Буду любить вас - Виолетта Иванова

— Почему? — Алена поднялась, подошла к креслу Руслана, оперлась бедром о стол, положила свои пальчики ему на плечо, стала выводить какие-то узоры на нем. — Помнишь, как нам было хорошо вместе? Знаешь, я была такой глупой, что не увидела своего счастья и послушала своего отца. Я так жалею об этом. Ты же простил меня? Давай попробуем начать наши отношения с чистого листа.

Руслан смотрел на нее и в душе поднималась тошнота. И еще приходило понимание, что он рад, что не «трахнул» ее тогда в лицее, хотя она была не против. Тогда он хотел сделать все красиво — свадьба, первая брачная ночь, полная нежности, откровений, любви, страсти. Сейчас она бы воспользовалась этим. Да, выглядела Алена великолепно — красивое лицо, дорогая одежда, тонкий аромат нишевой парфюмерии окутывал ее красивую фигуру. Но вот в его душе росло чувство гадливости. Он откинулся на спинку кресла, стараясь быть от нее как можно дальше.

— Думаю, что моя будущая жена будет против наших отношений, — проговорил Руслан, замечая, как искривилось лицо Алены.

— И кто это такая? — в голосе звучали нотки злобной ревности.

— Да ты ее знаешь — дочь Александра Лоскутникова. Оксана.

— И ты любишь ее?

— Тебе это зачем знать? — он широко улыбнулся, видя, как перекосило ее лицо в гримасе гнева. — Главное, что я не люблю тебя.

— Но ты же любил меня! — ее голос сорвался и зазвучал истерично.

— Да, любил, — а его голос звучал словно холодная сталь. — Любил и хотел быть с тобой семьей, растить наших детей, построить дом, сделать тебя счастливой. Но как ты там сказала? У тебя есть более выгодный вариант, и мы с тобой просто «тусовались». Как-то так.

— Я была молодой и глупой, — в голосе зазвучала неприкрытая досада.

— Сейчас что-то изменилось? — ему хотелось смеяться, но он позволил только искривить губы в улыбке, больше похожей на гримасу. — Не так уж много времени прошло, всего пять лет. Я лично не чувствую себя старым и опытным.

— Да, я…

Она не успела продолжить свою мысль, как зазвонил телефон Руслана, который лежал перед ним на столе. Он глянул на экран, поморщился.

— Слушаю, Александр Александрович, — сухо поздоровался он с Лоскутниковым, поднося телефон к уху.

Алена отошла от стола, замерла, вслушиваясь в разговор, а Руслан не стал скрывать его от девушки, поставил на громкую связь.

— Мне сказали, что у тебя в кабинете Алена Ратникова, — это был скорее не вопрос, а констатация факта, который мужчине очень не нравился.

— Да, это так, — Руслан был спокоен.

— Что она делает у тебя? — в голосе звучало раздражение.

— Мы учились в одном классе. Она просто зашла ко мне по старой дружбе.

— Знаешь, Руслан, мне не нравится, когда посторонние девушки приходят проведать тебя. Передай этой Алене, чтобы она больше не докучала тебе. О проблемах ее отца я прекрасно знаю. Она же не хочет, чтобы и у нее были проблемы? — он надавил голосом на последнее слово. — Если девушка не поймет, то у ее отца проблемы будут очень серьезными, никто не сможет помочь.

Лицо Алены бледнело, Руслану даже стало жалко ее, но он спокойно продолжал.

— Думаю, что госпожа Ратникова все правильно поняла и уже уходит.

— Хорошо. В субботу постарайся приехать к нам на ужин. Оксана будет тебя ждать.

Лоскутников не стал дожиться ответа, отключил разговор. Руслан был рад, что с его помощью он избавится от Алены, но в то же время понял — он под плотным его колпаком.

Алена, не прощаясь, развернулась и вышла из кабинета. Руслан снова откинулся на спинку кресла, выдохнул. Теперь он должен быть в десять раз осторожнее, если захочет увидеть Людмилу.

Мозг кричал Руслану, чтобы прекратить встречи с Людмилой, но сердце тянуло к ней. Она уедет на все каникулы к своим родителям, и они не увидятся целых два месяца. Это нестерпимо долгий период, за который он просто сойдет с ума, сознавая, что она слишком далеко от него.

Со всеми предосторожностями он назначил ей встречу, нанял через одного из людей Юшкевича машину. Людмила появилась во дворе, и у Руслана забилось сердце. Как же она красивая в своем простом брючном костюме, который так подчеркивает стройность ее фигуры. На лице широкая улыбка, которая делала ее еще прекраснее. Она быстро оглянулась, добежала до его машины, быстро села в салон, Руслан сорвался с места. Он ехал дворами, чтобы не попасть под камеры дорожного наблюдения. Он так и не понял, каким образом люди Лоскутникова следят за ним. Они выехали за город, доехали до дома Вагана, который дал ему ключи. Прямо с порога Руслан схватил девушку в свои объятия и унес в комнату. Он целовал ее, словно пил живую воду из источника, наслаждался теми ощущениями, которые ему дарила эта близость. Людмила сначала замерла в его руках от такого напора, но потом отпустила себя. Они молчали, слова им были не нужны. За них говорили глаза, губы, руки, тела, сердца. Руслан словно провалился в омут яркого света, он не понимал, что с ним происходит. Он просто был счастлив. Людмила дарила ему надежду, что они будут вместе и никто не сможет разлучить их. Он пил ее стоны, дышал ее выдохами, утопал в ее глазах. Он жил и хотел жить. О том, что его ждет завтра даже не хотел думать. Он был с той, кого выбрал сам, кого выбрало его сердце, ради которой он пойдет на все.

Руслан лежал рядом с любимой и не мог отвести от ее пылающих щек взгляда. Его девочка, которая отдала ему свою невинность, ничего не требуя взамен. Он смотрел и думал, сможет ли он после всего, что между ними только что случилось, рассказать о том, что ему придется жениться на другой. Этот брак — гарантия, что его компанию не разорвут на части, его люди будут живы. На себя Руслану было наплевать, но ответственность за тех, кто был рядом, лежала на нем неподъемным грузом. Он не мог отказаться от «помощи» Лоскутникова ради них. И не мог сказать об этом Людмиле, которая смотрела на него своими понимающими