Греховные игры - Кристин Буони

Слова, которые тогда показались шуткой… теперь не казались такими уж абсурдными.

В то время она сказала, что это звучит так нелепо, но разве это действительно возмутительно? Семья Гаррик была сверхбогатой. Помимо статуса миллиардера, если объединить чистый капитал каждого члена семьи. Такие деньги давали огромное влияние, власть и, что самое важное в этом случае... тишину.

Такое место можно было бы спроектировать и построить в тайне, если бы связались с нужными людьми и подкупили их. Семья Эйприл, вероятно, тоже могла бы приобрести Icarus Hall потихоньку, учитывая тесные связи ее отца с Babylon Prep.

Тем не менее, ничто из этого не ответило на мой самый главный вопрос. Зачем?

Все это время я так сильно хотела верить, что кто-то вроде Хадсона, Риза, Киары или Жасмин стоял за этими играми. Или даже кто-то совершенно аутсайдер. Никогда, никогда мой хороший друг. Но теперь мое нутро подсказывало мне, что в этой теории что-то есть, хотя я и не имела ни малейшего понятия о возможных мотивах.

Я взглянула на время на телефоне. 9:51. До комендантского часа оставалось девять минут. Если комната Эйприл не была заперта, я могла быстро проверить, не оставила ли она там хоть какие-то улики. Если бы ничего не нашла — вернулась бы утром с Мавериком и провела более тщательный обыск.

Я выскользнула из своей комнаты, крадучись прокралась к концу коридора и осторожно дёрнула ручку её двери. Не заперто. Конечно — она же якобы не вернулась после шахматного клуба. Волна вины накрыла с головой, я глубоко вздохнула и вошла, чувствуя себя чудовищем. Кто я вообще, если способна на такое?

Комната была обставлена почти так же, как моя: стопка книг, письменный стол, шкаф, парочка масляных картин на стенах и стандартная двуспальная кровать. Я торопливо осмотрела книги на полке, потом надавила на саму полку — вдруг за ней что-то спрятано. Ничего. Проверила под кроватью — никаких люков. Заглянула в ванную. Пусто.

Со вздохом опустилась на край кровати, лицо вспыхнуло от стыда. Я либо была ужасной стервой, подозревая свою лучшую подругу в чём-то таком… либо я была права, но при этом полной идиоткой, надеясь найти какие-то очевидные улики. Как будто Эйприл, если она и правда Мастер Игры, оставила бы у себя в комнате дневник с заголовком «Как я устроила смертельную игру» или папку с ярлыком «План убийства». Глупо.

Мой взгляд задержался на одной из картин. Минут тридцать я просто смотрела на неё, не понимая, что именно не так. А потом поняла. Картина в моей комнате была куда меньше. У Маверика — такая же, как у меня. У Брук и Зака, если не изменяет память, — тоже. Но здесь… почему полстены занимает полотно?

Я резко встала, подошла и дёрнула за позолоченную раму с левой стороны. Никакой реакции. С правой — скрипнула. И открылась. За ней зияла дыра.

— Охренеть, — выдохнула я. Я была права. Эйприл действительно что-то прятала.

Дыра была слишком тёмной, поэтому я включила фонарик на телефоне. Внутри оказался узкий проход и деревянная лестница, ведущая вверх. Сердце застучало быстрее, но любопытство победило страх. Я сделала глубокий вдох и начала подниматься, ступая как можно тише.

Наверху я высунула голову — совсем немного, на пару дюймов. Комната. Большая. Три односпальные кровати, диван, загромождённые столы, и в дальнем углу — компьютер с множеством экранов. Всё освещалось лишь тусклым голубоватым светом мониторов.

На одной из кроватей, прямо передо мной, лежала знакомая фигура. Светлые волосы. Покой. Спокойное дыхание.

Эйприл. Живая.

Холод прошёл по моим венам, заморозив каждую мышцу. Это был не сон. Это была реальность. Она была жива. Она — Мастер Игры. Она всё это устроила.

Как? Зачем? Кто, чёрт побери, она на самом деле?

Я тихо, судорожно вдохнула и попятилась назад, стараясь не шуметь. Я не могла справиться с этим одна. Это было слишком. Я должна была разбудить Маверика и остальных. Вместе… мы что-нибудь придумаем.

Когда я была на полпути вниз по лестнице, надо мной раздался щелчок, и я подняла глаза, чтобы встретиться с холодным взглядом Эйприл. Она присела над дырой в полу с пистолетом, направленным прямо мне в лицо.

— Боже, Кэри, — сказала она, медленно качая головой. — Я действительно хотела бы, чтобы ты не приходила сюда.

Кэри

— На самом деле я не спала, — сказала Эйприл, направляя на меня пистолет.

Я вздрогнула. Пистолет дрожал в её руке, но вовсе не от страха. Скорее — от возбуждения.

— Я наблюдала, как ты шаришься в моей комнате. Всё видела через монитор. Надеялась, что ты ничего не найдёшь. Но… ты нашла. Так что теперь тебе придётся вернуться. Хорошо?

Я судорожно сглотнула и кивнула, не отводя взгляда от чёрного зева дула.

— Хорошо, — прошептала я, еле слышно.

Сердце грохотало в груди, когда я медленно поднялась обратно по лестнице. На последней ступени Эйприл схватила меня под руку и рывком вытянула наверх.

— Сядь, — бросила она и махнула в сторону старого дивана.

— Хорошо… — повторила я, сев, как послушная кукла. Я не знала, что ещё могу сказать, чтобы не усугубить ситуацию.

Это была не та Эйприл, которую я знала. Не та, с которой мы смеялись до слёз, делились тайнами, играли в настолки до рассвета. Эта Эйприл была ледяной, резкой, непредсказуемой. Словно в неё вселился кто-то другой.

— Что меня выдало? — спросила она вдруг, сверля меня взглядом. В её голосе звенела угроза, как натянутая струна.

— Последняя игра, — прошептала я. — Там были все тела. Кроме твоего.

— Чёрт… — Эйприл раздражённо выдохнула, как будто забыла выключить чайник, а не попалась на массовом убийстве. — Я говорила маме с папой, что это может стать проблемой, но они решили, что всё сойдёт с рук.

Я резко подняла голову.

— Так ты… ты здесь с ними?

— Ох, Кэри. Включи уже мозги, — с усмешкой сказала она.

— Я просто… — запнулась я, сглотнула и начала заново: — Это всё не имеет никакого смысла.

— Имеет. Если ты точно знаешь, почему я хотела убить всех здесь, — она замолчала, наклонив голову. — Ну… почти всех.

Я замерла. Всё моё тело протестовало против происходящего, но мысли продолжали бешено метаться в голове. Мгновения из нашей дружбы всплывали одно за другим: обнимашки, разговоры ночами, взаимная поддержка. Всё было ложью. Я