Сопля - Гектор Шульц

- Привет, Саня, - тихо произнес он. – Как оно?

- Ты знал, что Равиля твоего пасут? – проворчала я. Блоха снова улыбнулся и кивнул. – А чего мне не сказал, что принять могут?

- Проверить надо было.

- Меня?

- Ага, - ответил он. – Человечек наш сказал, что ты молодцом себя вела. Соврала, даже не моргнула.

- Пичугин?

- Не, малая, - тихо рассмеялся Блоха. – Пичугин нас давно пасет. Заноза в жопе. Мужик он умный, да мы умнее.

- Умно, конечно, подставлять того, кто тебе доверился.

- Не дуй губу, Саня. Тебя это не красит, - ответил Блоха. – Без проверки твоей тут не обойтись никак.

- А если я тебя нахуй пошлю? – огрызнулась я. – С проверкой твоей и дружками скользкими?

- Ага, понятно. Равиль приставал?

- Мерзкий он. Пичугин мне много о нем рассказал.

- Да, есть у него слабость к мокрощелкам, - цыкнул языком Блоха.

- Я не мокрощелка. Я правда помочь тебе пыталась.

- Ты хотела заработать, - перебил меня он. – Помнишь свой первый вопрос? Заплачу ли я? Я заплачу. Ты и согласилась. Какой с меня спрос. Я тебе по чести весь расклад дал. Сказал, что по башке прилететь может. Так чего ты мне предъявы теперь кидаешь? Не по понятиям, Саня. Но не бзди. Все понимаю. Я так-то риски тоже просчитывал. Даже если б тебя Пичугин обшмонал и посылку нашел, то хуй бы чо сделал, поверь. А вот то, что ты про меня умолчала, тут хвалю. С посыльными сложно всегда. Яиц у многих нет. А те, что есть, жидкие. Как у пидоров скользких. Чуть прижмут, они сразу все выкладывают. Редко такие, как ты попадаются. Сильные, с холодной головой.

- И чего? – спросила я, пытаясь прогнать слова Блохи из головы. Слишком уж складно он говорил. – Снова посылку дашь? Снова к ублюдкам идти, которые, если захотят, выебут?

- Нет, Саня. Я тебе работу дать хочу, - мотнул головой Блоха и подался ко мне. От него пахло сытостью, дорогим одеколоном, а от меня несло потом и грязью. Но я чувствовала, что он такой же, как я. Тоже крутится и ищет возможность выжить. Только вот на дно, в отличие от меня, падать отказывается. – Что у тебя есть? Милостыню клянчишь, бутылки сдаешь, а все ради чего? Ради куска хлеба, который не каждый день бывает? Сегодня я тебя подогрел, а завтра что? Когда пустой к своим вернешься.

- Меня свои накормят, - с вызовом ответила я.

- Вот. Накормят той же просрочкой, консервами и водкой паленой. А я тебе нормальную работу дам. Крышу тебе над головой найдем. Нормальную хату, а не проссанный матрас в заброшке. Защиту…

- Ага. Ходи, Саша, и посылки раздавай? – усмехнулась я. – А как примут, мы другую калеку найдем.

- Не бзди. Я своих кентов не бросаю, - улыбнулся Блоха. – Твои сольются сразу, если в блудняк впишешься. А мои за своих порвут.

- Даже Равиля?

- Даже Равиля. Тебя бы он не тронул, - ответил Блоха. – Отвечаю. Так, хорохорился просто, чтобы страх скрыть. Пасут-то его давно уже, вот он и вертится, как уж на сковороде. К тому же он тоже серьезным людям торчит. И на моих людей рыпаться не будет. Чо думаешь, я б тебя на плаху бы просто так отправил? Нет, Саня. Так дружбу не заводят и дела так не делаются. Хорошая ты девчонка. Честная и сильная. Поэтому и я с тобой честно говорю.

Грамотно Блоха ссал мне в уши. Говорил то, что хочет услышать любой урод. Что его любят, ценят и уважают. На самом деле я уже согласилась в душе. На все, что он предложит. Просто ради его взгляда, в котором не сквозило презрение и ненависть. Блоха единственный, кто смотрел на меня, как на равную. И это подкупало.

- Ты не бзди, - повторил он. – Пока по мелочи работать будешь. Где маляву передать, где дачку. Ничего такого, за что тебя принять могут. Обещаю. Покажешь себя хорошо, вырастешь. И в моих глазах, и в глазах Авто.

- Андриашвили? – тихонько ахнула я. Блоха понимающе улыбнулся и кивнул.

- А ты думала, на кого работать будешь? – спросил он. – Я со многими приличными людьми дела веду. И Авто в их числе. Сама секи, если до тебя на улице гопота доебется, чо делать будешь? Там и порезать могут, и в кусты затащить. Твои, думаешь, впишутся, если кипиш какой-то поднимется? Я что-то сомневаюсь, Саня. А я за тебя впишусь. Без раздумий. Потому как своя ты. А своих кидать не принято. Не, если тебе по кайфу в школе своей жить и на грязном матрасе о сладкой жизни мечтать, так живи. Хуй его знает, чо завтра будет. Может, нарик перекинувшийся тебя разрисует? Может, мороз добьет. Или можешь билет в эту сладкую жизнь взять. Да, поработать придется хорошенько. Но в накладе не останешься. Вот такой расклад, Саня. Сама решай.

- А если соглашусь, где тебя искать? – чуть подумав, спросила я. Блоха стряхнул пепел на ступени храма и, прищурившись, посмотрел на небо.

- Если впишешься, и работа потребуется… ресторан «Грузия» знаешь?

- Да.

- Запоминай, повторять не буду. К черному ходу подойдешь. Там повара обычно курят, официанты, хуе-мое… Попросишь Тарика позвать. Тариел Тамазович – это очень близкий к Авто человек. Скажешь ему, что от Блохи, а я предупрежу о тебе, - Блоха вытащил из кармана листок бумаги и протянул мне. – А если проблемы нарисуются, предъяву кто кинет, деньги нужны будут или еще что, вот мой телефон. Позвонишь, встретимся и все порешаем. Все поняла?

- Ага, - кивнула я.

- Молодца. Понятливая, - снова улыбнулся он и легонько потрепал меня за щеку, заставив смущенно покраснеть. – Выше нос, Санька. Жизнь меняется, если ты хочешь ее изменить. В грязи только терпилы и лохи жить предпочитают. Приличные люди всегда к вершине стремятся. Короче, Тарик тебе подкинет работенку. Можешь и на него ссылаться, и на меня, если проблемы будут. Авто пока не приплетай при нужде. Его расположение еще заслужить надо.

- Это я тоже поняла, - вздохнула я, убирая бумажку с