Провинциальный остеопат. Том 4 - Артем Сластин

— Приехали, — пробормотал себе под нос. — Хорошо, что хоть вздремнуть смог.

В голове сразу нарисовалась картина собственной мягкой постели, тёплое тело Ани и мысль, что утром мне не обязательно подрываться в самую рань. Она заставила меня присоединиться к таким же, как я, торопыгам, поэтому схватил сумку, проверил телефон и вслед за остальными выбрался наружу.

С одной стороны, казалось, что Москва должна была хотя бы немного успокоиться к часу ночи, но Киевский вокзал, впрочем, как и весь город, никогда не спал. Прям как в жутко популярной песне, хоть и вышедшей четыре года назад, но до сих пор рвущей чарты городских радиостанций. Люди двигались организованными колоннами к выходам, правда, были среди них и те, кто пытался прорваться силой, словно куда-то опаздывали.

Я медленно пошёл вдоль платформы, разминая затёкшую после дороги шею. При возвращении домой усталость наконец навалилась по-настоящему. Пока работал с ребятами, разговаривал с Лысевым и думал о дальнейшем плане, организм держался на интересе. Так что не удивительно, что после посадки в электричку выключило меня практически сразу.

В телефоне было всего одно сообщение от Ани: «Как приедешь — напиши». Я решил, что она уже явно спит, поэтому не стал ничего отвечать, тревожа её, и подумал, что лучше скорее доберусь до дома.

На площади перед Киевским оказалось заметно холоднее. Ветер свободно гулял между зданиями и гонял по асфальту смятые бумажные стаканчики из-под кофе и такие же скомканные пустые сигаретные пачки. Возле самого же вокзала кучковались так называемые бомбилы, которые яростно принялись зазывать довезти куда угодно, естественно, по завышенной цене. Я сначала даже не понял, почему это они вдруг так оживились, ведь электричка местная, и все прекрасно знают цены, но затем на табло увидел, что одновременно с нами приехал поезд из Владивостока, и стало понятно, на кого они нацелились.

На этом же табло часы перевалили за час ночи, и я вздохнул, осознавая, что чуда не случилось, я опоздал, и метро уже закрыто. До Новороссийской отсюда пешком было настолько далеко, что даже сама мысль казалась издевательством. После сегодняшних трёх спортсменов, электрички и почти целого дня на ногах я скорее соглашусь переночевать на вокзальной лавке, чем идти через половину Москвы.

Выбора, очевидно, не было, поэтому достал телефон, нашёл сохранённый номер такси и нажал вызов.

Несколько гудков, а затем послышался механический женский голос:

— Добро пожаловать в службу заказа такси. Для оформления поездки нажмите один…

— Да, Господи…

Нажал, после чего заиграла расслабляющая музыка, а затем послышался голос уже живого человека:

— Оператор слушает.

— Добрый вечер. Мне бы машину на Киевский вокзал. Главный выход.

— Приятно, куда поедете?

— Новороссийская улица, дом двадцать пять, корпус один.

На другом конце застучали пальцы по клавиатуре.

— Ожидайте. Машина будет назначена в течение нескольких минут. Информация придёт в смс.

Я поблагодарил и убрал телефон в карман. Через несколько минут действительно пришло сообщение, а вскоре к месту подъехала серебристая Нексия. Ну как сказать, серебристая… Такой она была местами, остальную часть кузова занимала шпаклёвка, ржавчина, а на правой двери красовалась длинная царапина.

Плевать. Колеса есть и ладно. Мне бы сейчас добраться до родной кровати и утопить лицо в подушке.

За рулём сидел мужчина лет тридцати пяти с короткими смоляными волосами и грубой щетиной.

— Алексей? — спросил он с тяжёлым кавказским акцентом.

— Он самый, — безразлично ответил я и плюхнулся на заднее сидение.

— Шахрух, — представился он, и мы поехали.

Я прикинул, что смогу ещё ненадолго подремать, но водитель решил, что во втором часу ночи с клиентом, которого подобрал на вокзале, неплохо бы поболтать.

— Я только недавно работаю, — начал он. — Первый день на этой машине. Но вы не бойтесь, я хорошо вожу. Дома много водил, а здесь Москва. Просто город большой, и дороги сумасшедшие. Все куда-то носятся, совсем не уважают людей.

— Угу, — промычал я в ответ.

Шахрух оказался из тех людей, которые воспринимали молчание собеседника исключительно как приглашение говорить ещё больше. Но хорошо хоть понял, что я не горю желанием с ним общаться, правда, плохо то, что желание говорить у него было невероятно огромное, и только мы успели отъехать от вокзала, как он сразу достал телефон, ткнул несколько кнопок и включил громкую связь.

— Да! Салам алейкум! Угадай, брат, где я?

Из динамика что-то неразборчиво прокричали на незнакомом мне языке.

Я прикрыл глаза и устало выдохнул. Удивительно, насколько быстро человек привыкает к новым реалиям жизни, поэтому даже привычка отдельных личностей постоянно громко общаться по телефону и между собой меня уже не настораживала. Как раз наоборот, я закрыл глаза и был рад, что не придётся притворяться, будто мне интересны его истории и рассказы о впечатлениях о Москве.

Вдруг машину резко качнуло, и Нексия перестроилась вправо. Меня дёрнуло из стороны в сторону, возвращая сознанием в ночную Москву. Шахрух продолжал громко общаться по телефону и фоном включил какую-то восточную музыку. Машина тем временем летела по ночным улицам так, будто водитель вёз не клиента домой, а остывающую пиццу ночному едоку.

— Отца привезу… — переходил он изредка на русский язык. — Мать… Машину куплю… Сестру… Двоюродный брат…

Пока Шахрух строил планы, как заселить всю Москву своими родственниками, я достал телефон и зашёл в социальные сети. Судя по времени, Аня последний раз заходила около двух часов назад, значит, действительно спит.

Чем дальше мы уезжали от центра, тем меньше становилось машин. Фонари встречались реже, витрины были не такими яркими, а мокрый асфальт от недавно прошедшего короткого дождя блестел под светом фар. Автомобиль постепенно набирал скорость, а сам водитель обильно размахивал рукой, описывая невидимому собеседнику планы на будущее.

Именно в этот момент за нами что-то заревело. Это был не просто звук работающего двигателя, а настоящий рёв, который за несколько секунд вырос от далёкого гула до оглушительного визга высоких оборотов. Я с интересом обернулся, как вдруг салон залило ярким и ослепительным белым светом.

Мотоцикл приближался с такой скоростью, что практически моментально перестал казаться сгустком света и приобрёл весьма ясные очертания.

— Шахрух, — окликнул я водителя, но тот был занят разговором.

Байк выскочил левее, пытаясь пройти нас и ещё одну машину одним манёвром. Водитель резко повернул голову на скользнувшую слева стрелу света и внезапно дёрнул руль. Нексию повело в сторону, и не успел я понять, как под визг резины