В разводе. Тост за бывшего! - Анна Томченко

— А я так смотрю, ты любовниц выбираешь тех, кто постатуснее, чтобы в случае чего самому в накладе не остаться.

— Знаешь, вот если бы не твой язык, злословный и лукавый, может быть, никаких любовниц не было бы. Подумай об этом на досуге.

— Я подумаю на досуге над тем, какой тебе гроб заказывать в случае чего. Потому что столько жрать виагры в твоём возрасте уже непозволительно — сердце сдохнет, Яша. Поверь. Поверь мне. А мне не веришь — спроси у Акулины Арнольдовны. Она всегда была о тебе самого реального представления.

Яша называл меня злобной мегерой.

А я параллельно со всем этим умудрилась вычислить, что все те договоры, которые он заключал со своим партнёром, родственницей которого была его чудесная распрекрасная Лина, были совсем не по букве закона. И где-то на границе сознания у меня металась мысль о том, что он эти договоры заключал для того, чтобы откаты делать, так сказать, на трусики, на бусики для своей Лины. Сказать, что у меня дёргался от этого глаз — это ничего не сказать.

При этом Яша вполне себе здраво рассуждал на тему того, что “ну, у тебя же тоже бизнес”. Но только в отличие от его бизнеса — масштабного и очень серьёзного, который требует тотального контроля — мой бизнес был для него всегда кукольным. Поэтому, когда я оформляла свою ОООшку на маму, он, конечно, не обратил на это внимание. А я оформляла чисто из-за того, что не хотела выступать предпринимателем. Потому что тогда бы мне пришлось разбираться со многими юридическими вопросами. А так, поскольку мама у меня очень давно была на пенсии, ей это было не в тягость. Тем более она последние годы всегда работала на административной должности и она всё прекрасно понимала. Поэтому я просто отдала ей юристов, а сама занималась исключительно продвижением своего агентства и предложением своих услуг. Яше, конечно, я об этом до судебного заседания намекать даже не собиралась.

Рано утром, когда я ходила по квартире с зубной щёткой и с гулькой на голове, в дверь начали долбить настолько сильно, что мне показалось, где-то на этаже пожар. Открыв дверь, я поняла, что совершила большую ошибку. Потому что у меня перед лицом стояли двое бравых молодцов формата «омоновцы на минималках» и тут же, схватив меня за локти, выдернули, как репку из грядки, в коридор.

— Вы что себе позволяете? — Сплюнула на рукав одного из них пену от зубной пасты.

— Господин Яков Андреевич приглашает вас на празднование дня рождения.

У меня дёрнулся глаз, потому что день рождения у Якова был зимой.

Что он там праздновать собирался, я не представляла.

Но, судя по тому, что мои юристы очень неплохо трепали его грузоперевозки и заграничный импорт, Яша пытался всеми возможными путями мне насолить. Пока что удавалось только добиться того, что я презрительно кривила губы.

— Пустите меня немедленно!

И ведь, как назло, даже Лерки дома не было. Понятно, что Марк с окончанием учебного года уехал на практику в Испанию. Но Лера-то со мной жила. И вот надо было ей именно сегодня уехать ночевать к подружке.

Я чертыхнулась и меня запихали в лифт.

— Дверь! Дверь квартиры закройте, ироды, — произнесла я, размахивая зубной щёткой.

Но я понимала, что Яков ничего не сделает дерьмового, за исключением того, что он уже сделал. То есть я понимала: он не заказал моё убийство и меня не вывезут в лесополосу.

Правильно, я была абсолютно права. Потому что меня посадили в такси, положили мне на колени сумку с вещами и сделали вид, что они безумно огорчены тем, что я наплевала на них зубной пастой, и произнесли:

— Мы летим в северную столицу.

— А паспорт мой?

— А паспорт ваш Яков Андреевич нам несколько дней назад передал. Ваша домработница передала.

Я сузила глаза, понимая, что такого предательства ещё и от домработницы стерпеть уже не могла.

Фыркнув, я не стала кричать, но планировала в аэропорту устроить такую диверсию, что партизаны в лесах удавились бы от зависти.

Но когда мы зашли внутрь аэропорта, один из охранников холодно произнёс:

— Вы же понимаете, Майя Леонидовна, что скандал устраивать не стоит? Мы ведь можем и не очень хорошо с вами поступить.

И что-то противно ткнулось мне в рёбра. Понимала, что психовать, истерить бессмысленно.

А когда самолёт приземлился в северной столице, меня сопроводили в гостиничный номер, одного из самых дорогих отелей.

На плечиках висело красное атласное платье. Стоял визажист. Я прям поняла, что Яков очень сильно хотел расстараться для того, чтобы показать меня народу. Я даже дозволила все манипуляции провести над собой тупо из любопытства. Понимала, что в случае чего я просто устрою скандал непосредственно на самом празднике. И вот уж пусть как хочет Яков, так и отмывается.

Потом, когда меня в районе семи часов привезли в загородный ресторан, который был в местном гольф-клубе, меня встретил бывший муж с распростёртыми объятиями.

— Здравствуй, здравствуй, моя королева. Здравствуй, птичка моя, — мягко протянул он.

И в этот момент у него из-за плеча появилась блондинка Лина.

— А я вот посчитал, что как-то негоже без своей супруги все значимые даты отмечать. У Лины сегодня день рождения. Здесь собрались самые важные люди двух серьёзных городов. Поэтому ты уж спой, птичка моя.

Я понимала, что хотел сделать Яков. Он хотел меня по максимуму унизить. У него не получалось этого сделать на юридическом поприще и поэтому он хотел меня окунуть в дерьмо прилюдно, на глазах у многих общих знакомых.

Я вскинула брови, тяжело вздохнула.

— Спой, моя птичка. Ну, а если мне не понравится, то Лина преподаст тебе пару уроков. У неё голосок послаще. В принципе, как и она сама.

Я склонила голову к плечу и посмотрела на смазливую рожу его любовницы и на ухмыляющуюся физиономию непосредственно виновника всего этого безобразия. Протянула руку и погладила Якова по груди.

— Спою, спою, — ласково произнесла я и развернувшись, пошла в сторону сцены.

Глазами цепляла знакомых. А вот, например, был очень важный человек — один из владельцев нефтепереработки. А вот здесь сидел арабский инвестор.

Я улыбнулась пошире, поярче и глубоко вздохнув, приблизилась к микрофону.

— Здравствуйте, дорогие гости. Рада приветствовать вас всех сегодня здесь. Я, можно сказать, с корабля на бал. Прилетела, так сказать, в северную столицу по пути, направляясь в Ниццу.

В этот момент Яков что-то понял.

— Я хотела бы открыть этот вечер своими поздравлениями и