Наследник - Яна Голд

Мэтр Бодрийяр попрощался с нами и вышел из кабинета. Мы остались вдвоем.

– О каком порядке действий говорил юрист? – тут же спросила я.

Не сказать, что мой вопрос застал Марка врасплох. Нет. Напротив. Он даже не смутился.

– Ты уже успел обсудить с юристом оформление брака?

Догадка была неожиданно приятной. Хоть Марк и держал этот вопрос в тайне.

– Да, – не стал юлить он. – Консультировался перед тем, как сделать тебе предложение. Ты ведь у меня гражданка другой страны. Хотел узнать, какие есть подводные камни и как вообще регистрируется брак в таком случае.

– А ты не слишком торопишься? – улыбаясь, спросила я.

И хоть этим вопросом я щекотала нервишки ему и себе, но все же я понимала, мне нравится его предусмотрительность. Она в миллион раз лучше безразличного бездействия.

Марк расслабленно улыбнулся и подошел ко мне.

– Любовь моя, я привык просчитывать все на десять шагов вперед. – Он взял меня за руку и поднес ладонь к своим губам, оставляя на ней мягкий поцелуй. – Будь моя воля, мы бы уже поженились. Но я учитываю твое желание.

Он перехватил мой взгляд. В его глазах наконец-то появились веселые искорки, которые я успела полюбить в более беззаботные времена.

– И раз уж мы заговорили об этом… – добавил Марк тихим, почти интимным тоном. – Ты случайно не передумала?

– Не передумала что? – переспросила я, улыбаясь. – Выходить за тебя замуж?

Вопрос был провокационным. Но мне нравилось поддразнивать Марка. Я понимала, что он далеко не нежный подснежник, чтобы всерьез обидеться на мои слова. Скорее это повод лишний раз пофлиртовать друг с другом.

– Я вроде не настолько плох, чтобы тебя чем-то спугнуть, – отшутился Марк.

Его взгляд скользнул к моему животу, который уже не был таким плоским, как раньше. Сейчас я выглядела так, будто только что объелась черешни. Я стала избегать излишне облегающих вещей, поэтому для окружающих моя беременность пока оставалась незаметной. Но не для Марка.

– Не передумала ждать? – уточнил он. – Любовь моя, прости, что напоминаю, но все-таки ты уже на шестнадцатой неделе беременности. Вдруг ты хочешь выйти замуж до того, как живот станет сильно заметен? Я понимаю, что вопрос деликатный. Спрашиваю прямо на случай, если ты хочешь, но стесняешься мне об этом сказать.

Я обняла Марка, прижимаясь к его широкой груди. В его объятиях было тепло и спокойно, чего не скажешь об окружающей нас обстановке. По эмоциональному напряжению у нас один день проходил как месяц, но в этом был свой плюс. За это время наши отношения неуловимо изменились. Мы стали ближе. Не только физически, но и ментально.

Марк был рядом в самые тяжелые моменты. Он не отступил, когда узнал правду о ребенке. Он защищал меня перед детективами, перед своими близкими, перед всем миром. Я узнала его с совершенно другой стороны. Увидела, как он поддерживает семью, несмотря на все разногласия и противоречия. Каждый день чувствовала, как он заботится обо мне. Наблюдала, как держится в кризисных ситуациях. И мне нравилось то, что я видела. Марк оказался надежным, как древние скалы, закрывающие собой маленький городок от всех ветров и невзгод.

Когда я просила не спешить со свадьбой, я хотела убедиться, в правильности своего выбора. Понять, что за предложением Марка действительно кроется настоящая любовь, а не импульсивная попытка спасти меня и исправить ошибки брата. Мне нужна была уверенность, что наши чувства выдержат испытания временем. Сейчас же сомнений не оставалось…

Но спешка, которой я так боялась, теперь казалась просто неуместной. Феликс пропал, дом в трауре, Камилла в клинике, Адриан раскис и бесится. Как-то свадьба не вписывается в текущие обстоятельства.

– Ты уверен, что сейчас подходящее время? – тихо спросила я.

Марк вздохнул и нежно погладил мои волосы, мягко целуя в лоб.

– Никогда не будет подходящего времени, – сказал он с легкой горечью в голосе. – Ты слышала Бодрийяра. Все это может длиться долгие годы. Есть вероятность, что мы так и не найдем тело отца. Надо как-то жить дальше и работать с тем, что есть.

На следующее утро мы с Марком решили вернуться в Монако.

По дороге нам предстояло завезти вещи Камиллы в больницу, но, когда мы подъехали к красивой вилле, дальше парковки нас не пустили. Правда сотрудники центра пригласили доктора Ллойда, чтобы сгладить все острые углы.

– Добрый день, – поприветствовал он нас. – Надеюсь, вы поймете нас правильно. У вашей мамы адаптационный период, поэтому мы ограничиваем визиты в первое время. Но вы не переживайте, с ней все в порядке. Думаю, через пару недель можно будет ее навестить, а пока лучше не тревожить.

– Доктор, как она себя чувствует? – спросил Марк. – Ждала отца?

– Первая ночь прошла спокойно, – дипломатично ответил доктор Ллойд. – Мы с ней работаем. Отчет о состоянии пациентки будем направлять вам каждый вечер.

– Если вдруг что-то случится, звоните.

– Само собой, – заверил доктор.

Мы вернулись в автомобиль Марка. Пока он заводил мотор, я пристегнулась и услышала, как в клатче звякнул телефон. Обычно я старалась не брать в руки мобильный в дороге – меня сразу начинало укачивать, но мы еще не успели отъехать с парковки, поэтому я быстро извлекла гаджет из сумки, собираясь проверить уведомления.

Сообщение было от моего редактора:

«Тео, привет! Утвердили даты книжной ярмарки. Ты будешь в Москве 15 августа? Есть возможность сделать для тебя отдельный паблик-ток и автограф-сессию. Дай мне ответ до завтра».

– Что там? – спросил Марк, заметив мое озадаченное лицо.

– Мой редактор спрашивает, будут ли я в Москве 15 августа, – в замешательстве ответила я.

– А что будет 15 августа? – заинтересованно спросил Марк.

– Книжная выставка, – ответила я, отложив в сторону телефон, потому что Марк начал выезжать с парковки. – Редактор хочет организовать мне встречу с читателями.

– Это же супер! Едем.

– Ты действительно сказал «едем» или мне послышалось? – удивленно переспросила я, поворачиваясь к Марку.

–