя. Смеётся всё время». Теперь она не смеялась.

— Здравствуйте, — сказала Манечка. Она стояла у землянки и не подходила.

— Здравствуй, Маня.

— Вы папку знали?

— Знал.

— Он чего говорил?

— Про тебя говорил, — сказал Колька, подумав. — Всё время. Что ты смеёшься всё время. Что ты в него.

Манечка посмотрела на мать, но мать стояла прямо и ничего не сказала.

— Я теперь не смеюсь, — сообщила Манечка, как сообщают факт. — С марта.

— Знаю, — сказал Колька.

Лукич стоял сзади, и Колька слышал, как он сопит.

Сели у землянки на брёвна: Прасковья Никитична, Нюрка и Манечка, а Колька напротив. Лукич не сел, он стоял у трубы и смотрел на огород.

Колька снял с плеча Митяеву сумку. Два года она была при нём, с Семлёва, через Можайск, через Волгу, через Персию, через море. Сумка была лёгкая. Он положил её Прасковье Никитичне на колени.

Она узнала её сразу, Колька это видел: руки у неё легли на сумку, как на голову.

— Его, — сказала она.

— Его.

Она развязывала медленно, потому что узел был тугой: Колька его не развязывал, почти никогда.

Первым она достала кисет, синий, вышитый белыми нитками, с буквами «Д. И. П.».

— Я шила, — сказала Прасковья Никитична. — В тридцать девятом. На финскую.

Она подержала кисет и положила рядом, на бревно.

Потом достала письмо, треугольник, затёртый и мятый, с круглым почерком, как в медальоне. Прасковья Никитична посмотрела на почерк и замерла.

— Моё, — сказала она.

— Ваше. Он его с собой возил. Я не читал.

Она развернула и посмотрела, губы у неё шевельнулись. Колька видел, как она читает своё, себе, через два года. Потом она сложила письмо по сгибам, аккуратно, и положила на кисет.

— Не дошло, значит, — сказала она. — Ответ-то.

— Он хотел ответить. Не успел.

— Знаю, — сказала она. — Он не любил писать. Одно письмо за всё время. Одно.

Она полезла за пазуху, глубоко, достала оттуда тряпичный свёрток и развернула.

Там был другой треугольник, и почерк на нём был другой: крупный, корявый, буквы лезут друг на друга. Писано химическим карандашом, и буквы от него фиолетовые. Митяевы.

— Одно, — сказала Прасковья Никитична. — Июль. Конец. Последняя почта. Я его вот так носила. Когда жгли — на мне было. Всё сгорело. Фотографии. Карточки. Метрики. Всё. А это — на мне было. Не сгорело.

Она протянула письмо Кольке.

— Прочитай.

— Я?

— Ты. Вслух. — Она смотрела на него. — Я его сто раз читала. Маня наизусть знает. А вслух некому. Нюра плачет. Маня не может. А я — не буду.

Колька взял письмо и развернул. Бумага была мягкая, как тряпка, протёртая на сгибах насквозь, и буквы почти стёрлись: если знать, то видно. Колька не знал, он читал.

'Здравствуй, Паша. Здравствуйте, дочки Нюра, Зина и Маня. Пишу вам с фронта. Жив, здоров. Кормят хорошо. Езжу на машине, возим что прикажут, бензин, снаряды. Немец лезет. Но мы его держим.

Паша, не беспокойся за меня. Я заговорённый, сама знаешь. Три войны не взяли, и эта не возьмёт.

Есть тут парнишка-шофёр. Зовут Колька. А я зову Андреичем. Сам не знаю почему. Молодой, а руки старые. Машину слышит, как доктор. Мы с ним спорим про карбюратор. Он правый, но я ему не говорю. Хороший парнишка. Чудной. Он говорит, что немец побежит. Говорит, знает. Я ему верю, Паша. Сам не знаю почему.

Мане скажи: куклу привезу. С закрывающимися глазами. Пусть ждёт.

Нюре скажи, пусть мать слушает. Зине скажи то же.

Целую вас всех. Ваш муж и отец Прохоров Дмитрий'.

Колька дочитал и сидел, держа письмо. Буквы плыли; Колька моргнул, и буквы встали на место.

«Андреичем. Сам не знаю почему». Никто не знал почему, только Колька знал, и Андрей, и больше никто на всём свете. Митяй не знал, а звал.

— Андреич, — сказала Прасковья Никитична. — Это ты?

— Я.

— Чего ж Андреич? Ты ж Николай.

Колька молчал: что тут скажешь?

— Не знаю, — сказал он. — Он так звал. С первого дня.

Прасковья Никитична долго смотрела на него.

— Он всегда так, — сказала она. — Всем имена давал. Корову Бурёнкой не звал. Звал Председателем. Так и кликал: Председатель, домой! Это корову. — Она помолчала. — Значит, видел что-то. Раз Андреич.

Она взяла у Кольки письмо, сложила, завернула в тряпицу и сунула обратно за пазуху.

Нюрка плакала, тихо, отвернувшись. Манечка не плакала, она смотрела на Кольку.

Колька полез в нагрудный карман. Там было много всего: письма, два листа Бельского, гармошка, и на самом дне, под всем, в клеёнке, маленький плоский свёрток. Тот самый.

Он осторожно развернул клеёнку. Фотография была маленькая, мятая, с обломанным уголком. Женщина на стуле, полная, строгая, и три девочки: одна почти взрослая, другая с


Андрей Вершинин читать все книги автора по порядку

Андрей Вершинин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.

Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту knigi.for.me@yandex.ru или заполнить форму обратной связи.