Провинциальный остеопат. Том 4 - Артем Сластин
— Два дня?
Илья кивнул.
— Может, три, сейчас ещё слишком рано говорить.
Ну, примерно как я и думал. Я всё же попробовал сесть, и у меня это даже вышло. Рука уверенно держала кружку с водой, а когда напился двумя глубокими глотками, говорить стало легче.
— Нельзя мне три дня валяться, у меня плотный поток клиентов.
Илья хмыкнул и пожал плечами.
— Издержки ведения частной практики. Не будешь же ты с разбитой головой принимать людей. Так всех клиентов распугаешь.
— Я уже позвонила Ирине, — добавила Аня, усаживаясь рядом на стул, и взяла меня за руку. — Она сказала, что сама обзвонит всех клиентов и подменит тебя. Не переживай.
Точно, у меня же появилась помощница, как-то это совсем вылетело из головы. Интересно, а что ещё я успел позабыть после того, как перевернулся в машине?
— Точно! — внезапно выпалил я. — Со мной была блондинка… Что с ней стало?
В палате повисла гробовая тишина. Аня медленно отпустила мою руку и посмотрела на меня так, будто готовилась отвесить звонкую пощёчину. Единственным человеком, который улыбался от уха до уха, был, конечно же, Илья, в то время как все остальные смотрели на меня с откровенным удивлением.
— С тобой была какая-то блондинка? — медленно проговорила Аня.
Я кивнул.
— В… Василиса… Валерия… Или Варвара… Не помню, как-то на В, — продолжил я, а затем мой уставший мозг осознал, как это всё звучало со стороны.
— Никакой блондинки с тобой не было, — внезапно вмешался Илья, пытаясь разгрузить обстановку. — По крайней мере, я ничего об этом не знаю, поступил ты в гордом одиночестве.
— Сынок, — встревоженно посмотрела на меня мама. — Ты этой ночью с кем-то был? Кто был с тобой?
— Мы в неё въехали, — спокойно начал я, напрягая остатки мозга. — Или она в нас, не помню. Она была на мотоцикле, а я ехал в такси домой.
Аня медленно прищурилась и сложила руки на груди.
— То есть, ночью ты едешь домой, попадаешь в аварию, а потом рядом с тобой каким-то образом оказывается блондинка на мотоцикле?
— Ань, у меня сейчас башка раскалывается. Давай хотя бы до выписки не устраивать ревность к женщине, которой, может, и вообще не существовало. Может, она и вовсе мне привиделась.
Мельников подошёл и внимательно осмотрел мне зрачки.
Я уже хотел возмутиться, но остановился. Вместо этого закрыл глаза и попытался восстановить события по порядку. Нексия, сбежавший урод-водитель, стрела света, удар, а за ним переворот. Мотоциклом должен был кто-то управлять. Помню девушку на асфальте, светлые волосы, кровь, шлем. Мы о чём-то разговаривали, и я держал её за руку. Помню, как даже Система показывала спортивный потенциал.
Чёрт, неужели она мне привиделась? Неужели всё это время, пока меня везли на скорой, галлюцинировал прямо по дядюшке Фрейду? Что мне нужны подопечные, и вот тебе пожалуйста.
— Давайте лучше дадим ему отдохнуть, — задумчиво заключил Илья. — А вопросами на тему блондинок заваливать сможете потом. Я зайду к твоему лечащему и уточню этот вопрос, Лёх. А ты пока попробуй отдохнуть.
Мельников осторожно вывел всех из палаты, но на прощание я всё же заметил, что упоминание байкерши Ане явно не понравилось. Чёрт, да мне и самому не понравилось, особенно, если она плод моего воображения. Одно дело — рыцарь на белом коне, который помог попавшей в аварию девушке, а другое — грязные фантазии, в которых почему-то не было места Воронцовой.
Нет, она точно должна быть, просто обязана, но, наверное, Илья был прав. Лучше в таком состоянии не насиловать мозг, а дать ему время прийти в себя и уже потом выяснять. Так что вместо самокопаний я закрыл глаза и через несколько секунд провалился в глубокий сон.
Следующие три дня прошли на удивление скучно. До выписки тему блондинки Аня больше не поднимала. Меня несколько раз осматривали, брали кровь, повторно гоняли по неврологии и заставляли ходить по коридору. Голова ещё время от времени побаливала, особенно по утрам, но тошнота исчезла, координация вернулась, а новых сюрпризов на обследовании так и не нашли.
Однако именно в этот день ко мне и пожаловал сотрудник ГИБДД. Я думал, что он явится раньше для составления протокола, но, видимо, в Москве каждый день происходит такое количество аварий, что мне даже и не снилось.
В этот момент я валялся на кровати и уже потихоньку начинал подвывать волком, сгорая от скуки в больничных стенах. Сотрудник представился старлеем Корниловым и с позволения решил задать мне несколько вопросов.
Стандартные темы: был ли я пассажиром той самой злосчастной Нексии, где сидел, был ли пристёгнут или нет. Больше всего интересно было, что спросил, не был ли я знаком с водителем до аварии, а затем сказал, что его поймали ещё в первый день.
Когда речь дошла до самой аварии, сотрудник попросил меня вспомнить, откуда именно появился мотоцикл. Пришлось как следует напрячься, но голова всё ещё заметно гудела, поэтому описать никак иначе, как стрела света, я не смог.
В целом, картину произошедшего удалось восстановить полностью, и после того как я прочитал протокол и расписался, мужчина поблагодарил меня за сотрудничество и оставил изнывать от скуки дальше.
На четвёртый день лечащий врач, наконец, осмотрел меня в последний раз и отправил домой.
Из больницы меня забирали практически всей семьей, причём был даже отец, которого в тот злополучный день как раз забрали из больницы, и теперь мама до последнего пыталась доказать, что им с отцом лучше задержаться в Москве хотя бы на недельку. Пришлось убеждать её, что Аня справится, да и мне самому скоро пора возвращаться на работу.
На самом деле, за последние несколько дней от количества внимания меня уже начинало подташнивать. Я прекрасно понимал, что случилась беда, но когда всё доходило до фактического кормления с ложечки, будто я колодой лежал, а не всего лишь треснулся головой, пора было ставить черту.
К тому же ей и самой пора возвращаться на работу, да и отец чувствовал себя заметно лучше. Ходил он самостоятельно, боль в ноге почти не беспокоила, а Мельников перед их отъездом всё тщательно