Ленивый герой - Nezloi

Конечно же, не просто так, а в связи с моей болезнью.

Ни на один мой вопрос Маруся ответить не смогла. Правда, после недолгого анализа неуверенно предположила, что её как-то изменила встреча с «сущностью», по вине которой мы здесь и оказались. Но информации об этом у Маруси не сохранилось. Да и сама встреча отложилась в памяти фрагментарно.

Отложив на потом разбор былого, сосредоточился на дороге. И через полчаса ковыляния через дворы-колодцы и тихие проулки добрался до цели.

Дома меня ждало очередное потрясение. Моя мама — в той реальности я похоронил её больше тридцати лет назад. Уверен: если бы Маруся не контролировала мои эмоции, я бы разрыдался, едва её увидев.

Мама в этом мире была точно такой же, как и в своё время в моём: слегка полновата, с правильными чертами лица и красивыми голубыми глазами, которые я единственный из всех её детей унаследовал.

Правда, сама мама моих нежных чувств не заметила. Едва моя исцарапанная и понемногу заплывающая физиономия показалась в дверях, всплеснула руками и, причитая, бросилась ко мне. Через минуту ощупывания и кручения меня из стороны в сторону закончилось: убедившись, что, кроме ссадин и синяков, на мне нет ничего серьёзного, чувства родительницы сменились на диаметрально противоположные.

— Да когда же это кончится! —

с итальянской экспрессией воскликнула мама, как обычно с перебором вложив эмоций в крик, схватила полотенце и стала лупить им меня по спине, причитая об испорченной одежде, жалобе отцу и о том, что я уже взрослый, а всё ещё, как дитя малое, шарахаюсь по крышам.

Память услужливо подсунула ещё один «файл» из прошлого альтернативного меня, чем чуть не заставила потерять равновесие. Оказывается, не далее чем полгода назад «я» уже падал с высоты. Если быть точнее, то я сорвался с высоты четвёртого этажа, куда карабкался по водосточной трубе. Сначала упал на дерево, что смягчило моё падение, но «поистрепало» одежду и шкуру, а потом — на клумбу, что тоже в какой-то мере уберегло мою тушку от серьёзных травм. Но поразило меня не само падение, а причина, по которой прошлого «меня» вообще понесло на четвёртый этаж. Всё оказалось куда как интереснее: мой реципиент ни много ни мало «подрабатывал» форточником.

Несколько обалдевший от своих открытий, я даже не заметил, как, не переставая причитать, мама быстро стащила с меня испорченную одежду, обработала ушибы и ссадины йодом и отправила в постель с наказом не вставать до вечера.

Отложив выяснение, как я докатился до жизни домушника и члена банды, на потом, с любопытством осмотрелся.

Судя по обстановке «моей» комнаты, а ещё одна аккуратно заправленная кровать напротив намекала, что я здесь далеко не полновластный хозяин. Назвать нас богачами было бы серьёзным преувеличением. Я бы даже сказал, что в железных панцирных койках, покрашенных белой краской, в старом шкафу с облупленной полировкой и самодельных книжных полках проглядывала «благородная» бедность.

Единственное, что немного выбивалось из общего интерьера «скромности», — это ноутбук, лежащий на обшарпанном письменном столе.

Кстати, не мой: ноутбук принадлежал старшей сестре Александре, студентке второго курса педагогического института, с которой мы, к слову, и делили комнату на двоих.

Успел поудивляться пару секунд такому нелогичному расселению. Тем более со стороны наш деревянный дом выглядел достаточно большим. Но ещё одна «распаковавшаяся» порция информации расставила всё по местам. Кроме меня и старшей сестры, в доме жили две младшие сестры-школьницы, сами родители, бабушка — мать отца — и тётя Таня, недавно потерявшая мужа ну и конечно же я. Ещё был старший брат, но в прошлом году он женился и, к непередаваемому счастью прошлого меня, съехал.

Заинтересовавшись семейными фотографиями, развешенными на стене над кроватью сестры, я выбрался из-под одеяла, поднялся и подошёл поближе, неожиданно отразившись в зеркале на стене, которого каким-то чудом не заметил раньше.

Из зеркала на меня смотрела моя юная копия лет пятнадцати-шестнадцати.

— Хм, а я, оказывается, был очень даже симпатичным, — пробормотал я, разглядывая своё тощее тельце в семейных сиреневых трусах, щедро «украшенное» расцветающими синяками. Несмотря на худобу и низкорослость, тело у меня было жилистым, с симметричными, хорошо прорисованными мышцами живота. Даже руки, несмотря на то что выглядели тонкими, были сухими и мускулистыми.

«Ну да, я же форточник, а в такой профессии без сильных рук преуспеть невозможно, хотя в итоге мне это не помогло».

Моё голубоглазое отражение горько улыбнулось, проявив на щеках ямочки.

«Надо же, какой я милашка! Кажется, „настоящий я“ таким кавайным пирожком не был».

Я уже собирался вернуться в постель, когда заметил на столе какой-то серебристый предмет, в котором с некоторым усилием опознал кнопочный мобильный телефон.

— Опупеть! Это же легендарная «раскладушка» Motorola!

Литера М на исцарапанном корпусе это подтверждала.

Память услужливо подсунула мне очередной кусочек «чужих» воспоминаний.

Как оказалось, телефон принадлежал мне. По какой-то причине прошлый я никогда не брал телефон на «дело». Кстати, это оказалась не Motorola, а отечественная фирма с названием «Мэйгуаньси». А незабвенная Motorola в этом мире вообще не существовала.

Прихватив телефон, я вернулся под одеяло.

Тело привычным, отработанным до автоматизма движением большого пальца откинуло верхнюю половину корпуса, и длинными музыкальными пальцами отбарабанило по истёртым кнопкам четырёхзначный пароль.

«Один, два, три, четыре… А я, офигеть, каким креативным был!»

Но, увы, ничем телефон меня не порадовал, если, конечно, не считать внушительного списка контактов родных и некоторых товарищей по нелёгкому делу обноса квартир честных граждан.

Камера была откровенно убогой, особенно в сравнении с камерами смартфонов моего прошлого мира. Знакомых игр тоже не нашлось, даже вездесущей «змейки».

Потеряв интерес к телефону, я с щелчком закрыл его и убрал под подушку.

— Сергей Андреевич, предлагаю ознакомиться с обновлённым интерфейсом и новыми неопознанными энергетическими образованиями, — тут же напомнила о себе Маруся, видимо, всё это время ждавшая подходящего момента.

— Это какими ещё новыми неопознанными энергетическими образованиями? — заволновался я, от испуга даже не обратив внимания на «обновлённый интерфейс».

Вместо ответа Маруся открыла перед моими глазами несколько полупрозрачных экранов с текстом и изображениями, и голосом опытного лектора стала рассказывать о своей интерпретации «неопознанных энергетических образований».

Подчиняясь голосу «лектора», из короткого ряда рамок выдвинулась и приблизилась средняя.

— Сергей Андреевич Айдлэ.

Возраст тела: 16 лет 5 месяцев 4 дня 12 часов 22 минуты.

— Как была занудой, так и осталась, — пробормотал я раздражённо.

Минуты с часами тут же исчезли, никаких комментариев от Маруси не последовало.

Чуть ниже была самая интригующая строка:

— Время функционирования тела: 78 лет 6 месяцев 4