Разбей мне сердце - Т. Л. Смит

Опуская платье обратно, я качаю головой и отхожу от него. Он взял его напрокат. В настоящее время магазины элитной одежды делают это, позволяя вам взять напрокат дорогие платья на один вечер, чтобы вы могли покрасоваться, а затем вернуть их на следующий день. Наш босс подумывает о том, чтобы сделать что-то подобное.

Схватив свою сумочку, я еще раз оглядываюсь на платье.

Кто этот мужчина?

И что я должна сделать сегодня вечером, чтобы надеть платье, которое стоит так дорого?

***

Я опаздываю. Черт возьми! Ничего не могу с собой поделать, потому что работа затянулась. Наша компьютерная система вышла из строя, и пришлось вручную вводить заказы, надеясь и молясь о том, чтобы у нас были достаточные запасы, чтобы их покрыть.

Подъезжаю к дому без четверти шесть, у входа стоит лимузин. Выхватив свою сумку из машины, я пробегаю мимо нее и поднимаюсь по нескольким ступенькам, пока не оказываюсь у своей входной двери.

— Теодора, — он произносит последнюю часть моего имени с ударением, заставляя почувствовать себя непослушной школьницей. — Моя ассистентка сказала тебе, что я ненавижу опоздания. И все же ты здесь, даже не одетая, — я оборачиваюсь на звук его голоса и вижу, что он стоит у двери лимузина, придерживая ее одной рукой. Он одет в черный костюм, но вместо белой рубашки, на нем черная. Из-за этого его янтарные глаза кажутся еще темнее.

— Я буду готова через пятнадцать минут, — говорю ему.

Он смотрит на часы и хмурится.

Я больше не теряю времени, забегаю внутрь и начинаю срывать с себя одежду, чтобы надеть это платье. Оно уже разложено на диване, так что, как только я остаюсь голой, натягиваю его на себя. Такое платье, как это, идеально облегающее тело и сидящее по фигуре, не требует бюстгальтера, из-за которого могут быть видны бретельки, или даже нижнего белья, которое подчеркнет линии. Нет, к этому платью не требуется ничего, кроме туфель на каблуках. Я позаимствовала на работе пару золотых туфель, подходящих по цвету к половине платья. Распустив волосы, я позволяю им упасть и скручиваю половину в свободный пучок, убирая пряди вокруг лица, чтобы создать эффект водопада, прежде чем взять черную сумку и направиться к двери. Когда я выхожу ровно через пятнадцать минут, ровно в шесть, он удивленно смотрит на меня, как будто не ожидал, что я буду готова.

— А теперь Вы назовете мне свое имя? Или как мне Вас называть на этом мероприятии?

— Ты на этом мероприятии не для того, чтобы произвести впечатление на меня. Я хочу, чтобы ты заставила моих парней потратить деньги, — он открывает дверцу лимузина и нетерпеливо машет мне рукой, приглашая сесть. Когда он проскальзывает внутрь, то смотрит сердито, и я задаюсь вопросом, что же, черт возьми, заставляет его так злиться на меня сейчас. Я пришла вовремя, как он и просил.

— Значит, Вы что-то вроде моего сутенера? Одеваете и говорите, с какими парнями мне следует общаться? — спрашиваю я, морщась.

Когда лимузин трогается с места, он кладет руки на колени, и я наблюдаю, как он сжимает их в кулаки так сильно, что они становятся красными, а затем белыми.

— Тебе лучше помолчать, — говорит он, глядя в окно.

Что за чертовщина! Я фыркаю и тянусь за телефоном и губной помадой. Это единственное, на что у меня не было времени. Включив камеру, чтобы было видно, я наношу ее, придавая своим бледно-розовым губам более яркий оттенок. Вытирая края, я убираю и телефон, и помаду, и когда я это делаю, то чувствую на себе его пристальный взгляд.

Он попросил меня молчать, так что я буду делать именно это.

Звонит мой сотовый, и я улыбаюсь сообщению моей коллеги. На фотографии ее широко раскрытые глаза и широкая улыбка на лице, а подпись гласит:

Компьютеры снова работают.

Напечатав в ответ смайлик, я отправляю ей селфи с поднятым большим пальцем. Нажав «Отправить», я поворачиваюсь и вижу янтарные глаза, устремленные на меня. Вспомнив, что он не хочет, чтобы я разговаривала, приподнимаю бровь.

Удивленными глазами он изучает меня, прежде чем машина останавливается и передо мной открывается дверь. Появляется рука, но я не беру ее. Возможно, эта рука могла быть одной из тех, что схватили меня в начале. Дотрагиваясь до лба, где, как я знаю, находится синяк, качаю головой и стою, ожидая, когда он выйдет.

За моей спиной раздается голос, который произносит.

— Атлас, — и ничего больше. Я хмурю брови и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, пока он разглаживает складки на своем костюме и застегивает пуговицу на пиджаке. Сжав губы в тонкую линию, он проходит мимо, оставляя меня стоять, сбитую с толку его единственным словом.

Он оборачивается, заметив, что я не сдвинулась с места, и предлагает мне свой локоть.

— Меня зовут Атлас, — его губы растягиваются в кривой улыбке. — Но можешь называть меня «сэр», как и все остальные.

Я подхожу к нему и смотрю на предложенный локоть, затем направляюсь прямо вперед, не принимая его.

— Может, пойдем?

Он опускает руку и идет рядом со мной в заведение, которое, как я знаю, является местным казино.

— Она работала на Вас, не так ли? — спрашиваю я, затаив дыхание.

— Да, — честно отвечает Атлас.

Я знаю, потому что, когда Люси получила эту работу, она была в восторге и рассказала мне. Я надеялась, что она становится на путь истинный. Наверное, я ошибалась, и в последнее время, мне кажется, что так происходит со многими вещами.

— Сэр, комната готова, и игроки рассажены, — перед нами возникает охранник.

Атлас смотрит на меня сверху вниз.

— Приподними свои сиськи, — он смотрит на них. — То, что у тебя есть, — он морщит нос. — Тебе нужно отвлекать мужчин, — затем он уходит, а я остаюсь стоять с охранником, который смотрит на мое декольте, затем отворачивается.

Этот ублюдок только что оскорбил мою грудь?

— Следуйте за мной, — говорит охранник.

Мои руки обхватывают груди, и я делаю, как он говорит, приподнимая их, пока мы проходим через дверь, ведущую на кухню,