Наследник $$$ уровня 6 - Андрей Еслер
Я сжал виски пальцами. Второй раз за день мне лили воду, правда, Бенавидес хотя бы честно выставил ценник.
— Значит, содействия с вашей стороны не будет?
— Боюсь, мы бессильны. — Дорадо развёл руками и так честно захлопал глазами, что впору было поверить.
Лишь в глубине этих глаз плескалось лёгкое, хорошо выдержанное презрение. Читалось оно вполне понятно. Куда ты лезешь, мальчик. Я в политике собаку съел и рисковать ради твоих дурацких идей не собираюсь. Посижу в стороне, полюбуюсь на агонию, а к решению мы придём, когда ты дозреешь.
— Вы свободны, — кивнул я на дверь.
Вышло резче, чем следовало, но Дорадо и бровью не повёл. Вежливый полупоклон, и дверь кабинета мягко закрылась за его спиной.
Оставшись один, я какое-то время разглядывал стопку университетских бумаг, так и лежавшую на краю стола. За окном фабричный двор зажигал фонари, внизу заурчал мотор, Дорадо уезжал.
Картина складывалась ясная. Избирательный штаб в меня не верит. Для них я денежный мешок с причудами, полезный на дистанции, но никак не сейчас, и палки в мои колёса там будут вставлять с самым учтивым выражением лиц. Рассчитывать на чужие руки в подобных раскладах глупо, значит, по старинке, самому.
Оставался звонок, который я обязан был сделать хотя бы для порядка. Себастьян дэ Гарро ответил не сразу.
— Виктор, рад слышать. — Голос у кандидата в президенты был бодрым. — Чем обязан?
— Не отниму много времени, дон Себастьян. Хотел поделиться наблюдением. Сеньор Дорадо оказался не так полезен, как я рассчитывал.
В нашем кругу подобными фразами не разбрасываются. Я произнес больше, чем нужно, и собеседник мой это прекрасно расслышал.
Пауза на другом конце вышла короткая.
— Андре человек опытный и осмотрительный, потому и служит мне не первый год. — Слова были идеально подобраны, как будто он произносил это не впервый раз. — Найдите с ним общий язык, Виктор. Уверен, у вас получится.
Я услышал всё, что требовалось. В переводе с политического на человеческий: фонд затея твоя, мой штаб под неё не ляжет. Хочешь, чтобы за тебя вписывались, сперва заработай кредит доверия. А пока ты для нас кошелёк с амбициями, кошельку же положено платить, а не советовать.
— Обязательно найдём общий язык, — пообещал я и пожелал доброго вечера.
Обещание, к слову, было искренним.
Телефон я отодвинул на край стола и распахнул окно. С улицы тянуло остывающим за день камнем и дымком с кухни, город внизу понемногу стихал.
Обижаться на штаб глупо, и я прокрутил разговоры в голове заново, уже с холодным расчетом. Зайди речь о соцсети, меня бы слушали с блокнотами наготове, там я авторитет, чьи прогнозы сбываются. Но фонды и политика чужая сфера деятельности. Эти люди варятся в ней десятками лет, и логично, что я захотел слишком многого и сразу.
Дальше вилка из двух вариантов. Либо в идее фонда они не видят никакой ценности, либо ценность видят, но связываться с университетской публикой не желают. Первое сомнительно, выгоду затеи Дорадо знал от и до. Значит, остается второе.
Тогда кого они опасаются? Уж не деканат ли? Вряд ли, деканы дрожат за собственные кафедры. Кальдерон обычное передаточное звено. Выходит, дело в самом совете, и кто-то из попечителей стоит выше и сильнее остальных. Фигура, благодаря которой Бенавидес столь буднично называет проценты незнакомым корпоратам. И дэ Гарро вступать в битву с этим некто не готов, во всяком случае до выборов.
Что ж, ломиться в запертую дверь не в моих правилах. Вопрос пока откладываем. Для начала следует прикинуть риски и понять, на чьей земле я вообще оказался.
* * *
Утро на фабрике началось с визита игроделов.
В переговорной было полно народу: гости принесли системные блоки, команды съехались показывать готовое. Троица с фермой сдала карточную игру, ту, в которую режется вся страна от портовых грузчиков до сенаторов. Правила не тронуты, как я и требовал, за столом четверо живых соперников. Двое тихих старшекурсников привезли шахматы с рейтинговой таблицей, ещё одна команда отчиталась за бутылочку, простенькую, с заданиями и намеками. Вместе с фермой и змейкой, выходило пять игр.
Для витрины целой платформы это до неприличия мало, в моём прошлом мире на подобных площадках были тысячи игр. Паниковать, впрочем, не из-за чего. Стоит площадке открыться и показать первые деньги, игроделы потянутся сами, без всяких приглашений, но правила уже буду диктовать я. Свято место в бизнесе пустым не стоит, наверстаем.
Оставалось платформу правильно подать, и ближе к полудню я вызвал Беллу.
— Нужно три ролика, — объявил я, когда она устроилась напротив с блокнотом. — Первый для женщин. Сюжет банальный, зато работает безотказно. Женщина сидит в машине у школы, ждёт ребёнка с уроков. От скуки нажимает на игровой раздел, и картинка раздвигается: вот она уже не за рулём, а внутри игры, на собственной ферме, среди грядок и рисованных куриц.
— Красиво… — Белла строчила, не поднимая головы. — Дальше?
— Второй для мужской аудитории. Водитель на стоянке, офисный менеджер в обеденный перерыв, повар на кухне, рыбак в лодке. Каждый открывает игры со своего Вифона, и вся четвёрка встречается в одной партии. Посыл простой: неважно, кто ты и где находишься, игра общая.
— А третий?
— Нейтральный, без сюжета. Спокойный обзор возможностей раздела: какие игры внутри и как позвать в них друга. Для зрителей, которые рекламе не верят и хотят разобраться сами. Закрепляем все ролики в Виде.
Белла пробежала записи, что-то подчеркнула, и кивнув, ушла из кабинета.
До вечера день проходил в штатном режиме. Я разгрёб накопившиеся сводки, подписал счета под съемки роликов и уже прикидывал, не уехать ли пораньше, когда в коридоре послышался топот.
Дверь моментально распахнулась. В кабинет ворвались Матео с Игнасио, и у обоих глаза были на выкате. Матео хватал воздух ртом, а Лунтик, который и на взрыв ответил бы поднятой бровью, выглядел встревоженным, и вот это меня самого немного напугало.
— Сеньор, Вида! — выпалил Матео. — Страницы не открываются, лента виснет! Народ вылетает из учётных записей, поддержка захлёбывается!
— На сервера идет ддос атака. — Игнасио был короче. — Сотни тысяч запросов в секунду с разных адресов по