Свирепая одержимость - Мила Кейн

Сердце оборвалось.

— Школа дорогая. Понимаю, почему твоей маме непросто за нее платить. Конечно, твоя сестра может ходить и в обычную школу. Раньше ведь ходила.

— Нет. Ей… ей нужна эта школа, — вырвалось у меня.

Да, формально Сиси раньше училась в обычной школе, но расстройство аутистического спектра плохо сочеталось с такой обстановкой: началась тревожность, а за ней последовало расстройство пищевого поведения. Теперь ее жизнь висела на волоске.

Броуди смотрел на меня, внимательно следя за моей реакцией.

— Правда?

Я кивнула.

— Да.

— Настолько нужна, что ее старшая сестра-дикарка сможет научиться соблюдать несколько простых правил? Или изображать плохую девочку для тебя важнее?

Мне стоило огромных усилий дышать медленно и ровно.

— Я жду, — сухо произнес Броуди, когда я замешкалась.

— Ты ничего обо мне не знаешь… — начала я.

— Верно. И мне это неинтересно. Важно лишь, чтобы ты усвоила свои правила.

Господи, ничто так не подчеркивало первоклассное высокомерие, как чопорный английский акцент.

— Знай свое место, изображай счастливую семью, и твоя сестра сможет доучиться в своей дорогой школе. Понятно?

Я едва могла ответить: меня одновременно переполняли бессилие, отчаяние и ярость.

— Я сказал, понятно? — продолжил Броуди.

Щеки запылали. Я кивнула.

— Я тебя не слышу.

— Понятно. Ты гребаный Антихрист с манией все контролировать, а я несчастная душа, которой приходится с тобой жить. Я всё поняла.

Уголок рта Броуди приподнялся.

— Хорошо. Рад, что мы друг друга поняли, Селена. И рассчитываю в самое ближайшее время увидеть серьезные перемены в твоей внешности и поведении.

Я сердито посмотрела на него.

— В чем?

— В том, как ты себя ведешь. И учти: с этого момента я буду за тобой следить.

Он усмехнулся, теперь совершенно спокойный, потому что нашел, чем меня шантажировать.

Броуди направился прочь, на ходу стянул футболку и вошел в ванную. Его широкую спину покрывали замысловатые татуировки, мышцы напрягались и блестели под светом. Почему я вообще это замечала? Меня обожгло горячим, болезненным стыдом.

Я отвернулась, когда за ним закрылась дверь.

И учти: с этого момента я буду за тобой следить.

Прекрасно. Повезло мне.

11.Броуди



У «Геллионов», титулованной команды УХХ, на территории кампуса был собственный первоклассный стадион, построенный специально для них благодаря Беккету Андерсону и его отцу Сорену.

— Странно быть по другую сторону, — пробормотал Кэл.

Мы прошли по коридору и спустились к командной раздевалке.

— Ага, будто заходим на вражескую территорию. — Раньше я бывал здесь только как соперник, намеренный обыграть «Геллионов». А теперь сам стал одним из них. К этому придется привыкнуть.

Мы с Кэлом переглянулись и открыли двери раздевалки. Оттуда доносились голоса остальных: они переодевались, смеялись, подкалывали друг друга… Я расправил плечи и непринужденно улыбнулся брату.

— Ну вот. Прямо в логово зверя.

Я подмигнул ему и вошел.

Стоило нам появиться, как все разговоры стихли. Большинство игроков еще переодевались, и только Кейден уже был полностью экипирован и сидел на скамье, упершись локтями в колени.

— Блядь, это и правда происходит, — громко объявил Маркус, нарушая напряженную тишину.

— Только не надо так радушно нас встречать, парни, аж неловко. Расслабьтесь.

Я поставил сумку возле двух свободных шкафчиков, над которыми на стикерах было написано «Синклер».

Кэл прошел следом и тяжело опустился на скамью.

— Уверен, мы все поладим, — спокойно заявил Ашер. — К одному богатому засранцу мы уже привыкли. Думаю, еще двое нам не повредят.

— Смешно, Мартино. — Беккет швырнул в друга скомканные носки.

Они отвернулись от нас и продолжили переодеваться. Постепенно напряжение спало, и остальные тоже вернулись к сборам. Ледяные Боги задали тон, а команда последовала их примеру.

Я разделся и натянул термобелье, защиту и джерси.

— Если продолжишь так пялиться, я начну думать, что ты в меня влюбился, — бросил я Кейдену, который смотрел на меня не отрываясь.

— Правда, что Селена живет с тобой? — спросил он.

Я замер, не ожидая такого вопроса.

Повернулся к нему. По лицу Кейдена невозможно было ничего понять. Я мало о нем знал. Он оставался загадкой. Возможно, здесь, в УХХ, о нем знали больше, но в хоккейных кругах по стране он был известен только своей жесткой, неутомимой игрой. До поступления в УХХ он был никем, а здешний тренер Уильямс гонял его по полной.

— Со мной? — переспросил я. — Не знал, что об этом уже все знают.

— Здесь мы присматриваем за своими. Лили рассказала. Она… переживает.

Кейден встал. Он был высоким, но и я тоже. По комплекции мы были примерно равны. Он достал из шкафчика клюшку.

— Не люблю, когда моя девушка из-за чего-то переживает. У нее нет времени забивать голову чужими делами.

— Рад, что ты сам назвал это чужими делами. А то мне пришлось бы тебе напомнить.

Кейден с грохотом захлопнул шкафчик и уставился на меня, опираясь на клюшку.

— Так что происходит?

— Опять же, не твое дело, но ее мать вышла замуж за моего отца. Твоя девушка об этом не рассказала?

— Рассказала. Но я не понимаю, зачем Селене жить с вами. Сними ей отдельное жилье в кампусе. Деньги у вас есть.

Я озадаченно уставился на Кейдена.

— Давай проясним: мне плевать, где живет эта ходячая проблема. Меня это вообще не касается. Но отец не хочет, чтобы она позорила семью, а если она живет с нами, за ней проще присматривать.

Кейден еще немного смотрел на меня.

— Почти всю старшую школу от нее были одни проблемы, приукрашивать не стану. Но люди меняются. В кампусе до хрена тех, кто ее терпеть не может. Но Лили она нравится, так будь что с ней помягче.

Он вышел из раздевалки, оставив меня с еще большим количеством вопросов.



Холод ударил как пощечина. Чистый и идеальный. Здесь все было понятно.

Никаких интриг. Никакой семейной херни. Никаких дикарок, отвлекающих от главного. Только игра. На хоккее я мог выплеснуть все накопившееся и хоть раз в жизни просто получить удовольствие.

Я выехал на лед и оттолкнулся. Лезвия врезались в лед, тело само перешло на знакомые, отработанные движения.

Мы начали с упражнений.