Мастер Трав 13 - Ваня Мордорский

Клык сорвался с места, отбросил копье в сторону и подскочил к бьющейся твари, после чего плотно прижал обе ладони к ее костяному черепу. Гнилодарец тут же закрыл глаза и его лицо напряглось. Полагаю, сейчас он пытался взаимодействовать с волей костоглота, а для него это было вновинку. Он ведь не приручитель, и ему не приходилось иметь дела с симбионтами. В его подчинении сейчас только два мертвых конструкта, не обладающих своей волей. Там, по идее, и «ломать»-то нечего было, в отличие от живого костоглота.

Наверное поэтому уже через секунд пять лицо Клыка исказилось гримасой боли. Костоглот давал отпор. Нет, я верил, что гнилодарец справится, все-таки опыт подавления сознания Стража у него был, но, скорее всего, придется ему нелегко.

Я начал медленно подходить к твари. Виа скользила рядом. Молодых Охотников поблизости уже не было, а значит можно ее использовать.

Костоглот взревел — звук был похож на скрежет камня о камень — и забился с удвоенной силой. Грэм, руки которого были заняты, недолго думая, боднул тварь головой и на время она притихла. Похоже, череп Грэма покрепче костяных пластин этой твари будет.

Правда, через секунд двадцать она снова забилась, пытаясь вырваться и нырнуть в землю.

— Знаешь, Клык, убить ее куда проще, чем удерживать, — процедил сквозь зубы Грэм, чьи мышцы в прямом смысле вздулись. — Так что давай побыстрее.

Я хмыкнул. Тут, конечно, Грэм прав — даже маленького котенка попробуй удержи, когда он от страха начинает вырываться. А тут…совсем не котенок.

— Да я пытаюсь! — прохрипел Клык, не открывая глаз. — Это сложнее, чем те две твари! Оно живое… и оно сопротивляется!

— А ты как думал, — ответил Грэм. — Давай, приручители же как-то это делают.

— Я не приручитель, — выдавил Клык.

Я уже был рядом и отдал мысленный приказ лиане. Виа молниеносно скользнула вперед, надежно обхватывая задние лапы твари, а душильник, которого я бросил в костоглота, спеленал его передние конечности. Корзину я пока решил не задействовать, хотя и она могла помочь.

— Направь свою живу в тварь, — сказал я, кладя руку на плечо Клыка и щедро делясь с ним своей энергией. — Костоглот должен почувствовать твою живу и захотеть подчиниться.

Он кивнул.

Я же обошел тварь по кругу и осмотрел.

Пока Клык боролся с чужой волей, я задумался. Интересно получается. Выходит, если в твари костей и мертвой материи больше, чем живой плоти, Клык способен ее подчинить? Или дело не в мертвой части, а только в преобладании костной ткани? Клык ведь никакой не некромант, а конструкты, которых создал вокруг себя осколок Стража, не нежить — это просто кости. Скорее конструкты похожи на костяных роботов, подчиняющихся его воле. Как там говорил Кларк: «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии»?

Как таковой технологии в привычном смысле я пока ни разу не увидел, зато увидел, что воля позволяет Одаренным оперировать живой, энергией напрямую. Это другой принцип воздействия на мир.

Ладно. Я оглянулся и еще раз прошелся взглядом по местной фауне — по нитевикам и прочим мелким костяным тварям. Почему Клык не попытался подчинить нитевиков или пылевиков? Не почувствовал от них чего-то «родственного»? Или они слишком малы для его Дара? Непонятно. Как закончит — спрошу. Возможно тут находятся еще существа, которые подходят к его Дару.

Я осторожно прикоснулся к дергающемуся костяному панцирю существа и использовал Анализ. Это лучше всего расскажет от твари.

[Объект: Малый Костоглот (Мутировавший гибрид)

[Тип: Симбиотический костный хищник]

Редкость: Уникальное

Свойства: Мышечная и нервная ткани частично замещены особой живой костной структурой. Питается костной тканью для регенерации и роста. Обладает примитивной животной волей.]

Вот оно что! Гибрид. Однако напрягли не эти слова, а другие — про малого костоглота. Если это малый, то где-то есть большой?

Я тут же напрягся.

Однако пока никаких признаков огромной твари не было. Правда, из-за костоглота костная пыль поднималась вверх густым белым облаком, из-за чего пылевики вокруг сбились в тучи и летали вокруг нас. Но они были не опасны. А вот вскоре на шум появились твари и поопаснее. От шума борьбы вся местная живность на Костяной Тропе пришла в движение. Из-под слоя пыли полезли твари, которых я в первый раз даже не заметил: какие-то многоножки с панцирями и бледные клещи размером с кулак, которые тут же попытались подобраться к нам, но были раздавлены сапогом Грэма.

Я подхватил копье Клыка и начал отбрасывать таких вот мелких тварей.

— Ну что⁈ — рыкнул Грэм. — Сколько еще держать эту тварь?

— Я почти… — Клык свободной рукой вытер пот, заливающий глаза. — Еще немного. У него верткая воля.

— Потому что он живой, — произнес очевидную вещь я. — Клык, просто дави на него. Представь, что твоя воля — это молот. Сопровождай это мысленными образами: «подчинись», «я сильнее», «я твой вожак». С животными это может сработать лучше, чем простое давление. Вспомни сражение с сознанием стража в осколке, тут то же самое.

Клык судорожно кивнул. Прошла еще минута напряженной тишины, нарушаемой лишь недовольным хрипом твари и скрипом лоз Виа. Внезапно костоглот крупно вздрогнул, обмяк и перестал вырываться. Его пустые глазницы словно сфокусировались на гнилодарце. Хотя я не понимал, чем он там видит, может у него на месте глаз какие-то чувствительные органы под слоем кости? То, что он видит мир не так, как мы, — это очевидно. Возможно что-то близкое к энергетическому зрению Виа.

Я мысленно отозвал лиану и душильника, а Грэм медленно разжал руки, но остался стоять рядом, готовый в любой момент обрушить мощный кулак и оглушить тварь. Животное послушно замерло у ног Клыка, лишь тихо пощелкивая челюстями. Здоровыми челюстями. По сути, они и были главным его оружием.

— Ну как? — спросил Грэм, отряхивая ладони от костной пыли. — Контролируешь тварь?

— Вроде того, — с облегчением выдохнул Клык и медленно поднялся. Я протянул ему копье и он на него с облегчением оперся. Похоже, эта схватка забрала немало его ментальных сил. И я понимал, что это такое. В свои первые «ментальные сражения» с деревьями я был выжат как лимон, и едва стоял на ногах. Потом уже привык. Для Клыка же это было в новинку.

Мы подождали несколько минут, но костоглот вел себя смирно, словно преданный пес. Ну ладно, это я преувеличил. Глядя на то, как подрагивает его пасть и лапы, я понял, что он не преданный, а скорее очень злой, но на крепкой цепи и в наморднике. Преданным он станет через несколько недель.

— Эта